Сердце ведьмы
Шрифт:
Конечно, можно было избавиться от ребенка, но теперь, когда инстинктивное чувство ужаса его оставило, у Локи проснулось любопытство — весьма интересно было бы посмотреть на то, кто же родится у таких странных родителей. Главное, сразу сбагрить ребенка после рождения — младенцев Локи и раньше видел, и никакого умиления они у него не вызывали, а вызывали непреодолимое желание стукнуть их всех головой о стену, чтобы они заткнулись и перестали плакать.
Но как раз в своей способности найти кого-нибудь, кто согласится «ненадолго приглядеть» за младенцем, Локи не сомневался.
Приняв
— Ну ладно, раз уж мне предстоит стать мамой, сделаем все по правилам, — решил Локи и начал шептать заклинание.
Через несколько минут что-то в его облике начало неуловимо меняться: вначале он слегка уменьшился в росте, плечи стали менее широкими, а черты лица сгладились и стали более женственными. Затем заметно прибавилось в груди и раздались бедра, а волосы отросли ниже плеч и разлились по плечам рыжей волной.
Вскоре трансформация была закончена — Локи превратился в женщину. На всякий случай он заколдовал себя аж на 10 месяцев — почему-то ему казалось, что впарить ребенка, будучи милой юной девушкой, будет легче.
С удовлетворением оглядев свое отражение в близлежащем прудике, он еще немного поколдовал, и его одежда сменилась на простое зеленое платье.
— Теперь не стыдно и на людях показаться! — похвалил он сам себя и отправился в Митгард.
Дело было в том, что, хотя в женской анатомии Локи разбирался неплохо, он все-таки никогда не интересовался беременными женщинами, и в области родов, беременностей и тому подобных вещей, был полным профаном. Так что, теперь он счел логичным найти кого-нибудь, более осведомленного.
Добравшись до Митграда, мира людей, он пешком, чтобы не привлекать ненужного внимания, пошел по первой попавшейся дороге, справедливо рассудив, что к какому-нибудь поселению она его да приведет. Поселение оказалось небольшим городком с двумя улицами и странным на вид питейным заведением на их пересечении. Туда-то Локи и направился, вернее, направилась, в надежде узнать, как найти местную бабку-знахарку. У нее он собирался получить дополнительную консультацию по проблемам вынашивания детей.
Внутри было шумно и пахло селедкой, так что Локи почувствовал себя дурно и, быстро найдя свободное место, с размаху плюхнулся на скамью, прикрыв голову руками. Его снова начинало тошнить.
— О-о! — простонал он, — ну за что мне такие муки!
— Тебя что-то тревожит, милая? — неожиданно на скамейку рядом с ним опустилась фигура, облаченная в серый просторный плащ. Локи повернулся, и с легким презрением осмотрел незнакомца.
После осмотра взгляд его несколько смягчился: незнакомец неплохо выглядел, хотя, кажется, был не очень-то молод — его короткая борода была полностью седой. Правда, лица его толком Локи так разглядеть не удалось — на глаза мужчина надвинул широкополую шляпу.
— Меня тревожат судьбы мира, — пробормотал Локи, надеясь, что на незнакомца его
— Хм, — мужчина усмехнулся в бороду. — И что же такого тревожного в судьбе этого мира?
— Я разве сказал… сказала, что говорю про этот мир? — огрызнулся Локи. Никакой бабки-знахарки в данный момент искать не хотелось, а хотелось лечь и полежать где-нибудь в уголке, или наговорить кому-нибудь гадостей, или… или съесть что-нибудь и выпить пива. Голод проснулся внезапно и, хотя головой Локи понимал, что с тошнотой это чувство плохо сочетается, душа (вернее, желудок) требовала еды.
— «Гм, вот тут то и может пригодиться общительный незнакомец», — подумал Локи и, сделав выражение лица как можно более кокетливым (насколько это было в его силах при сложившихся обстоятельствах), обратился к седому:
— А что это мы все обо мне и обо мне, давайте лучше о Вас поговорим! Такой… видный мужчина заслуживает этого!
Незнакомец то ли правда смутился, то ли сделал вид, а потом сам ответил комплиментом на комплимент. Выслушав извилистую тираду, прославляющую его красоту, Локи почувствовал, что у него начинают гореть щеки. Таких вещей ему раньше никто не говорил; хотя, это было вполне объяснимо — в женщину он раньше тоже никогда не превращался. Оказывается, в смене пола были свои преимущества.
— «Возможно, стоило делать это почаще», — решил он про себя.
— И как же зовут столь прекрасную деву? — Спрашивал тем временем незнакомец, склонившись в его сторону.
— Лок… — начал был Локи, но вовремя понял, что говорит совсем не то, что нужно, и быстро исправился, — Лофт.
Произнеся свое новое имя, он и сам поморщился — ну надо же, придумать такую чушь! Но незнакомец на странное имя прореагировал спокойно.
— А тебя как называть? — быстро спросил Локи, не давая тому времени задуматься.
— О… Хо… Харбард! — почему-то вдруг начав заикаться, ответил седой.
— «Волнуется, — удовлетворенно подумал Локи. — Значит, я ему понравилась! То есть, понравился. То есть… ну, не важно».
Дальше разговор протекал по стандартному сценарию: Хардард купил еду и выпивку и стал развлекать симпатичную незнакомку рассказами, в то же время не забывая наливать ей пива. Локи не отказывался. Как это не парадоксально, от еды и пива тошнота прошла, и сейчас он чувствовал себя просто замечательно. Вначале его несколько напрягало то, что споить и затащить в постель пытаются его — он привык быть атакующей стороной, но после пятой кружки это уже проблемой не казалось.
— «Я ведь всегда могу сказать нет!» — было его последней разумной мыслью за вечер.
Следующая связная мысль пришла к нему в голову следующим утром, и была она примерно такого содержания: «Где я, кто я и кто этот тип рядом?»
На вопрос «кто я» ответить оказалось проще всего. И с тем, где он находится, Локи тоже сразу разобрался — судя по обилию соломы вокруг, это был чей-то сеновал.
Про то, кто седой тип, лежащий рядом, Локи тоже быстро вспомнил.
Но вот суммарный итог ответов на все три вопроса поставил его в тупик: почему он лежит на сеновале рядом с Харбардом, да еще и абсолютно голый?