Серебряная доля
Шрифт:
Снежа еще раз сверилась с бумажкой, которую ей выдал Бриммен: "Водовозная, 23, Гектор". Она ожидала чего угодно - хибары, сбитой из гнилых лодок, вытащенного на берег старого корабля, бревенчатого домика, истрепанного штормами, уже заранее представляя, какой эффект произведет появление в трущобах парочки изящных барышень. Однако Водовозная улица, против всех ожиданий, сверкала полированным гранитом зданий, шипела газовыми фонарями и переливалась огнем вывесок.
Двадцать третий дом обнаружился сразу - это оказалось просторное четырехэтажное здание с выложенной мрамором по фасаду вывеской: "Северный
Девушка, ошарашенно покачав головой, потянулась к дубовой двери, сиявшей начищенной медью, но ручка выскользнула у нее из рук, а створка бесшумно повернулась, приглашая войти.
– Северный банк приветствует благородных дам, - пророкотал швейцар.
– Могу я узнать, что вас привело сюда?
– Да, - Снежа решительно зашла внутрь. Лена последовала за девушкой.
– Мне посоветовали обратиться к Гектору. Я уверена, он сможет нам помочь.
– Как о вас доложить?
– швейцар пристально глянул на девушек. Снежа буквально почувствовала, как взгляд пробирает ее до костей: "Кто такие? Не самозванки ли?
Докладывать или соврать - в отъезде?" - Айсиниэль Тилинней, из рода Иссегай, - величаво ответила Снежа, извлекая паспорт, - с кузиной Леанной.
Швейцар, тщательно изучив оба паспорта, сделал приглашающий жест в сторону уютных диванчиков в углу холла.
– Не соблаговолите ли подождать?
– Что мы тут забыли?
– озадаченно прошептала Лена.
– Зачем нам гостиница?
– Это банк, - шепотом ответила Снежа.
– Молчи - тут куча эльфов с Шауса, мигом раскусят. Ты же эльфийского не знаешь, да и вообще не эльфийка.
– Знаю!
– обиделась Лена, - поэму про Орландира наизусть выучила! Зачитать?
– Замечательно, я рада, - прошипела девушка.
– Молчи! Потом своими познаниями поделишься.
Швейцар незаметно вырос перед девушками.
– Прошу следовать за мной. Вещи можете оставить здесь.
Гектор оказался веселым жизнерадостным гномом лет ста пятидесяти. Паутинка морщин, опутавших лицо, ничуть его не старила - наоборот, в глазах Снежи Гектор выглядел мудрецом без возраста.
– Проходите, прошу вас. Чай, сок, морс? Может, чего покрепче? Не стесняйтесь, прошу вас - мы всегда готовы услужить нашим клиентам.
Впрочем, стоило курьеру, проводившему девушек в кабинет, закрыть за собой дверь, как маска веселости мигом слетела с лица хозяина кабинета. Едва слышно выругавшись сквозь зубы, он покопался в недрах массивного сейфа в углу кабинета и выудил оттуда мутно-серый шарик на подставке.
– Теперь мы можем поговорить открыто, - Гектор принялся пристально разглядывать девушек.
– "Зря вы отказались от чая. У меня есть редкостные сорта".
– "Бутон, расцветший в чаше - ничто в сравнении с красками жизни", - отозвалась Снежа. Гном откинулся на спинку кресла.
– Бриммен предупредил меня. Но сперва - случались ли какие-то заминки по дороге?
– Никаких, - отозвалась девушка, но тут же замялась.
– Впрочем, нет. Сразу по выходе из дилижанса нас попытались обчистить какие-то бандиты. Двое получили свое, третий сбежал.
– Шпана, выходит.
Снежа
– Возможно, это ничего не значит. А возможно… - Гектор замолчал. Девушка не выдержала.
– Возможно - что?
Старичок пристально глянул девушке в глаза.
– Вы ввязались в очень нехорошую игру, милочка. Очень нехорошую. Я весьма удивлен - эльфы обычно более осмотрительны.
– Так получилось.
– Кто спорит, милочка, кто спорит… Ладно, поступим так. Как выйдете от меня, сразу же идите на постоялый двор "Друг желудка" и снимите там комнату на неделю.
Обустройтесь хорошенько - возможно, придется обождать. Сегодня ночью спать не ложитесь - но свечи погасите, как положено. Хотя нет - штуки три оставьте. Самое главное: ничему не удивляться, вопросов - не задавать. Понятно?
– Так точно.
– А славно мы устроились, - Лена в восторге рухнула на кровать, и та с шелестом приняла девушку в свои пухово-шелковые объятия.
– Шик- блеск просто!
– Ну еще бы, - мрачно ухмыльнулась Снежа. Она до сих пор не смогла избавиться от трепета, с которым выложила на стойку почти полтысячи марок.
– За такие-то деньжищи!
Еще сотню марок пришлось отдать за ужин, который трое поваров в белоснежной униформе принесли прямо в номер. Впрочем, прикинув количество съестного, Снежа поняла - при желании, этих яств им с Леной хватит на неделю.
– Ой, а что это?
– колдунья неуверенно ткнула пальчиком в серебряное блюдо со странным пирогом - стопочкой из доброго десятка блинов, переложенных разнообразной начинкой.
– Без понятия, - отозвалась Снежа, потирая подбородок.
– Ну-ка, помоги…
Интермедия. Подковерные танцы Айлиг Кронтон, с грохотом захлопнув резную дверь, устремился вниз по лестнице.
Все перед глазами плавало в алом тумане беспредельной ярости.
"Мерзкий страрикашка", - если бы мысли умели обращать в металл, Айлиг напоминал небольшую доменную печь.
– "Думает, раз приглянулся покойному Хедрику за лесть и послушание, теперь может вертеть нами как хочет?" Антейр ордена Алатар был недалек от истины. Гроссмейстер Гарвиц, тщедушный гном, знавший еще отца покойного императора, после смерти Хедрика не без основания решил, что получил карт-бланш. Регент юного Олеса, Бональд Радиллович, заставший возвышение Андле- Шустряка, как прозывали Гарвица сорок лет назад, до сих пор испытывал непонятный трепет перед гением шпионажа и мастером разведки. Впрочем, те времена прошли, а дурные привычки гроссмейстера только приумножились.
– Ругал?
– Руольт Освиг, паладин-аналитик, скривился от грохота распахнутой антейром двери и оторвался от сводки недельной давности.
– Хуже. Он меня пытался уничтожить морально, - Айлиг уставился на мелко дрожавшие руки.
– Водичка есть? Налей. Он еще на завтра совещание назначил. Как выразился - "для подведения промежуточных итогов".
– Опять, - Руольт откинулся на спинку стула.
– Ладно, я поработаю, не возражаешь?