Сентименталь
Шрифт:
— И вы! — внезапно герр Кнопп подскочил к арабу. — Вы тоже хороши! Вы втянули меня во все это, обещали, что все пройдет хорошо. Мне следовало бы просто прирезать вашего брата за то, что он решил сделать. И тогда мы бы избежали многих проблем.
— В том случае вы были бы уже мертвы, — тихо сказал купец. — Я могу пойти против брата, когда он позорит честь семьи, но за его смерть пришлось бы платить кровью.
— Спокойно! — Клаус фон Дирк поднял руки вверх, а затем медленно их опустил, успокаивая этим спорщиков.
Не
— Спасибо, — поблагодарил Клаус фон Дирк. — Я очень рад, что герр Кнопп серьезно озаботился охраной. С другой стороны, достопочтимый Хасим во многом прав. Для тех, кто знает все переулки Багдада, стражники не станут серьезным препятствием.
— Я готов прислать своих людей, — сказал Хасим Руфди. Хотя он старался не смотреть на герра Кноппа, в его голосе чувствовалось извинение. — Они лучше знают, с кем могут столкнуться.
— Я был бы весьма признателен, — буркнул в свою очередь герр Кнопп.
— Отлично, — кивнул Клаус фон Дирк. — Я предлагаю, чтобы стражники дежурили днем, а люди достопочтимого Хасима — ночью. Я сомневаюсь, что Керим Руфди рискнет напасть засветло.
Разговор окончился обсуждением деталей. Я же так и просидел молча, но с полным осознанием того, что мы все здесь были повязаны тайной, и она уравнивала нас в положении. Не было купцов, послов, алхимиков или слуг. А было лишь четверо участников весьма запутанных событий, которые развивались все стремительней с каждым часом.
И уже этим вечером в наш дом постучали. Судя по звуку, некто готов был хоть выломать дверь, лишь бы попасть внутрь.
Я открыл настолько быстро, насколько было возможно, и увидел герра Кноппа. Он был одет кое-как, глаза горели, а за спиной виднелись несколько стражников.
— Прочь! — он оттолкнул меня и разве что не влетел внутрь. Я, признаюсь, весьма поразился такому поведению, но все это указывало, что теперь-то действительно стряслось что-то из ряда вон.
Я помчался за гостем и настиг его лишь в комнате господина. Клаус фон Дирк посвятил вечер своим записям, а в такие моменты ему всегда чрезвычайно не нравилось, если его отвлекали.
— В чем дело? — холодно поинтересовался он.
Начав просить прощения, что не успел предупредить о приходе гостя, я был остановлен криком герра Кноппа.
— В чем дело?! Вы спрашиваете меня, в чем дело?! Эльза пропала! Ее похитили люди этого лживого купца! Он обманул и предал меня!
— Успокойтесь, — попросил Клаус фон Дирк.
— К черту спокойствие! Этот проклятый араб всех нас обвел вокруг пальца!
— Успокойтесь! — теперь в голосе господина зазвучала
Я, признаюсь, в тот момент заволновался, что разъяренный герр Кнопп начнет крушить все вокруг или наброситься на господина. Да, нас было двое, но не стоило забывать о стражниках, стоявших на улице. И, словно в подтверждение моих мыслей, раздался тихий голос сдерживаемой ярости, который только подлил масло в огонь.
— Ну почему же. Пускай скажет все, — произнес за моей спиной неизвестно когда появившийся Хасим Руфди. — Я с удовольствием послушаю.
Это был весьма драматичный момент, должен признаться. Один, взбешенный и готовый убить всякого, кто подвернется ему под руку, стоял передом мной. Второй, холодный и спокойный в своей ненависти, находился у меня за спиной. Два пламени — ледяное и обжигающее, а меж ними зажат я.
— Ну же, герр Кнопп, — сказал Хасим Руфди. — Или вы спокойно можете клеветать на человека лишь в его отсутствии? Признаюсь, я слышал о вашей низости и о том, каким образом вы получили свое назначение, но думал, что у вас хватит ума проявить благородство.
— Мою невесту похитили, ты, лживый болван! — герр Кнопп оттолкнул меня и бросился на купца.
Они упали на пол, и европеец какое-то время восседал на арабе, стараясь сдавить ему горло. Затем Хасиму Руфди удалось вывернуться, и вот уже он оказался сверху. Оба хрипели и что-то сдавленно пытались произнести, но не один не думал сдаваться. Они распалялись, как дикие животные, которые от укусов становятся только злей и впадают в такую ярость, что не разжимают хватку даже тогда, когда соперник уже мертв.
Однако Клаус фон Дирк не желал знать, чем закончится этот поединок. Каков бы ни был его итог, он неизменно оказался бы плачевен.
— Ганс! — позвал господин, а затем жестом указал на огромную емкость. Обычно в ней хранилась вода, которая могла понадобиться для опытов.
Я кивнул и, подняв сосуд, вылил его содержимое на дерущихся. Они разом отдернулись друг от друга, и тут же Клаус фон Дирк оказался возле Хасима Руфди и схватил его таким образом, чтобы тот не мог возобновить драку. Я же подобным образом пленил герра Кноппа.
— Надеюсь, вы уже остыли? — поинтересовался Клаус фон Дирк.
Повисло напряженное молчание. Затем Хасим Руфди склонил голову.
— Отпустите, — сдавленно произнес он. — Прошу простить мою бестактность.
Господин, помедлив секунду, освободил купца. Я тотчас выпустил герра Кноппа.
— Я… прошу прощения, — пробормотал он, стараясь смотреть в другую сторону.
Они стояли друг перед другом, а вода лилась с них мелкими ручейками.
— Ну а теперь, раз наши небольшие разногласия улажены, то нельзя ли более подробно и как можно спокойней рассказать, что же все-таки произошло? — Клаус фон Дирк улыбался, словно ничего не случилось.