Серый кардинал
Шрифт:
Из девяти легионеров домой вернулись четверо. Люциан, умирая на руках у Кербина, взял с него обещание обучить и защитить его дочь.
Спустя два месяца на похоронах Люциана де Авалона. Поместье семьи Авалон.
— Кто ты теперь? — спросила Кэнзи, взявшая на себя обязанности главы семьи.
— Я? — переспросил Кербин, оторвав взгляд от почти десятилетней Катарине, своей будущей ученице. Сейчас она беззаботно играла с другими детьми, она была ещё слишком мала, чтобы до конца осознать произошедшее.
— Да — кивнула она.
— Я легионер ордена легионеров. Я легионер трёх легионов древнейшего ордена. Я Кербин Саракс. Я полудемон и я майор Сенлуин — Кербин Саракс. Я… — он осекся. Последнее слово застряло
В это же время. Италия. Малый зал совета…
— Мы не можем присвоить лейтенанту Кербину-Сенлуину из легиона Катарины звание майора! — чуть не кричал один из легионеров.
— Это почему же, майор Флонсидини? — спросил другой.
— Он опасен для ордена! Мы, как члены первой коллегии ордена, обязаны сделать все возможное дабы он остался лейтенантом. Повысив его, мы совершим чудовищную ошибку! — ответил тот, кого назвали Флонсидини.
— И это говорит тот, кто сейчас сидит на его месте — заметил другой.
— Я освободил этот мир от зла, сместив лорда Саракса! — продолжал легионер.
— И что же вы предлагаете, майор? — поинтересовался другой, — Убить? На мгновение на лице Джаспера Флонсидини появилось счастливое выражение лица.
— Но мы не можем этого сделать. Этот малец под защитой генерала — заметил Фреек.
— На генерала всегда можно надавить. Нет, господа, у нас другая проблема. Этот юноша, которому и двадцати пяти не исполнилось, как все мы прекрасно знаем — Серый кардинал нашего ордена. — произнёс со своего места майор Дайлан от легиона Саламандры, — Умрет он, умрем и мы…
— Мы не умрем! Члены первой коллегии легионеров возглавит орден — возвысил голос Джаспер.
— Легионеры, как и люди, смертны. — заметил легионер, сидящий напротив майора.
— Благодаря технологическому прогрессу мы можем стать бессмертными! — не сдавался Джаспер.
— Скорее уж воссоединению магии и техники — заметил все тот же юноша, зевая.
— Итак, господа легионеры, возвращаемся к основному вопросу дня. Даём мы или нет легионеру Сенлуину звание майора? — спросил Лусьен, глава первой коллегии. Юноша, сидящий на против Джаспера, поднял руку и пристальным взглядом огляделся. За ним поднялись ещё несколько рук.
— Мы не можем дать этому сопляку, этому убийце многих наших друзей дать такую власть! — вскричал Флонсидини, чувствуя, что теряет власть. Так как из двенадцати членов коллегии, кроме него, не подняли только двое.
— Значит решено. Сенлуин-Кербин Саракс с этого дня майор и первый исполнитель легиона Катарины — заключил Люсьен.
Стоило Джасперу повнимательнее присмотреться к юноше, что первый проголосовал за майора Саракса, он понял бы, что этот юноша человек Серого кардинала ордена.
Стоит заметить, что совершив такую оплошность, несколько членов коллегии буквально через месяц потеряли своих людей.
Немного о Джаспере и о моем деде, Кербине Сараксе. Тогда шел седьмой или может десятый год как мой дед числился членом коллегии Италии. И все эти годы в коллегии шла война между Фдонсидини и Сараксом. Оба майора имели определенное влияние на генеральскую семью и на магистров трех легионов. Один был молод, другой — имел компроматы на всех влиятельных легионеров. Но, как оказалось, внешность обманчива. За год до совета Кербин продумал стратегию против Джаспера. Довести свой план до конца моему деду помешала его излишняя доверчивость. Человек, на которого он положился, лишил его места и звания майора. Но это не остановило моего деда, нет. Он ввел в свой план корректировки. Вступив под начальство Люциана де Авалона, Кербин внедрил своих людей во все, стратегически наиболее значимы мобильные группы и во все коллегии с триадами. Везде. Везде был его его человек. Как он сам говорил, я создал паутину внутри ордена и никто ничего не
За 40 лет до…
Встреча
Вас когда-нибудь ночью останавливал юноша, схватив вас за плечо, а потом на утро вы не просыпались с чувством, что все вокруг не так каким кажется? Нет? У меня да. Это случилось ещё тогда, когда я ещё ничего не подозревала о существовании ордена.
Я возвращалась домой от подруги поздней ночью. На свое не счастье или может счастье я выбрала дорогу параллельно лесопарку. Представьте, иду своей дорогой, слушаю музыку, никого не трогаю. Как вдруг…
— Остановись! Ни шагу дальше! — услышала я юношеский голос. Плечо сжала твердая рука. Я остановилась как вкопанная.
— Парни, код р77к…а5 — прошептал юноша.
— Ты кто такой? — взвилась я.
— Твой спаситель — огрызнулся парень. — Слышишь? Я присушилась. Со стороны леса доносился вой. Протяжный вой, перекрываемый глухим рычанием.
— Двадцать особей… голодные… я понял — прошептал юноша. Грубо повернул меня к себе лицом. Тогда я впервые увидела человека с голубыми глазами. Но странным было не только это. Его глаза как будто светились в полумраке. А сам он казался мне парнишей лет 15, но так же в нем было что-то от взрослого. Что-то от, как говориться, бывалого человека. Пока я разглядывала его, он спокойно с кем то переговаривался по, как я потом поняла, маленькой гарнитуре, укрытой от чужих глаз длинными волосами.
— За мной! — приказал он, взяв меня за руку. — Парни, тесните их ко мне! Я повиновалась. Он перевел меня на другую сторону улицы. Мы остановились у продуктовой палатки.
— Стой здесь и постарайся не двигаться — мягко приказал он. Я заметила, что вторую руку он держит на каком-то предмете на поясе. Пистолет.
— Телефон — попросил он спустя минуту. Я отдала. Он произвёл ним какие то манипуляции. Вернул. Я неотрывно наблюдала за ним. Он не двигался, повернув голову в сторону деревьев. Правая рука его лежала на пистолете. Я осторожно выглянула из своего укрытия. От леса в нашу сторону двигались какие-то тени с мерцающими глазами. Рычание усилилось. С каждой секундой мне становилось все страшнее, но он продолжал недвижимо стоять в прежней позе, словно готовящийся к забегу спортсмен. Гораздо позже я узнала, что в таких ситуациях он полностью обращается в слух и зрение.
— И вправду голодные… стая… еще и гражданская эта на мою голову… эх…где же вожак — зашептал он. О. Я отчётливо помню ту ночь. Я и по сей день могу с точностью до минуты описать события той ночи.
— Чтобы ни случилось. Постарайся не двигаться. И ни в коем случае не отходи от меня. Поняла? — обратился он ко мне. Я кивнула. Говорить я не могла. Страх парализовал меня. Но он, казалось, ничуть не боится. В какой-то момент он выхватил пистолет, направил в темноту. Но не выстрелил. Взошла луна. В ее свете я смогла разглядеть фигуру юноши, очертания пистолета и… перьев… обычных птичьих перьев, парящих в воздухе возле него. Неожиданно одно из них сорвалось со своего места а через секунду до меня дошел ужасный вой. Вой раннего животного. Глухие выстрелы и опять вой.