Сердце Лета
Шрифт:
– Хорошо бы затеряться и посидеть на этом Обелисе пару месяцев, а желательно с полгодика, – Тротил вручную вел корабль на снижение, опасаясь доверять этот тонкий процесс самому «Летателю», могущему в любой момент выкинуть какой-нибудь некрасивый номер. – Чеков на первое время хватит, стоянку корабля, жилье и пропитание сможем оплатить, но на большее рассчитывать не приходится, так что желательно быстро найти работу.
– Постараемся, – зевнул Уга, сонно щурясь. По корабельным часам на борту была глухая ночь.
Оборвалась тьма океанской глади, воздушное
– Похоже, тут тепло, – заметил Преал. – Удивительно, на третью планету прилетаем и везде лето.
– Это потому что с нами Лета, – улыбнулся Фарот, – поэтому везде лето. Правильно я говорю, Тротил?
– Пра-вильно, – с некоторой натугой ответил он, пытаясь отжать некстати заклинивший рычаг торможения. – Пристегнитесь, садимся.
Вскоре «Летатель» совершил посадку на космодроме «Атарат» планеты Обелис. Как только они очутились на твердыне, со всех сторон к кораблю бросились служащие космодрома, одетые в одинаковую синюю форму, они обставили корабль сигнальными огнями.
– Всех приветствуем! – широко улыбнулся Фарот, ступая на плотное, гладкое покрытие посадочной площадки. Следом вышел остальной экипаж с вещевыми сумками.
Служащие космодрома вполне доброжелательно поулыбались в ответ и указали на небольшое здание.
– Управляющий ждет вас.
Друзья отправились в заданном направлении. Прохлада, гулявшая по открытому всем ветрами космодрому, заставила ускорить шаг.
– Похоже, космодром частный, – сказал Тротил, поглядывая на здание управления.
– Это хорошо или плохо? – поежился Фарот.
– Чего ж хорошего? Дороже заплатим.
Толкнув выкрашенную темно-синей краской дверь, Тротил заглянул внутрь.
– Можно войти?
– Да, да! – раздался тонкий неприятный голос неопределенного пола.
Друзья вошли в просторное помещение, оборудованное, как кабинет и приемная одновременно. На голубых стенах красовались аляповатые космические пейзажи, расцветка пластиковых штор на окнах повторяла космическую тематику, да и все без исключения предметы мебели и интерьера, так или иначе, намекали на тесный контакт с бесконечной вселенной. За огромным столом в виде обломка межпланетного корабля восседал худющий, как скелет, обтянутый кожей господин с такой белой кожей, что можно было усомниться в том, что она настоящая. Черты его высохшего лица казались мумифицированными, в глубоких провалах глазниц лихорадочно поблескивали красноватые глаза, на лысом черепе торчали клочки желтоватых волос. Увидев этого господина, Фарот будто невзначай встал так, чтобы закрыть собою Лета, а Преал элегантно спрятался за Тротила, на Угу этот персонаж не произвел особого впечатления, Уга с интересом рассматривал обстановку.
– Приветствую вас на Обелисе, – привстав из-за стола, жуткий господин растянул бескровные тонкие губы в улыбку. – Я Плюра, владелец космодрома.
– Экипаж «Летателя», – представился Тротил.
– Позвольте узнать, что вас привело к нам?
Присесть
– Так-так, – сказал Плюра, когда Тротил закончил, – стоянка на моем космодроме обойдется вам в семь чеков, это если с официальным занесением вашего корабля, всех ваших данных в регистрационный банк, и в десять чеков, если вы хотите, чтобы о вашем визите на Обелис никто не узнал. Ну, так что?
Он склонил голову набок, глядя на Тротила мерцающими глазами. Молчание длилось секунд пять, затем Тротил сказал:
– Десять чеков нас вполне устроят.
– Прекрасно.
Плюра пододвинул к гостям металлическую коробку с высокими бортами, и Тротил отсыпал в нее десять чеков. Коробка так быстро исчезла со стола, что никто и заметить не успел, как Плюра это сделал. Затем на столе перед Тротилом очутилась небольшая книжица в ярко-красной обложке.
– Подарок лично от меня, – снова растянул губы в жутковатой улыбке владелец космодрома, – краткий путеводитель, справочник для приезжих. Берите, это бесплатно.
– Спасибо, – Тротил взял подарок.
– Добро пожаловать в Меро – лучший город на Обелисе!
На этом и распрощались. Покинув здание управления, друзья направились к воротам, они услужливо распахнулись перед ними сами собой. Миновав прилегающую к космодрому территорию, друзья вышли к стоянке странных транспортных средств. Конструкции походили на гигантские квадратные и прямоугольные коробки на шести и восьми колесах. Как только друзья оказались в непосредственной близости от этих коробок, из них стали выскакивать люди, и с приветственными криками бросаться к потенциальным пассажирам.
– Стоп, стоп, стоп, – поднял ладони Фарот, – мы еще не знаем, куда поедем. Тротил, полистай-ка книжицу, может, найдется что-нибудь полезное.
– Смотри сразу раздел «гостиницы», – посоветовал Уга.
Пошелестев страницами, Тротил сообщил, что нашел только раздел «пристанища».
– Должно быть, это одно и то же, – пожал плечами Фарот. Он поднял воротник легкой куртки, принадлежавшей Уге, а теперь перешедшей в собственность Лета, застегнул молнию, чтобы девушку не продуло, и натянул шапочку ей на самый лоб. – Давай скорее, пока моего братца до соплей не застудили.
– Сейчас, сейчас, – Тротил перевернул очередную страницу. – Итак, что мы имеем… «пристанища для богатых», «для очень богатых», «для невозможно богатых»… так, это можно пропускать. Ага, вот! Выбор не велик: «Пристанища для бедных» и «пристанища для очень бедных».
– И куда же мы поедем? – напрягся Преал. Благодаря своей богатой творческой фантазии он в мгновение вообразил, что из себя может представлять «пристанище для очень бедных».
– Сколько у нас осталось чеков? – поинтересовался дрожащий от холода Уга, он уже понял, что они слегка погорячились, решив, что на Обелисе лето.