Сердце Девы
Шрифт:
Манул проорал в общий чат, что ворота Налива выбиты, и к нам стали подтягиваться отряды и одиночки — кто был поблизости. К зеленым тоже шло подкрепление, и вскоре в крепости и вокруг разгорелась нешуточная сеча. Можно сказать, эпическая. Приходилось уворачиваться от летящих камней, стрел, дротиков и заклинаний, огрызаться самим. Поднятая пыль густо затянула пространство, от нее першило в горле. Воняло огнем, горелым маслом и железом.
Боковая стена цитадели давно обрушилась с положенным ей грохотом. Но в проломе от летящих снарядов был настоящий ад. И не много находилось желающих ворваться
— На счет «три» вбегаем, не вперед, а наверх по лестнице справа, — инструктировал Финист. — Чистим галереи, ставим масло, держимся! Все понятно?
Он досчитал до трех, и мы рванули, по обломкам стены, ровной насыпью уложенным под ноги, по ступенькам, пробиваясь сквозь вражеский строй, оступаясь, пригибаясь, скользя на разлитом масле.
Мне больно прилетело в плечо, меч едва не выпал из рук. Но я упорно стремилась наверх с остальными.
Ежи яростно огрызались, шмыгая у ног, забрасывали атакующих градом дротиков. Высокорослые сторонники активно им помогали. Только слаженность действий не дала нам полечь на ступенях. Но когда мы вырвались на оперативный простор, то вдвоем с Омегадом смогли использовать преимущества цвайхандеров по максимуму. И снесли с галереи все, что двигалось, предоставив друзьям подчищать остатки. А как только те выставили масло и баллисты, нам тут же стало легче жить.
— Держимся наверху! — проорал Финист. Нашей компактной группе только это и оставалось: держать плацдарм и ждать подкрепления. Переступая стонущие тела, я отыскала местечко под котел с маслом и без спешки глянула вниз.
Внутренняя крепость ежей была большая. С нашего балкона вели вниз две лестницы, которые мы контролировали, подпертая узорчатыми колоннами крыша укрывала холл внизу, переходящий в еще один. Выложенный плитами пол был украшен узором из яблок. Все основательное и, похоже, типовое. Впрочем, имелись тут отличия от цитадели красных. Резьба, деревянные столбы и балки потолка. Любовалась я окружением недолго. Ежи попытались отбить свой балкон, а внизу, отразив атаку, лихорадочно латали двери. Мы оказались в ловушке.
Я, крикнув Манулу присмотреть за котлом, выглянула во двор. Зеленые и там стали хозяевами положения. Кое-где с наружных стен еще огрызались наши, но та часть двора, что была с балкона видна, целиком принадлежала хозяевам. И они методично добивали уцелевших одиночек.
Балкон был чересчур высок, чтобы спрыгнуть, не разбившись. Еще один летучий корабль на заднем дворе припрятан едва ли. Остается сложить голову в бою или прорваться к знаменам и продержаться там столько, чтобы форт стал нашим. А для такого подвига нас явно маловато.
Значит, придется продать свою жизнь подороже.
— Что там? — спросил Финист.
— Все плохо, — ухмыльнулась я.
— Будем славно гибнуть или бесславно тикать? — Некро поднял заклинанием особенно настырного ежа и проследил, как тот кувыркается в воздухе и с воплем улетает за пределы видимости. — Сильный. Но легкий…
— Если вон туда пробежать, — лесовей опрокинул котел за ручки, заставив атаку зеленых в очередной раз захлебнуться, — на внешнюю стену спрыгнуть можно! Там метра три всего!
— Погнали.
— Сек! Я им устрою армагездец! — Омегад выпустил снаряды из
— Терь погнали! — в голосе горца я услыхала явное сожаление. Ему хотелось полезть в рукопашную. Но Манул уже несся по карнизу к задам Налива и в нужном месте сиганул вниз. Следом соскочили Некро и легонькая Бука. Я опустила взгляд: прыгать и вправду было невысоко. Ну, не настолько высоко, как прямо во двор. И все же мне было страшно. Внутренние часы отсчитывали секунды. Враги вот-вот могли сообразить, что мы сбегаем, и рвануть вдогон. А я застряла между этими чертовыми зубцами стены, жмурясь и стискивая зубы.
— Боу, давай! — крикнул мой котик снизу. А Финист не стал ни уговаривать, ни приказывать. Обхватил меня подмышки и, расправив крылья, мягко спланировал вниз. Я взвизгнула от внезапности. Вырвалась, отскочила. И поняла, что пропала. Но думать об этом было некогда. С лязгом и скрипом спрыгнул за нами Омегад. Сверху стреляли. И потому, уже не думая о страхе высоты, я сиганула с внешней стены следом за остальными. Подвернула ногу. Выругалась и нырнула в крушину и бересклет, торчащие между валунами.
Их плоские, покрытые скользким мхом верхушки упирались в северную стену Налива, укоротив ее вдвое, так что мы обошлись без изрядных повреждений. И, взяв ноги в руки, кинулись прочь. Зеленые нас не преследовали. То ли не хотели связываться с «психами», то ли опасались засады. То ли просто сигать за нами было стремно, а в обход — долго.
Пробежав по тесным лощинам и потеряв форт из виду, мы остановились, нагнувшись, упираясь в колени руками, шумно дыша и радуясь прекрасной физической форме чаров, выносливых, как лошади.
— Все, ищем крестик, — прохрипел наш лягух и шлепнулся наземь: хлипкому магу марш-бросок по пересеченной местности дался тяжелее, чем остальным. — Водички…
— Не пей вина, Гертруда, пьянство не красит дам, — пискнула Легендарная. Весь путь она проехала на Омегаде и одна была в состоянии говорить, а не отделываться короткими междометиями.
— И где мы твой крестик ищем? — ехидно поинтересовалась я, отдышавшись. — Высечен на камне? Начертан на земле? Поставлен под фразой «Здесь были Киса и Ося» вместо подписи?
— Кто здесь был? — на каменном лице Омегада прорезалось недоумение. Я махнула рукой:
— Проехали.
Искали мы долго, старательно, заглядывая во все подозрительные места и расширяя зону поиска. Пока не нарвались на зеленого. Точнее, на зеленую. Мелкая ежиха, сопя, вывалилась на нас из кустов и с визгом постаралась закатиться обратно. Но разозленный отряд отрезал ей все пути к отступлению. Мы сжимали кольцо, выставив мечи, у Некро между ладонями колюче сверкала шаровая молния. Ну и рожи были соответственные — до кучи. Будь я на месте врагини — я бы точно испугалась. Она и застыла, ничего не предпринимая — будто управляющий чаром человек на той стороне компа вдруг ушел пить чай. Хотя… уйти из капсулы пить чай затруднительно. Страшно разозленные неудачей в поисках, мы забыли о благородстве, и скопом набросились. Безрезультатно. Страшный двуручник Омегада не нанес ежихе урона. Вообще. Точно она была зачарованной.