Сердце матери
Шрифт:
— Я воспользовалась деньгами с карточки, которую дала мне Лили перед смертью, а теперь каждый месяц кладу туда деньги так, как это деньги малышки — с гордо поднятой головой ответила я ему.
— Но при этом вы говорите, что не получали денег от моего клиента? — уточнил адвокат.
— Нет, эти деньги я получила от Лили на нужды ребенка! — ответила я.
— Я закончил ваша честь.
— То, что вы сейчас поведали интересно, но какие доказательства, кроме ваших слов, что Лилианну Рябинину отравили, у вас есть? —
— У нас имеется запись, записанная случайно и доказывающая слова моей клиентки. Разрешите включить эту запись, ваша честь? — спросила Мила.
— Протестую, ваша честь, защита не была ознакомлена с записью заранее! — сразу ожил адвокат.
Судья глянула на часы и вдруг спросила
— Юлия Викторовна, девочка в порядке?
— Да ваша! — честь ответила я, не понимая, куда она клони.
— Тогда привезите ребенка сюда, мы посмотрим на нее, а пока устроим перерыв на два часа, а адвокат ознакомится с записью, после чего мы продолжим.
Я могла только кивнуть. Судья встала и ушла, а Мила набрала номер сестры мужа и попросила привести ребенка, но они попали в пробку, поэтому к началу заседания не успели.
— Я не вижу ребенка, вы ее не привезли? — спросила судья, едва села за свой стол.
Ответить мы не успели, открылась дверь и в зал зашла женщина с Лили на руках. Оглядевшись вокруг, она поставила малышку на пол и что-то ей сказала. Девочка с испугом оглядываясь вокруг пошла вперед озираясь, тогда я встала и, выйдя из-за стола присев на корточки позвала ее.
— Лили!
— Мама-мама! — радостно закричала она и бросилась ко мне, а я просто прижала ее к себе, так как не видела уже сутки.
Я медленно развернулась и показала ее счастливое личико судье, а она долго внимательно смотрела на ребенка. Кивнув, она собиралась что-то сказать, но тут малышка увидела Сергея и громким шепотом спросила.
— Мама, а папа приехал к нам?
— Да милая, ты хочешь с ним поздороваться? — спросила я, отпуская ее на пол.
Девочка сделала шаг вперед в строну Сергея, но потом она разрыдалась, от того, что что-то увидела и бросилась ко мне.
— Милая, что такое? — спросила я ее, пытаясь успокоить.
— Тетя плохая! — жалобно прохныкала девочка.
— Какая тетя? — не могла понять я.
— Та! — показала пальчиком малышка на Лиду, а я в недоумении уставилась на нее.
— А почему ты думаешь, что она плохая? — спросила судья — Тебе так мама сказала?
— Нет! Просто плохая! — ответил ребенок, еще ближе прижимаясь ко мне и с ужасом глядя на Лиду — Она не другая мама, она плохая! — повторил ребенок.
— Я не понимаю — сказала я одними губами.
— Может она что-то слышала? — вдруг предположила Мила.
— Но тогда бы она и Сергея боялась — ответила я, качая головой и прижимая ребенка к себе, чтобы успокоить.
— Не обязательно, ты же сама
— Нет, там были фото Лили и Сергея, она всегда с восхищением смотрела на мать.
— А ну-ка подожди! — вдруг воскликнула Мила и обратилась к Сергею — Сергей Игоревич, а у вас есть фотография жены?
— Да! — удивленно кивнул Сергей, внимательно глядя на нее.
— Дайте, пожалуйста — попросила Мила, а когда он достал несколько фотографий Лили включая и ту, где была Лида она попросила — разложите их на столе, пожалуйста.
Когда он это сделал, она попросила Лили.
— Солнышко, а ты можешь показать, где тут другая мама?
Девочка, все же косясь на Лиду, подошла к столу и посмотрела на фотографии, которых я никогда не видела и тут же быстро взяла все кроме одной.
— Тут злая тетя и мама! — сказала она жалобно, а потом аккуратно свернула фото и показала всем ту сторону, где была Лили — Вот мама!
Все в шоке смотрели на ребенка. Если она угадала то как? А если нет, то кто ее научил?
— Да! — сказал Мила удивленно — Я конечно слышала, что дети все слышат еще в утробе, но впервые вижу такое проявление!
А потом девочка еще больше поразила всех, она подошла к Сергею и потянула его в сторону от стола, ближе ко мне. А когда он подчинился и отошел, она попросила взять ее на руки.
Когда он это сделал малышка устроилась поудобнее у него на руках и вдруг шепнула.
— Пап, я скучала, и мама-котенок тоже, только не бросай нас больше! Ладно?
Я села на стул, даже Лили не знала, как меня называл Сергей, откуда это могла знать моя девочка.
— Другая мама сказала, что я ваша, но должна молчать об этом, иначе вы не помиритесь, но я не хочу, чтобы вы были врагами, я вас люблю — вдруг пролепетала Лили.
— Другая мама? — переспросил Сергей — а где ты ее видела?
— Она мне приснилась — доверчиво сказала малышка — и попросила чтобы я помогла вам помириться.
Я не знаю, сколько бы это продолжалось, но судья вдруг привлекла наше внимание.
— Давайте займем свои места и послушаем запись, а потом, я удалюсь для принятия решения — сказала она громко.
Сергей неохотно отпустил девочку, и она тут же устроилась на моих руках, после чего мы включили запись разговора, который я записала. Чем дальше мы слушали, тем больше бледнел Сергей, а потом он внимательно посмотрел на Лидию.
— Это правда? — спросил он ее.
— Нет! Неужели ты веришь этому монтажу? Лили с детства была не здорова, она еще очень долго прожила!
Но узнать реакцию Сергея мне не довелось, снова открылась дверь и в зал заседания вбежала моя сестра. Отдышавшись и оглядевшись вокруг, она сказала, глядя на меня.