Серебряная доля
Шрифт:
– Пасека - это дело. Только к ней хорошо бы сад с цветником - а то где ж пчелкам кормиться-то?
Сийри понимающе хмыкнула. Действительно, большинство местных лугов цвели буквально пару недель в апреле-мае, а уже в июне жаркое солнце оставляло от них пустыри, траву с которых не ели даже козы.
– Дорого, небось?
– Смотря, где, - мастер пожал плечами.
– Ты лучше с шефом поговори, он насчет земельных дел у вас дока.
– Ладно. Какие жалобы на сегодня?
– Как вчера. Призрак. Гнездо у них тут, что ли?
–
– Бутыль с недовольным призраком исчезла в недрах стола.
– Последняя бутылка, между прочим. Он первую разбил, гад. Как знал!
– Если их там действительно много - вполне может быть, - задумчиво отозвалась Нита.
– Я тут покопалась в архиве: если ничего не путаю, лет сто назад, как раз во время Смуты, в Пустоши имелась небольшая тюрьма. Если учесть, что тогда же строился комбинат - думаю, понятно, с какими целями тюрьму организовали.
– Разумеется, - Сийри помрачнела.
– Тогда надо этот вопрос решать радикально, меня уже достало их ловить.
– В церковь сходи. Сама знаешь, почем некроманты. Кроме того, не по- человечески как-то их… убивать.
– Для начала - узнать бы, откуда они лезут, - девушка выудила из стола бутыли с призраками.
– Может, попытаться с ними договориться?
Полянка на окраине Маскона, по воле случая ставшая полигоном девушек при испытании новоизученных заклинаний, как нельзя лучше годилась для переговоров с призраками. Во-первых, она располагалась в самом центре густых зарослей дрока, так что с дороги заметить чародейские шалости не получалось никак. Во-вторых, идти до нее было всего ничего - пять минут петляний по переулкам, потом десять минут пешком по едва заметным тропкам - и все.
– Нит, ты проверяй меня, ладно?
– попросила Сийри, вручая подруге увесистый том.
– Мне ж, все-таки, боязно.
– Тогда, может, не стоит связываться?
– неуверенно протянула девушка.
– Да ладно, надо же когда-то начинать, - подруга попыталась скрыть смешком свою неуверенность.
Раскисшая земля медленно покрывалась причудливым рисунком из рун, переплетенных линий и странных знаков. По мере того, как рисунок близился к завершению, узоры наливались мертвенно-синим светом, а в воздухе повис неприятный гул.
– Готово!
– бутылка заняла свое место в центре чертежа. Сийри отбежала к подруге и, выкинув вперед переплетенные руки, громко пропела заклинание.
Пробка выстрелила, из бутылки повалил белый дым, который постепенно сгустился в полупрозрачную иссохшую фигуру, завернутую в драный плащ.
– Зачем ты издеваешься надо мной?
– провыл призрак. Нита почувствовала, как по спине катятся капли холодного пота - голос нежити буквально сочился ненавистью.
– Я хочу предложить тебе покой, - Сийри скосила глаза на листок, куда еще днем выписала "ритуал примирения".
– Покой?
– призрак хрипло засмеялся.
– Не шути со мной, или я сделаю из твоего черепа барабан, под звуки которого твоя душа будет вечно танцевать в Аду!
– Не сможешь, - девушка хитро улыбнулась.
– Я умею ждать. Чары растают, а я обрету свободу - пусть через много лет.
Торопись умереть до этого, ведьма!
– Так покой тебя не интересует?
– пожала плечами Сийри.
– Как жаль…
– Стой!
– впервые в голосе призрака, кроме жгучей ненависти, прорезалось нетерпение.
– Говори.
– Кладбище?
– Лойт Малич недоуменно уставился на Сийри.
– Для избавления от призраков?
– Да, - девушка смущенно потупилась, но тут же снова глянула шефу прямо в глаза.
– Нита исследовала вопрос - возможно, их там сотни. Я не справлюсь.
– Плохо, - начальник, откинувшись на спинку стула, принялся задумчиво барабанить пальцами по столу.
– Кладбище - это земля, это… Плохо. Пошли-ка к боссу, сама расскажешь.
– Три тысячи, как с куста, Лойт, - Гуннар выглядел так, словно хватил уксуса вместо сока.
– Это только земля в предгорье, учти. А сколько станут работы по захоронению?
– Еще полторы минимум.
– Вот-вот. А комбинат уже третью проплату задерживает. Конечно, их можно понять - или конвой, или лотерея, но мне это все равно не нравится.
– Есть решение, - Лойт Малич вдруг оживился.
– Конечно, оно тебе не понравится…
– Огласи.
– Продадим-ка "Вороново семя", а?
– Сдурел?
– Ничуть. Возьмем хороший куш, рабочих перетянем на "Треглавицу", "Волчью Пасть" наконец начнем разрабатывать. Все равно комбинат намекает на "временные перебои с наличностью".
– Резон тут есть… - начал Гуннар, но тут же бросил короткий взгляд на Сийри.
– Свободна, можешь идти.
Особняк на западном берегу Белки напоминал старинный замок в миниатюре, чьей-то прихотью сжатый в габариты трехэтажного дома. Кованый забор, похоже, тоже делался по специальному заказу, поскольку вместо традиционных цветочков его украшали искусно выкованные батальные сцены.
– Ой, а я эту знаю, - Нита ткнула пальцем в крайнюю слева секцию.
– Оригинал в Имперской галерее висит. Называется - "Битва на Свире".
– Здорово!
– Сийри с чувством неподдельного восхищения вгляделась в эпическое железные кружева.
– Мне даже страшно подумать, сколько такая красота стоит.
– Много, - проскрипел ворчливый голос из-за забора.
– А теперь - вы скажете, зачем приперлись, или мне сразу собак спускать.
– Не лучшая идея, - хмыкнула Сийри, сплетая пальцы.