Сенсоры

Курилов Алексей

Вернувшись в подписку я на долю секунды задумался стоит ли удалять этот забавный источник информации, но решил дать ему еще один шанс. Как говорится: “И на старуху бывает проруха”, – быть может этого горе-писателя уже напнули из агентства, а статью решили пока не удалять ибо: “Черный пиар – это тоже пиар”.

Выйдя на своей станции, в приподнятом настроении от наивности некоторых обывателей верящих в планету Немезиду и мировое правительство, я направился на работу. Обычно я проделывал этот путь пешком, идти было недалеко, да и свежий ветер был полезен перед очередной ночью бдения и разбора завалов.

В

отличии от большинства прохожих, я не был уставшим и измотанным, если мне не повезет и ночь будет трудной, то я стану таким завтра утром. По большей части попадались на глаза “костюмированные стандарты”, как я называл их про себя. Это был совершенно стандартный человек с обычной аккуратной прической, в не самом дорогом темном костюме и светлой рубашке с галстуком. Обычным дополнением были никому уже ненужные наручные часы и иногда очки.

Просто удивительно, как офисная жизнь умудрилась опошлить и извалять в грязи такое прекрасное творение, как мужской костюм. Если раньше человек в костюме выглядел на голову выше всех остальных, то теперь все в точности наоборот. Если ты пришел на вечеринку в костюме, то тебя все жалели и думали, что ты не успел переодеться.

Проходя мимо гигантов современного архитектурного искусства, я всегда задумывался: “А так ли нам было нужно все это?”, – все эти многотысячные корпорации, основной задачей которых является покупка товара у одной компании и продажа другой. Тысячи, а быть может и сотни тысяч, представляют из себя лишь барьер – прослойку между тем кто действительно что-то производит и тем, кто хочет за это заплатить. Рекламные кампании, маркетологи, биржевые брокеры и трейдеры, аналитики всех мастей и аудиторы – для чего они все нужны? Ведь по сути своей это просто туннель, труба от пункта А в пункт Б.

Само собой я не витал в облаках и давно понял, что испечь хлеб и продать его это две разные задачи и зачастую пекут хлеба намного больше чем требуется. А когда начинается конкуренция, выигрывает не тот у кого лучше товар или условия, а тот кто умеет продавать. Будь ты хоть семи пядей во лбу, ты не сможешь продать то, что продают другие. В лучшем случае тебя сожрут и ты станешь частью какой-то мегакорпорации, а в худшем – разоришься, так ничего и не заработав.

Именно это всегда отталкивало меня от собственного бизнеса, да я был не прочь открыть кофейню и спокойно наблюдать за посетителями, закупая хороший кофе и предлагая новые способы обжарки, но реальность улететь в финансовую пропасть меня всегда останавливала. Говорят, что финансовая пропасть отличается от обычной тем, что падать в нее можно бесконечно долго.

Добравшись до пункта своего назначения, я поднялся на небольшое крыльцо и вошел в приятную прохладу старого бетонного здания. На проходной сидел охранник, который практически не глядя в удостоверение приветливо кивнул мне.

– Спасибо Сергей, – сказал я, проходя мимо.

– За что? – удивился охранник.

– Что не выдернул меня прошлой ночью, когда в городе какой-то придурок пальбу из фейерверка устроил.

– А, так это не я, это Борис был, его благодарить надо, – рассмеявшись поправил меня он.

– Понятно, ну передай ему от меня, если встретишь… – растерянно произнес я и отправился к себе.

В кабинете был мой сменщик, Анатолий – парень молодой, но не в меру внимательный

для своего возраста, я бы даже сказал дотошный. Иногда он мог уцепиться за какую-нибудь мелочь и ковырять ее до посинения, пока не разберется что к чему. Однажды, когда мы расследовали вместе пожар на складе, он невзначай спросил у сторожа: “А что по телевизору шло, когда пожар начался?”

Сторож сначала испугался, что намекают на его безалаберность и халатное отношение к работе, а потому резво отчеканил, что телевизор он на работе не смотрит и вообще серьезно относится к своей работе. Но вопрос был с подвохом, позже оказалось, что незадолго до пожара свет на всей территории почему-то пропал и это сразу же списали на замыкание проводки.

Тогда Анатолий прошел в соседний склад, который не сгорел и где со светом было все в порядке, выдернул какой-то холодильник из розетки и воткнул в нее кусок обгоревшего провода. Вместо красочного фейерверка из искр мы услышали лишь щелчок в дальнем углу склада. Подойдя мы открыли дверцу короба с предохранителями и убедились, что автомат сработал быстро и правильно.

– Вот тебе и замыкание проводки… – произнес тогда Толик.

– И что ты думаешь? – поинтересовался я, догадываясь о чем пойдет речь.

– Кто-то выключил электричество, чтобы вырубить камеры, а потом поджег склад, вот и вся история. Осталось найти кто мог это все проделать и круг подозреваемых станет меньше блюдца.

– Думаешь камеры от общей сети? – удивился я.

– Если нет, то мы увидим кто это сделал, а если да, то круг подозреваемых станет еще меньше. Кто-то ведь должен был это знать?

В итоге так оно все и вышло, со склада постоянно вытаскивали товар и продавали “налево”, а когда надо было списать украденное – решили устроить пожар. Быть может кто-то начал интересоваться пропавшей продукцией, а может просто решили “уйти из бизнеса” и подчистить за собой. По сути, это было уже не столь важно и совсем не наше дело, главное, что путем нехитрого, хотя и опасного, эксперимента, мы быстро выяснили очень важную деталь и отпустили ребят отвечающих за проводку.

Толик молча протянул мне руку, не отрываясь от монитора, а затем снял наушники и по традиции произнес:

– Пост сдал.

– Пост принял, – ответил я ему, а затем поинтересовался, – что показывают?

– Да ничего особенного, две аварии было днем – одна сильная. Отправил туда группу машину кромсать, говорят вроде кто-то выжил.

– И чего? – не понимая в чем секрет, я обошел стол и тоже уставился в монитор.

– Да понимаешь, глупая она какая-то, смотри: едет он едет по своей полосе, видит слева от себя фуру и вот тут вдруг раз…

Толик подкреплял свои слова кадрами с монитора покадрово прогоняя запись с камеры над дорогой. Судя по всему, водитель отлично видел препятствие, более того, оно ему никак не мешало, но по какой-то, ведомой только ему причине, он вильнул. Перед самым столкновением машина резко перестроилась и не сбавляя скорости влетела в грузовик. Больше всего это напоминало ошибку водителя, словно он отвлекся или зачем-то потянулся, забыв про руль, о чем я и сказал сразу же Анатолию.

– Во-от и я так подумал, а теперь смотри внимательней… – кивнув наставительно пробурчал Толя и ткнул пальцем в монитор, куда мне нужно было смотреть.