Сентименталь
Шрифт:
— Твоя возлюбленная подкинула замечательную идею, — продолжил господин развивать свою мысль. — Что если легкая симпатия девушки была усилена? Возможно, мы стали свидетелями того, как Керим Руфди первый обратился к сентименталю фрейлейн. Тогда мы можем утверждать, что спасли девушку от посягательств. Кто знает, до чего ее могло бы это довести? Ритуал, проведенный мной, сильней того воздействия, которое оказывает Керим Руфди. Однако из-за него девушка страдает, чего, безусловно, допускать нельзя.
— Вы что-то предпримете?
— Да,
— Но что-то нужно сделать! — я вскричал и сам поразился этому.
Господин изумленно посмотрел на меня.
— Однако, — протянул он. — Ты все больше и больше поражаешь меня, Ганс. Такое ощущение, что ты влюблен не в Агнетт, а как раз во фрейлейн Эльзу, — при этих словах он внимательно взглянул мне в глаза. Я смутился, но не отвернулся. — Видимо, есть какая-то зависимость между симпатиями сентименталей, и чувства одних передаются другим в какой-то мере. Я не раз замечал, что подруги и друзья возлюбленных становятся куда более интересными и живыми, в тот момент, когда разгорается чувство. Даже если раньше считал их пустыми людьми, то потом начинаешь ощущать в них некое родство. Быть может, тут похожая ситуация.
Я пожал плечами. Подобные рассуждения мне были не интересны. Я хотел что-нибудь сделать в первую очередь, чтобы не видеть Агнетт расстроенной. К тому же, если с ее хозяйкой будет все хорошо, то это значит, что мы сможем видеться чаще. Должен признать, что я искал в происходящем выгоду для себя.
— Не волнуйся, Ганс. Я, кажется, нашел выход. В первую очередь я извещу Хасима Руфди и герра Кноппа о происходящем. Думаю, они смогут изолировать Керима на длительное время. Или же выяснят, каким образом он влияет на фрейлейн Эльзу. Тебя это устраивает?
Мне оставалось согласиться. Не стоило вмешиваться в происходящее, если есть люди, которые сделают это из куда более искренних побуждений.
— Что ж, отлично. Еще я пересмотрю книги. Ответы вполне могли быть у меня под рукой, но я просто не обратил на них внимания. Очень часто из прочитанного усваиваешь лишь суть, забывая о деталях. А в них, как известно, кроется дьявол.
С этими словами Клаус фон Дирк вышел, задумчиво постукивая себя пальцами по щеке. Это выражало у него крайнюю степень озабоченности.
Надо сказать, что господин, к своим словам относился трепетно. Его обещания, всегда выполнялись в точности. Именно поэтому я не удивился, когда на следующий день нас посетили Хасим Руфди и герр Кнопп. Они пришли по отдельности, но с разницей всего лишь в несколько минут, так что оставалось
— Рад вас видеть в добром здравии, — поприветствовал господин гостей. — Я понимаю, что в моей просьбе явиться тайно и в определенное время, вы вполне могли увидеть злоупотребление нашей дружбой, но меня толкнули на это обстоятельства.
— Ритуал прошел не так, как надо? — напряженно спросил герр Кнопп.
— Нет, ритуал прошел очень хорошо, в чем я убедился, выслушав своего слугу. Но он же принес мне неприятные известия, из-за которых я вынужден сказать, что нечто все же случилось.
— Не надо томить нас, — попросил Хасим Руфди.
— В таком случае, лучше будет, если вам расскажет тот же человек, что и мне.
Только тут я понял, для чего Клаус фон Дирк настоял на моем присутствии, хотя, признаюсь, в отличие от ритуала, я бы с радостью избежал этого. Но герр Кнопп и Хасим Руфди были людьми, если так можно выразиться, кровно заинтересованными в происходящем, и я безо всякой утайки рассказал то, что слышал от Агнетт. Когда я закончил, в комнате воцарилась тишина. Хасим Руфди покраснел и вперил взгляд в пол. Руки его беспрестанно ворошили остатки волос на загорелой голове. Герр Кнопп же принялся расхаживать по комнате.
— Это возмутительно! — сказал он. — То есть, Керим Руфди обманом влюбил в себя мою невесту?!
— Вы и сами так сделали, — подал голос Хасим Руфди.
— Я бы вас попросил придержать язык!
— А я бы попросил не делать голословных обвинений. Этот человек, — купец ткнул пальцем в меня, — а так же его хозяин сказали, что лишь допускают возможность подобного. Ни о чем конкретном речь и не шла.
— Успокойтесь, — попросил Клаус фон Дирк. — Меньше всего нужно сейчас ссориться. Насколько я понимаю, цели наши не изменились. Мне все так же хочется еще больше понять природу сентименталя, Хасим Руфди желает уберечь брата от глупостей, а герр Кнопп жаждет счастья со своей невестой.
Гости кивками подтвердили правоту господина, а я же в свою очередь подумал: в чем же моя цель? Пожалуй, я был больше на стороне герра Кноппа. Как я уже говорил: счастье Агнетт стало и моим счастьем.
— Так вот, вынужден заметить, что я провел кое-какие дополнительные исследования и выяснил, что влиять на сентименталя спящего человека, безусловно, проще, в чем мы с вами убедились сами. Но на расстоянии это все приводит к ослаблению эффекта. Именно поэтому Керим, если это действительно он, все еще не смог преодолеть действие совершенного мною ритуала.