Сердце Севера
Шрифт:
— Возможно, — угрюмо буркнул толстяк, наградив Ноу мрачным предупреждающим взглядом.
— Мы очень устали, лаэр, — не выдержала одна из целительниц, которую, действительно, шатало из стороны в сторону, словно тростинку на ветру, — подскажите, где можно отдохнуть?
— Устали? — Главный целитель госпиталя вскинул на женщину холодный взгляд. — Желаете отдохнуть? Спятили? В госпитале рук не хватает, а вы спать собрались? Помогите себе магией, вы же целитель. И отправляйтесь к больным.
— Мне
Рения Ольдэ, вдова, старше меня лет на десять. Действительно, довольно слабый маг, в чем я убедилась во время нашего короткого путешествия. Толку от женщины, как от целителя, будет немного. Зато будут дополнительные свободные руки — как исполнитель, Ольдэ была прекрасна. Во время путешествия идеально выполняла все мои указания по сбору целебных трав для будущих настоек и эликсиров.
— Остальные такие же слабаки? — мрачно поинтересовался лаэр Торш, переводя взгляд с одного осунувшегося бледного лица на другое.
— Я могу сразу приступить к лечению больных, лаэр, — подал голос Расел Ноу.
Этот мужчина понравился мне ещё во время дороги. Спокойный, рассудительный, сдержанный. Уступал женщинам удобные места в телеге, разжигал огонь на ночлег, вызывался дежурить. Одним словом, хороший надежный человек. И как целитель довольно неплох — силен, как маг, и опытен.
— Я тоже могу, — вздохнула я, попрощавшись с мыслью о бане и переодевании. — Если целителей не хватает, могу поделиться магией.
— Спасибо, лаэра, но я обойдусь, — пробормотала Рения Ольдэ. — Не обижайтесь.
Остальные маги тоже дружно отказалась, хотя без сил были все. Даже Ноу отказался. Мира покраснела и отвела смущенный взгляд.
Я с трудом сдержала усмешку.
Дикари. И глупцы. До сих пор считают, что темные целители с легкостью и без зазрения совести выпивают жизненную энергию у другого человека.
Лаэр Торш уставился на меня маленькими темными глазками.
— Лаэра Элфор, в ваших документах указано, что вы светлый и... — мужчина запнулся, во взгляде мелькнула уже знакомая в последние дни робкая надежда, — темный целитель одновременно. Это, действительно, так?
— Так, — кивнула я, вновь подумав, что заслуга Черного Мора в том, что он вывел на свет темных целителей, как бы странно это не звучало.
— Способности проявились с рождения? — зачем-то поинтересовался лаэр Торш, жадным взглядом впиваясь в мое непроницаемое лицо.
— Светлая магия — да, лаэр. С рождения. Но обучалась ей с восьми лет. Темная проявилась, когда исполнилось десять.
Глава 6
Четырнадцать
— Пресветлая Богиня наша, спаси моего брата! Спаси Лео! Я все сделаю для тебя! — бормотала я, давясь слезами, закрывая маленькими узкими ладошками огромную рваную рану на груди брата, из которой фонтаном хлестала кровь.
В ту ужасную ночь мы с Лео, два глупых самонадеянных дитя, отправились в ночной лес, расположенный в двух милях от Замка быстрой реки, чтобы доказать друг другу, кто храбрее.
Мы решили дойти до опушки леса, собрать ночных цветов, которые из-за своей редкой нежной красоты назывались «Ночная госпожа» и чудесным образом расцветали только ночью, а после вернуться обратно в крепость с доказательством своей смелости.
Мне было десять, Лео — двенадцать. Родителям и слугам мы, конечно, ничего не сказали, иначе они не отпустили бы нас.
Мы уже собрали цветы и возвращались домой с полными корзинами. До кромки леса оставалось совсем ничего... Откуда выскочил тот огромный черный кабан, я так и не поняла.
Лео тут же закрыл меня собой, направил на дикое животное кинжал и стал плести защитное заклинание, но кабан оказался шустрее. С невероятной силой он боднул брата и подкинул его вверх. Лео успел его ранить, но порез на мощном сильном теле животного больше напоминал глубокую царапину, а не смертельную рану. Брат с силой упал на землю, острая коряга насквозь пробила его грудь.
Кабан развернулся и вновь побежал в нашу сторону. От ужаса и страха я завопила как сумасшедшая, закрывая собой распластанное тело брата, выставляя перед собой трясущиеся руки, сплетая магический щит.
Не знаю, что за щит тогда я создала и сколько с перепугу силы в него влила, но кабан не смог его пробить. Более того, с третьей попытки разрушить щит его откинуло очень далеко от нас, после чего животное поднялось на ноги, зашаталось и медленно поплелось в обратную от нас сторону — к опушке. Я бросилась к брату, на бескровном лице которого уже присутствовала печать скорой смерти.
Тогда я уже знала о своих способностях светлого целителя и два года занималась с учителем — жрецом из храма при нашем Замке, но моей силы в ту ночь было мало. Лео истекал кровью и умирал на моих глазах.
— Пресветлая Многоликая Богиня! Услышь меня! Спаси брата! Научи меня что делать! Навеки стану твоей служанкой!
Я молилась и молилась Богине, пытаясь заклинаниями остановить кровь, из-за слез с трудом различая лицо Лео. Когда перестала слышать его дыхание, в отчаянии полоснула кинжалом по ладони, перевернула ладонь, и кровь закапала на землю. Что было сил закричала, взрывая мрачную тишину леса: