Сердце ведьмы
Шрифт:
Тот злобно заворчал, но ничего не сказал.
— Какой милый у тебя ребенок, — сказала Фрейя, пока они шли по Асгарду.
— А? — рассеянно переспросил Локи, всецело поглощенный созерцанием окрестностей. — Ребенок? И не напоминай мне!
— Что ты хочешь этим сказать? — удивилась богиня.
— Ну, ребенок, может быть, и милый, но если бы я знала, сколько трудностей нужно пережить, чтобы его выносить, никогда бы не стала рожать! Лучше бы завела себе собачку. А уж сами роды! — От воспоминания
Фрейя удивленно засмеялась, но воздержалась от комментариев.
— А как его зовут? — вместо этого спросила она.
— Ее, это девочка. Не знаю, я еще не придумала имя, мне хотелось бы обсудить это с отцом.
Фрейя вдруг еще раз посмотрела сначала на ребенка, а потом на Локи, и брови ее от удивления поползли вверх.
— Скажи мне… — начала она. — Кстати, как тебя зовут?
— Лофт.
— Лофт? Какое странное имя для девушки…
— Да. Мне об этом уже говорили. — Тяжело вздохнул Локи.
— Так скажи мне, дорогая… Лофт, а когда ты познакомилась с Одином?
Локи мысленно рассмеялся. Все получалось очень удачно — (почти) безо всяких намеков с его стороны, мысли Фрейи потекли в нужном направлении.
Дело в том, что родив, он задумался над одним насущным вопросом — куда деть ребенка? Ему самому девочка (а родилась у него именно девочка и, он почему-то не сомневался, еще к тому же и ведьма) была не очень-то нужна. Для бога, ведущего странствующий образ жизни, ребенок был страшной обузой, как Локи успел убедиться. О нем нужно было заботиться: менять пеленки и кормить, укачивать на руках и петь на ночь колыбельные, чтобы маленькое чудовище заснуло. Локи попробовал все это делать, и одной недели ему вполне хватило на всю оставшуюся жизнь.
И тогда он начал думать над тем, кому бы ребенка отдать. Можно было пойти по легкому пути и просто бросить девочку в каком-нибудь митгардском городе, но, честно говоря, дите все же было немного жалко — как не хотел Локи загнать в подсознание сей факт, судьба девочки его заботила.
И тут очень вовремя он вспомнил о своей встрече с Харбардом, вернее, Одином, и в его голове зародилась блестящая идея. А почему бы не сказать Одину, что это его ребенок? Все обстоятельства складывались донельзя удачно — сроки более-менее совпадали, Один сам признал, что у Локи до него не было мужчин (что, в какой-то степени, было правдой). Асгард, счел Локи, будет для ребенка гораздо лучшим домом, чем митгардская убогая деревня.
А теперь еще и Одина не было в Асгарде, а Фрейя пригласила его подождать, и это было совсем замечательно — дожидаясь Одина, Локи мог попытаться убедить Фрейю обучить его магии сейда. Это была женская магия, и мужчин ей, насколько Локи знал, вообще не обучали. Так что, в этом теле, его шансы подбить Фрейю на обучение, сильно возрастали.
— Так когда ты познакомилась с Одином? — переспросила его богиня.
— Месяцев этак девять назад, — совершенно правдиво ответил Локи.
— А! —
— О чем? — невинно хлопая ресницами спросил Локи.
— Да так, ни о чем… — Фрейя явно решила не вмешиваться ни в свое дело.
— А что мы все об Одине, — решил перевести разговор в нужное русло Локи. — Расскажи мне лучше о себе. Хейд говорила, что ты достигла в магии сейда больших высот?
Фрейя довольно улыбнулась:
— Да, это правда.
— Скажи, а не могла бы ты показать мне что-нибудь… Я всегда мечтала научиться магии, а когда моя подруга рассказала мне о своем обучении у тебя и продемонстрировала несколько вещей, мое желание только окрепло!
Фрейя внимательно посмотрела на Локи:
— Да, пожалуй, я могла бы тебя научить; я чувствую в тебе потенциал. И, кстати, в твоем ребенке тоже. Когда она вырастет, девочка сможет достичь многого; твоя подруга обладала замечательными способностями, но этот ребенок ей не уступает.
— Это меня не удивляет, — пробормотал себе под нос Локи.
Оказалось, что и у Фрейи неплохой слух.
— Почему? — спросила она.
— О, я уверена, что моего ребенка ждет великое будущее! — поспешил изобразить из себя гордую мать Локи. — Я знала, что она талантлива, я поняла это с самого начала!
— Конечно, конечно! — рассеяно кивнула ему Фрейя. — Пойдем, тебе и ребенку нужно отдохнуть после дальней дороги.
Одина не было где-то месяц. За это время Локи успел подружиться с Фрейей и узнать от нее о сейде много нового. Кажется, поедание сердца ведьмы не прошло даром, и часть способностей великанши передалась богу — получалось у него все на редкость легко. А может, он просто был очень талантлив от природы.
Но однажды, под вечер, Фрейя подошла к Локи и сказала:
— Один только что вернулся, если хочешь, можешь пойти к нему завтра с утра.
— Спасибо, — поблагодарил Локи, начиная несколько нервничать; в конце концов, план мог и не сработать.
С утра, приведя себя в порядок и взяв ребенка, Локи направился в Вальгаллу, к Одину.
Тот, увидев его, совсем не удивился, видимо, Фрейя или противный Хеймдалль успели его предупредить. Локи все же надеялся, что это была Фрейя — страшно подумать, какую характеристику мог дать ему страж моста.
— Ну здравствуй, Лофт, — поприветствовал Один гостя.
— Приветствую тебя, Харбард, — несколько официально обратился к Одину Локи.
— Рад тебя видеть в наших краях, — улыбнулся Один, — проходи, присаживайся, — он жестом показал на скамью рядом.
Локи подошел и покорно сел рядом с ним. И тут наконец-то Один заметил сверток в руках у Локи.
— А что это у тебя? — кивнул он настороженно, переставая улыбаться.
Сверток решил ответить сам за себя — он заглушил начавшего было говорить Локи пронзительным криком.