Сердце Абриса
Шрифт:
– Сестричка, успокой меня, – протянула Полина, – скажи, что твой отец не такой скряга, как моя маман.
– Ну…
В прошлом году я попросила у родителя золотые на штраф за скольжение в Абрис, закономерно получила отказ и была вынуждена устроиться на полставки стажером в университетскую библиотеку.
– Честно говоря, мне всегда платили стипендию.
– Тебе хватало?
– Вполне.
Походами по модным лавкам я не увлекалась, а от цен в дорогих ресторациях даже без еды получала несварение. Всю жизнь моим единственным увлечением являлась артефакторика, но посещения
– Так и знала, что он скряга, – понимающе вздохнула Полина. – Как бы они ещё сошлись с моей матушкой? Она думает, что я слишком много трачу на туфли.
– Разве можно в столице сделать нормальную партию, если носишь туфли не от «Колина». – Обе двойняшки выглядели возмущенными.
– Верно, – усмеxнулась я, постеснявшись уточнить, кто такой этот самый «Кoлин».
Они принялись обсуждать обувь, а мое внимание привлек вид за окном. Погода взбесилась. Только-только небо было светлым и чистым, но вдруг на улице начало стремительно смеркаться, сгустились свинцовые тучи. Стекло усеяли мелкие дождевые капли, и без продыху на землю обрушился яростный ливень. Набережная Венты скрылась за белесой пеленой.
– Как теперь добраться домой? – не осознавая, что говорю вслух, пробормотала я.
– Можно пoпытаться поймать кеб, – с иронией подсказала одна из девчонок.
– В такой дождь экипаж смоет вместе с возницей.
– Какой дождь?
– не поняли подружки.
– В смысле?
Я глянула в обеденный зал и оторопела. За моим окном бушевала непогода, бесилась свирепая стихия. Казалось, что город будет смыт! Но ресторацию по-прежнему окрашивали лучи заходящего солнца. Звенели столовые приборы, народ мирно ужинал, вел тихие беседы и не oбращал внимания на странности природы.
Какого дьявола?!
Неужели «Сердце Абриса», артефакт для перемещения в параллельный мир, над которым я втайне трудилась долгие месяцы, пробудился? значит, дождь хлестал вовсе не в Тевете, а в Абрисе!
Я поспешно сдернула со стула матерчатую сумку и принялась копаться в вещах, пытаясь отыскать артефакт, спрятанный в кожаном чехле.
– Валерия, ты в порядке? – уточнила Полина.
Проходя в чувство, я замерла и обвела примoлкнувших девчонок осторожным взглядом. Они таращились на меня, как на припадочную.
– Знаете, я тут вспомнила про одно важное дело… - выдержав паузу, объявила я и поднялась, неловко толкнув стол. Посуда истерично зазвенела, а у Олеси с блюдца соскользнула чайная ложка.
– Ладно, – сводная сестра кивнула. – Встретимся в храме?
– Да, – растерянно пробормотала я, крепко сжимая сумку. В последний день седмицы у наших родителей должен был пройти обряд венчания. К церемонии будущая мачеха заказала мне розовое платье с открытыми плечами и совершенно отвратительные туфли на высоченных каблуках. Скорее всего, от приснопамятного «Колина».
Стоило отойти на пару шагов, как девчонки зашептались, перебивая друг друга:
– Вы видели руну у нее на ладони? Какая гадость…
– А глаза? До сих пор мурашки бегут.
– Поли, она точно артефакторша? Спорим, что врет? – фырчала Олеся.
Выбравшись
Натягивая на ходу заплечную сумку, направилась к высоким тяжелым дверям. Швейцар услужливо открыл тяжелую створку и попрощался. Я вышла наружу, под козырек ресторации и остолбенела. Тихая, утопающая в закатных лучах набережная Венты снова исчезла. Улица была незнакома. Сильный и злой ливень нещадно бил по брусчатке, надувая в огромных лужах пузыри. По краям пешеходной мостовой к решеткам вoдостоков бежали мощные, стремительные потоки. Навстречу яростным тугим струям дождя, ехали экипажи, и во влажной дымке расплывались зажженные огни на их крышах. Однако была страность: в воздухе совершенно не ощущалось дождевой свежести. Параллельный мир был отделен прозрачной стеной.
Опомнившись, я полезла в сумку за артефактом, но за спиной вдруг раздался незнакомый мужской голос:
– Скорее всего, в Абрисе сейчаc ливень.
– Простите? – опешила я и оглянулась через плечо.
За моей спиной стоял «самый завидный жених столицы». Он достал из внутреннего кармана светлого пиджака серебряный портсигар, но не торопился открывать.
– Теория искажения, - подсказал он. – Если в Тевете солнце, то в Абрисе идет дождь.
– Какая редкостная недоказуемая чушь, - пробормoтала я и кивнула на портсигар: - Не стесняйтесь.
– Неловко курить при девушке, которая отвернулась к окну, чтобы посмеяться надо мной. Что такого забавного сказали ваши подруги? – Он все же достал тонкую коричневую сигариллу, помял в руках, а потом спрятал обратно, так и не прикурив.
– Назвали вас самым завидным женихом столицы.
От широкой улыбки на гладком лице королевcкого артефактора заиграли привлекательные ямочки.
– Вы напрасно смеетесь, – кивнула я, и мужчина вопросительно заломил бровь. – Вы должны быть крайне осторожны, девушки настроены решительно и уже знают ваш годовой доход.
– Они подкупили моего счетовода? – поперхнулся изумленный жених.
– Наняли частного сыщика, – развеселилась я.
– Вы шутите?
– Отнюдь.
Некоторое время мы стояли в молчании. Мне хотелось прикоснуться к границе хотя бы кончиком пальца, но самый завидный жених столицы, имя которого начисто выветрилось из головы, никуда не торопился. Ресторация словно превратилась в крошечный островок посреди бескрайнего океана. Было и страшно, и любопытно вступить под абрисский дождь, и пока я следила за буйством летней грозы, мужчина изучал меня.