Сердце василиска

Флер Полина

Я вскинула руки в жесте отчаяния, внутри клокотал огонь.

– Тебе известно, что такое любовь? – срывающимся голосом спросила я. – Что значит пустой миг без родного прикосновения, взгляда, без теплого слова? Однажды я чуть не потеряла Дитера и не хочу потерять его снова! Ты должен меня понять, Шэн! Если ты когда-нибудь любил…

Сложив ладони перед собой, я умоляюще поглядела на альтарца. Он молчал, непрошибаемый, как статуя.

Его глаза темнели, глубокие, как колодцы. И я почувствовала, что почти проваливаюсь в них. Кулон снова кольнул шею, точно подтолкнул меня к падению. И вдруг границы черноты раздвинулись, и я увидела женщину. Альтарку.

Она сидела в задумчивости под облетающим сливовым деревом, а у ее ног играла девочка, складывая пирамидку из гладко отшлифованных голышей.

– Я маленькое яблочко, – напевала она. – Душистое и сладкое, с красными щечками. Кто любит меня больше всех? Конечно, мама и папа!

«Ее зовут Ю-Мин, – подсказал мягкий голос. – И она похожа на мать».

«Больше на отца, – возразил ехидный голос. – Посмотри-ка на форму подбородка! Такой же острый и упрямый».

– Ю-Мин, – едва слышно повторила я.

Изображение смазалось и исчезло, оставив после себя только легкую зыбь.

– Что? – услышала я как сквозь вату. – Что ты сказала?!

– Она похожа на маму и папу, – сонно произнесла я. – Маленькое яблочко с красными щечками. Кто любит ее больше…

– Откуда?! – вдруг закричал Ю Шэн-Ли.

В какой-то момент показалось, что он накинется на меня и хорошенько встряхнет за плечи. Но я не отступила, а он взял себя в руки и только дышал тяжело, сверля меня отчаянным взглядом.

– Откуда ты знаешь это имя? – снова спросил он, и голос дрогнул.

– Увидела, – ответила я, стряхивая дремотную слабость. – Только что… У нее упрямый подбородок, как у отца… как у тебя, Шэн! Кто она? Твоя… – Догадка кольнула в висок вместе с комментарием: «Его дочь».

Альтарец выдохнул и пригладил ладонью блестящие черные волосы.

– Никто не знает о ней, – сказал он. – Даже Дитер… Я не говорил ему никогда, это моя самая большая тайна.

– Почему? – удивилась я, подходя ближе и заглядывая в лицо. Теперь оно немного осунулось, стало печальным и бледным. – Ты никогда не рассказывал о себе, Шэн. Почему даже Дитер не знает, что у тебя есть дочь?

– Потому что Ю-Мин – мой внебрачный ребенок. – В глазах Ю Шэн-Ли замерцала грусть. – Это давняя история…

– Расскажи? – Я взяла его за руку и приготовилась

слушать.

– Давно, когда я еще был совсем молод, – начал Шэн, – я полюбил девушку из очень богатого и очень знатного рода. Мы познакомились на балу, который ежегодно устраивает Альтарская военная академия. Любовь… ты говорила о любви, Мэрион, но ведь и я знаю, что это такое. Она вспыхнула между нами быстро и была слаще меда, крепче вина. О, это был самый чудесный год! – Ю Шэн-Ли улыбнулся, погружаясь в воспоминания.

Я ждала, не выпуская его руку. Мне чудилась тихая-тихая песня, звучащая вдали, виделись силуэты лодок, скользящих по ночной реке, огромная луна, плавающая в черном небе, как желтая круглая рыба. Наверное, я считывала воспоминания Шэна… но как? Пока я не находила объяснений. Я чувствовала только магию, от которой слегка потрескивал кулон, и слышала странные голоса. Наверное, была тут какая-то связь.

– Отец моей возлюбленной не обрадовался, узнав, что его драгоценная дочь путается с простым курсантом, – горько усмехнулся Ю Шэн-Ли. – Он давно нашел ей партию – такого же богатого и знатного государственного мужа, как и он сам.

Шэн замолчал, хмурясь и собираясь с мыслями. Его пальцы подрагивали, но я и так знала, что произошло дальше.

– Ее выдали замуж насильно? – участливо спросила я.

Альтарец согласно кивнул:

– Да. Моя возлюбленная стала женой другого.

– Но вы все равно продолжали встречаться?

Шэн вздернул подбородок. Теперь в его взоре горел непонятный мне огонь. Посол заговорил отрывисто, бросая слова, как отравленные стрелы:

– Ее муж – старик! А она… она молода и прекрасна, как сама луна! Да, мы встречались тайно. Пока она не зачала от меня малышку Ю-Мин. Это самый большой позор и самая сладкая тайна. Я храню ее здесь. – Шэн стукнул себя кулаком в грудь. – Возле самого сердца. И умру с этой тайной! Горе неверной жене! И горе тому, кто соблазнил ее. Мою возлюбленную протащат по самой большой площади столицы, а потом возведут на погребальный костер. Мою малышку… – Он встряхнул головой, и черная прядь выбилась из гладкой прически. – Мою Ю-Мин отправят в рабочий дом, где она будет до скончания веков тачать башмаки или собирать рис на полях богачей. Или сделают гунци…

«Проституткой», – поняла я и содрогнулась, вспомнив милое личико ребенка и нежный голос. По телу пробежала дрожь.

Конец ознакомительного фрагмента.