Сердце Лета
Шрифт:
– А также ощущения страха, голода, – принялся перечислять Уга, – плохого искусственного воздуха, ночных кошмаров, ненависти друг к другу членов экипажа, которая непременно развивается во время дальних перелетов… Я ничего не забыл? Простите, сразу вот так навскидку кое-что мог и упустить.
– Кому не нравится, может хоть сейчас садиться в капсулу и утекать с борта! – огрызнулся Фарот, плохо переносивший любую критику в адрес обожаемой техники.
– У нас её нет, – напомнил Уга, – не накопили мы еще на капсулу.
Вернулся переодевшийся в комбинезон Преал, и друзья
– Вы приближаетесь к границе пи-оэр-ти. Всему экипажу необходимо собраться в центре управления кораблем. Если у вас имеются грузы, не являющиеся личным имуществом пилотов, просьба предоставить к ним свободный доступ представителям пограничной службы.
– Начинается… – вздрогнул Преал.
– Спокойно, – Тротил сунул в рот трубочку, – расслабились и дышим. Кто знает, может, мы и в самом деле везем обычные фрукты, а все остальное – плод нашей расстроенной от тягот и невзгод фантазии. Давайте сделаем приятные доброжелательные лица. Преал, возьми себя в руки, у тебя такой вид, будто ты прямо сейчас начнешь рыдать и сознаваться.
– Мне, – судорожно сглотнул Преал, – слишком уж непривычно пребывать в такой малоприятной ситуации…
– Привыкай, – ласково улыбнулся Фарот, – то ли еще будет.
– А может, нам вообще о грузе умолчать? – осенило Угу.
– Не стоит, – покачал головой Тротил, – если захотят осмотреть корабль и наткнутся – тут уж неприятности гарантированы.
К «Летателю» устремился легкий пограничный корабль, и вскоре на борт поднялось пятеро представителей пограничной службы. Крепкие, коротко стриженые мужчины в одинаковой желтой одежде, с одинаково отработанной дежурной вежливостью и цепкими холодными глазами. После взаимных приветствий началось: откуда, куда следуете, что везете?
– Замороженные фрукты с Гармаша на Скиф, – ответил Тротил. – Частный небольшой груз.
– Фрукты? – переспросил командир отряда.
– Да.
– С Гармаша?
– Да.
– На Скиф?
– Да.
– Фрукты?
– Да.
Серые камешки глаз командира уперлись взглядом в широкую грудь Тротила, затем медленно, неторопливо взгляд поднялся к его подбородку. После достиг лица.
– Фрукты с Гармаша на Скиф?
– Да.
Стараясь не перебивать друг друга, Фарот с Угой поведали командиру трогательную историю о родственнике Гортензия, его богатстве, старости и причудах. Командир слушал, но смотрел куда-то через плечо стоявшего перед ним Тротила. Фарот украдкой проследил его взгляд. Смотрел командир на Преала. Съежившись, тот сидел в дальнем кресле и пытался беспечно улыбнуться, отчего на его сером от страха лице то и дело возникала противоестественная гримаса с диковатым оскалом.
– Что это с ним? – спросил командир Тротила.
– С кем?
– Вот с ним, – он показал месторасположение
Тротил обернулся.
– Он у нас поэт, – сказал вместо него Фарот, – писатель. Написал сегодня неудачно, вот и переживает.
– Где ваш груз?
– Идемте, провожу.
И командир с Тротилом вышли из кабины управления. Спускаясь по узким трапам в грузовой отсек, командир, даже не посчитавший нужными назвать своего имени, шел быстро, успевая однако буквально за все зацепиться взглядом. Открыв доступ в грузовой отсек, Тротил зажег свет и посторонился. Командир вошел внутрь и окинул взором штабеля серебристых ящиков. Судя по легкому замешательству, он явно не ожидал, что ящики с фруктами будут упакованы в светоотражающую пленку.
– Ну-ка, снимите пленку.
– Со всех? – услужливо поинтересовался Тротил.
– Нет… вон с того, – он наугад ткнул в крайний левый ряд, – верхнего.
Тротил немедленно выполнил просьбу. Командир подошел к ящику и склонился над прозрачной крышкой. В легком тумане покоились замороженные фрукты трех видов. Командир созерцал эту картину так долго, что Тротил забеспокоился, не впал ли пограничник в анабиоз.
– Он у вас что, – наконец произнес командир, не меняя позы, – действительно сумасшедший?
– Да, – вздохнул Тротил, – у него женская логика и соответствующий взгляд на вещи.
– Соболезную.
Он выпрямился и пошел к выходу.
– Корабль в удовлетворительном техническом состоянии? – спросил командир на ходу.
– Более чем, – Тротил выключил свет, и поспешил за ним.
Вернувшись в кабину управления, Тротил украдкой подмигнул Фароту.
– Хорошего пути, – сказал командир, махнул рукой своему отряду и они покинули «Летатель».
Друзья напряженно смотрели в иллюминаторы до тех пор, пока пограничный корабль не отшвартовался и не направился к базе.
– О-о-о-о… – с облегчением произнес Уга, – похоже, пронесло.
– Да уж, – Фарот потер лоб и посмотрел на Преала. – В следующий раз будем держать тебя в каюте, скажем, что ты болен, а еще лучше – мертв. Давным-давно мертв. Вот ведь глупое, трусливое, бесполезное существо, недоделанная форма скользкой жизни.
– Я тебя ненавижу, – всхлипнул Преал. – Я вас всех-всех не люблю!
Тротил сел за пульт и снял корабль с режима торможения, желая как можно скорее убраться подальше от пограничной территории.
– Больше никогда, – сказал Фарот, провожая взглядом удаляющиеся станции, – никогда больше не ввяжемся во всякие сомнительные предприятия. Нам это не надо, мы положительные герои, мы ни во что дурное не впутываемся. Я вот лично хочу обосноваться на какой-нибудь тихой планете и открыть небольшой ресторанчик, а когда дела наладятся, построить рядом заправочную станцию для малых частных кораблей. И все, и любоваться закатами, потягивая свежее винцо.
– Какая невероятная тоска! – фыркнул Преал, он пришел в себя и даже немного приободрился. – Как мелки и примитивны твои мечты и стремления! Неужели тебе не хочется совершить нечто великое, благодаря чему твое имя навеки впишут золотыми буквами в анналы Вселенной?