Сердечная терапия
Шрифт:
– Не подхожу? Не твой фасон? Я никому не навязываюсь! А детей я не режу. Я их спасаю. Жаль, что ты до сих пор этого не поняла.
Встал, поправил свой клетчатый шарф и направился к выходу.
С тех пор прошло около месяца. Теперь он шел от метро домой по вечернему зимнему городу, грел руки в карманах пальто и думал, как давно уже не блуждал по ночным улицам – все бегом, все на машине… Сегодня, выйдя с работы, он увидел, что выезд его машине наглухо перекрыл какой-то «уазик» с областными номерами. Походил вокруг, поспрашивал людей – никто не знал, чья это машина. Сначала Вадим рассердился – ведь мог опоздать на концерт,
– Подкинете до метро?
Так он стал на сутки пешеходом. Но это того стоило. Прожив такой неожиданно искренний вечер, Вадим шел от метро домой и, глядя на по-новогоднему украшенные витрины, вспоминал прошедший год, подводил итоги. И должен был признать, что более весомыми были результаты на работе, чем в личной жизни. Вспомнился и последний разговор с Анжелой. Накипело. Переполнило. Пролилось через край раздражение ее тупым нежеланием попытаться понять его жизнь и его ценности. Жалел он об этом сейчас? Пожалуй, нет. Но возвращаться в пустую квартиру все равно было неуютно. Вадим улыбнулся, вспомнив, что именно в тот этапный для него день возле Макдоналдса он встретил Александру. Точнее, сначала испуганную хрупкую девочку Стасю, маленькую балерину, которую сбили с ног ребята на скейтах, а потом не менее испуганную ее маму. И ничего он невероятного не видел в том, что вызвался помочь им и отвез в детскую больницу, в травмпункт, дождался там выводов дежурного травматолога, поддержал их, как мог. А Александра почти героя из него сделала!
Вадим снова улыбнулся. Он почему-то всегда невольно улыбался, когда вспоминал их обеих – юную балерину и эту странную женщину, для которой так неорганичны были и торговля на базаре, и проживание в детском саду. Об этом она неожиданно рассказала сама, пока они сидели в небольшом кафе в подземном переходе под Майданом. Зачем? Вроде и не оправдывалась, просто решила сразу расставить точки над «i». С одной стороны, такая открытость несколько удивила Вадима, с другой – встревожила, ведь эта маленькая сильная женщина показалась ему слишком незащищенной в большом городе. Страшно было даже представить себе такую комбинацию. Чего только не случается с людьми в столице!
А на первый взгляд и не скажешь, что человека так закрутила судьба… Симпатичная, воспитанная, с какой-то непровинциальной элегантностью и грацией, Александра, казалось, будто на спор временно играла не свою роль в жизни, настолько не соответствовало то, что он впервые увидел в ней на Майдане и к чему тайком присматривался сегодня в филармонии, тому, что неожиданно предстало перед ним на морозном рынке. Хотя кому, как не кардиохирургу, знать, что главное находится у человека внутри… Как говорил мудрый Лис в истории Сент-Экзюпери о Маленьком Принце: «Самого главного глазами не увидишь. Зорко одно лишь сердце».
Размышляя обо всем этом, он уже хотел свернуть с улицы во двор, когда от автобусной остановки отделилась сутулая мужская фигура и неуверенной походкой двинулась навстречу. Между ними было метров пять, и Вадим нутром почувствовал, что проблем не миновать. Он огляделся – поблизости никого. По улице изредка проезжали машины, но пешеходов не было. Вадим замер, держа руки в карманах пальто, и смотрел на человека, который шел прямо на него. Если сейчас побежать, незнакомец точно его не догонит, он и идет-то с трудом. Но Вадим стоял, как парализованный. Он понимал, что мог бы как-то справиться с одним нетрезвым, если, конечно, не выскочат
Все это пронеслось в голове Вадима за несколько секунд, пока мужчина приближался к нему. Он остановился на расстоянии менее метра, качнулся, и Вадим увидел его молодое небритое лицо, мутный взгляд, чуть приоткрытый рот, сдвинутую набок трикотажную спортивную шапочку. Она совсем не подходила к «дутому» пуховику, который делал фигуру громоздкой. Запаха алкоголя не чувствовалось. Вадим докторским глазом определил: «наколотый». Еще не имея представления, как дальше будут развиваться события, врач на всякий случай вынул из кармана одну руку.
Неожиданно мужчина тупо, но доброжелательно улыбнулся и взялся рукой за плечо Вадима:
– Брателло! Слушай, как ты думаешь, кто будет следующим президентом Америки на Марсе?
Врач с облегчением хмыкнул, медленным движением снял чужую руку со своего плеча и сказал:
– Думаю, подошел бы Дункан Маклауд.
Повисла пауза. Прохожий нахмурил брови, и лицо его отразило заторможенную работу мозга.
– Горец? Бессмертный?! – Он взмахнул обеими руками, словно крыльями, хохотнул, вдруг неуклюже скользнул ногами и приземлился пятой точкой на заснеженный тротуар. – Брателло, ты правильный чувак!
В этот момент за спиной Вадима притормозила машина. Стекло передней дверцы поползло вниз.
– Проблемы? – спросил парень, сидевший около водителя.
– Нет, спасибо, все под контролем, – ответил Вадим, глядя сверху вниз на персону, озабоченную будущим человечества.
В машине тихо, но настойчиво зазвучал женский голос, включился и замигал сигнал аварийной остановки, и через мгновение с водительского места вышла стройная девушка в короткой курточке и джинсах. Вслед за ней вышел и парень. В его руках была большая видеокамера. Пара направилась к тротуару. Вадим узнал их и удивленно наблюдал за ними, а наколотый «философ» сидел на снегу, будто не замечая новых действующих лиц.
Парень лихо вскинул камеру на плечо, а в руках у девушки появился микрофон.
– Скажите, а что такое, по-вашему, счастье? – неожиданно спросила она и поднесла микрофон к губам Вадима.
Парень с камерой стоял на расстоянии, а девушка заняла позицию на тротуаре. Но не успел Вадим осознать, что происходит, и сообразить, что бы им ответить, как девушка вскрикнула, качнулась, тоже взмахнула руками, как крыльями, и хлопнулась на снег рядом с «философом».
– Дебил! Ты че дергаешь? – рявкнула она и стукнула наркомана микрофоном по голове так, что шапочка его отлетела в снег. – Жека! Что ты снимаешь?! Дай руку!
Вадим опомнился и сам протянул девушке руку, но «философ» приобнял ее за плечи и миролюбиво пропел:
– Я знаю, что такое СЧАСТЬЕ! Я расскажу!
Девушка взглянула на оператора, махнула ему рукой на камеру, мгновенно уселась грациозней и поднесла микрофон ко рту опрашиваемого:
– Что же такое счастье, по вашему мнению?
– СЧАСТЬЕ… Это не допускать ломки, малая! И еще – чтобы в Америке, наконец, был хороший президент! Особенно на Марсе! – Он вяло помахал рукой оператору, повернулся к девушке и попытался обнять ее обеими руками, но она тут же повторила эффективный прием – «микрофоном по голове», а Вадим наконец помог ей подняться.