Сердце Сумерек

Субботина Айя

На миг в моем сердце зародилась мысль о побеге. Вот же он, портал, который приведет меня домой! Надо только выкрутиться из хватки мужа и сбежать. Ничего сложного, капля оправданного риска — и прощай нелюбимый муж, странные порядки и чужое тело, здравствуй родной мир. И моя обычная жизнь, в которой нет никаких встрясок и неожиданностей, а из всех трудностей — как бы выжить на крохотную зарплату и не завалить третий курс.

Никогда не думала, что скажу это, но, блин, ну и скучная же у меня жизнь. Даже появление Кирилова не слишком раскрасило мои классические будни простого обывателя.

То ли дело здесь: всего-то за пару часов успела выскочить замуж, покататься верхом, побывать в центре сражения с серыми уродцами и стать сахарной косточкой для двух красавчиков.

Пока я сравнивала, часть группы уже скрылась в тумане. Следующими были мы с Граз’зтом. И почему мне как-то не по себе? Даже схватилась за него, как за спасительную соломинку. Была почти уверена, что в ответ услышу едкую шутку, но нет — он и глазом не моргнул. Ну, само собой, пока Хадалиса нет в поле зрения, ему некого задирать.

В Око мы въехали прямо верхом. Почему-то я была уверена, что внутри мы просто будем медленно парить, но нет: лошади размеренно вышагивали по сверкающим широким лентам пути. Наверное, это и есть Нити. Как же их много! Настоящая паутина. У меня как-то резко пропало желание сбегать. Очевидно же, что без понимания, как все это действует, мне ни за что не найти дорогу домой. Да и есть ли здесь такая Нить?

Если вы думаете, что за пару минут мы переместились в нужно место, то — нет. Час, наверное, а то и больше, ехали в гробовой тишине: ни впереди никого не видно, ни позади. Как будто кроме нас и нет никого.

— Граз’зт. — Язык мой — враг мой, но я должна спросить, раз уж случилась оказия. — Зачем тебе Сердце Зары?

Возможно, если я буду знать, как действует эта штука, память принцессы заполнит недостающие пробелы.

— Начинаю думать, что ты меня облапошила, принцесса, — без намека на веселость сообщил «темный».

— Просто спрашиваю, — буркнула я.

— Чтобы вернуть кое-кого, кто мне дорог.

Вряд ли это можно назвать достаточным объяснением.

— А потом ты правда меня отпустишь?

— Сколько раз я должен повторить, что держу слово, чтобы ты перестала спрашивать?

Терпеть не могу людей, которые отвечают вопросом на вопрос. Но по факту теперь я знаю, что у этого поганца есть дорогой человек. Ну, наверное, можно сказать, что он не планировал причинять вред Данаани, по крайней мере, до тех пор, пока она не раздобудет Сердце, чем бы оно в итоге не оказалось. Только бы не сердцем живого существа, потому что на такое я точно не подписывалась.

Должно быть тревоги последних часов сделали свое дело, потому что я очнулась от смешка в ухо. Растерянно захлопала глазами, не сразу сообразив, где я и что со мной. Только что была у себя дома и готовила пельмени — и вот, снова сижу на лошади.

— Ты сопишь! — не стесняясь смеха, сообщил Граз’зт — Сопишь, как люкер!

Вот умеет же человек испортить настроение!

Да, соплю, а еще — ах ты боже мой! — и подхрапываю иногда. Потому что у меня врожденная патология носовой перегородки: стоит чуть простыть — и все, труба. По этой причине я никогда не разрешала Кирилову оставаться у меня ночевать. Девочки даже в туалет фиалками ходят, а наши отношения никогда

не были особенно доверительными, чтобы я всерьез думала о раскрытии реала таким, как он есть. Почему-то была уверена, что у нас еще все впереди.

— Ну, раз у нас договор, то тебе не стоит об этом беспокоиться, — сохранив невозмутимый вид, ответила я. Покраснела, конечно, будь здоров, но он все равно не видит мое лицо.

Кстати, мы как раз выехали из портала. И разница между землями селуни и крэсами сразу бросилась в глаза. Здесь было холодно, хотя по земле пролегли трещины из которых валил густой пар. Граз’зт следил за тем, чтобы конь держался подальше от этих провалов, и я тоже взяла это на заметку. Мало ли что, а в незнакомом мире всегда нужно быть начеку.

Здесь почти не было деревьев, только множество черных и красных монолитов, торчащих из-под земли, словно клыки. Вся наша маленькая процессия как-то зловеще отражалась в их зеркальных гранях, а иногда я видела там странные темные силуэты.

— Души непогребенных крэсов, — словно прочитав мои мысли, пояснил Граз’зт. Надо же, в его голосе даже появилось уважение. — Над которыми поглумились такие, как ты.

— Среди мертвецов моего народа тоже предостаточно тех, кто не знает успокоения по вашей вине, — ответила я. Практически, ткнула пальцем в небо.

Граз’зт не стал спорить.

Мы миновали горный кряж, за которым раскинулся мощенный камнем перекресток. Здесь мы повернули направо, и здесь же я впервые увидела темные шипы замковых башен. Мой новый дом будет… таким? Да мне даже отсюда смотреть на него страшно. Лучше уж стеклянные полы, чем замок Дракулы.

Чем ближе мы подъезжали, тем больше и страшнее становился замок. Еще и темные птицы над ним, и в черных облаках сверкает и грохочет. Прямо готовая обложка на музыкальный альбом какой-нибудь готик-рок группы.

Когда нам навстречу выехала группа всадников, Граз’зтт резко притянул меня к себе и чуть ли не силой заставил спрятать руки под плащ.

— Правильно, стыдись меня, муженек, — подначивала я. На всякий случай, чтобы, когда встанет вопрос о том, отпускать меня или нет, ему было что вспомнить.

— Им совсем не нужно знать, что я привез в замок ходячую смерть, — тихо рыкнул он.

— Но не их же ходячую смерть, — бравировала я.

— Если повезет — то да. Но я не слишком-то верю в везение. Поэтому, если не хочешь, чтобы тебя пытались прирезать все, от поваренка до генерала, лучше не дергайся.

Отряд воинов поприветствовал Темнейшего непонятными мне жестами, а потом сопроводил нас в замок. Тот, кто был главным среди всадников, что-то негромко сказал Темнейшему, кивком указав на Хадалиса. Тот так же тихо прошептал что-то в ответ. Слова как проказа размножились среди всадников, и те, не стесняясь, загоготали. К счастью, мой гард не собирался реагировать на эти жалкие ужимки. Вот же умница, просто непрошибаемый.

Мы миновали откидной мост, где я имела неосторожность посмотреть вниз. И снова, как перепуганная кошка, поскреблась вверх по Граз’зту, слепо целясь за его куртку. У меня с детства от высоты голова кружится, а тут целая пропасть с лавой и расхаживающими в ней здоровенными рогатыми тушами.