Серый
Шрифт:
Неудивительно, что это место прозвали Миром Мейстров, так как большинство
обитающих здесь людей больше походили на них, нежели на серых. Ему встретился
мужчина с железной рукой, женщина с тремя глазами, и даже ребенок, у которого на
каждую свою конечность приходилась металлическая. Двигался он удивительно
проворно, быстро перемещаясь на четвереньках. Но зато здесь было шумно, весело, и
никто не удивлялся,
В самом центре площади людей было столько, что Джейс никак не мог перейти на
другую сторону. Каждые несколько секунд толпа издавала восторженный крик и
принималась хлопать в ладоши. Желая узнать, что же там происходит, Джейс грубо
оттолкнул в сторону нескольких детишек и старика, чтобы пробиться к передним рядам. Одетый в яркие цвета факир показывал трюки и дышал огнем, как большинство из
присутствующих дышит алкогольными парами. Джейс видел в своей жизни стольких
факиров, что этот показался ему совершенно посредственным, но публика была в
восторге, а пол у его ног был усеян бронзовыми монетами, изредка попадались даже
серебряные.
Джейс хотел было уже уйти, когда факир ушел, а его место заняла девушка лет
семнадцати. На ней были широкие шаровары, расшитые звездами, и кофточка,
оставляющая обнаженными плечи и середину живота. Длинные золотисто-каштановые
волосы свободно стекали по плечам, несколько десятков браслетов на ногах и руках
позванивали при каждом ее шаге. Кисти девушки были закованы в металлические
браслеты, а к ним прикреплены изящные черные цепи. Джейс знал, что, несмотря на
обманчивую легкость, порвать их было невозможно. Концы этих цепей были пристегнуты к ошейнику стоявшего за спиной девушки трехметрового медведя. Зверю явно не
нравилось здесь. Он ревел, стоя на задних лапах и то и дело дергался назад, натягивая
цепи. Девушка сбросила с шеи цветастую шаль, и Джейс увидел, что на ней такой же
ошейник, как и у медведя. Зверь снова заревел, цепь зазвенела, и ошейник сдавил шею
девушки. У толпы вырвался вздох. Будто и не замечая этого, она игриво двинулась в
сторону, обойдя медведя с боку. Теперь уже он оказался обмотан цепями и не мог
шевелиться. Девушка обошла его по кругу, а затем резко бросилась в другую сторону.
Медведь упал на передние лапы, вцепившись когтями
натягивая ее. Цепь то обвивалась вокруг рук и талии девушки, то приковывала к месту
разозленного зверя. Со всех сторон летели монеты, девушка ходила по ним, как по земле.
Джейс не сдержался и тоже бросил вперед монету, золотую. Стоявшие рядом люди показывали на него пальцами, как на сумасшедшего, но ему было все равно. Щелкнули
замки, и цепь упала на пол, освободив девушку. На медведя тут же набросили шесть
веревок, удерживая на месте. Она поклонилась публике. Мальчик лет семи ползал на
коленях, собирая монеты. Люди стали расходиться. Джейс, как лунатик, побрел вперед.
Девушка еще не скоро покинула его мысли. В ее прекрасных зеленых глазах не было
страха, а ведь одно неверное движение, и медведь мог бы задушить или даже растерзать
ее.
Первым делом Джейс направился к оружейнику, чтобы забрать свой новый меч. Он
остался доволен им, даже несмотря на огромную цену, заломленную кузнецом.
Черно-синяя сталь под цвет его маски и ножны с изображением Волка.
Возвращаясь назад, он зашел в таверну "Колесо мельничихи" и заказал кружку эля.
Людей в это время здесь было немного, что только обрадовало его. За столиком около
печки дремал старик, закутавшись в меха, на противоположной от него стороне сидел
высокий плечистый мужчина с грубым квадратным лицом, а ближе всех к Джейсу
сидела фигура, так плотно замотанная в меха, что он не мог определить даже,
принадлежит она мужчине или женщине.
Эль был хорошим, и неожиданно для себя Джейс попросил еще кружку.
Разомлевший от эля и тепла, он расстегнул куртку и повернулся влево. Посетитель
расплатился с хозяином золотой монетой. Джейс хорошо рассмотрел монету. Она была
яркой и блестела, как солнце, но чуть обломанной на конце. Его монета. Тогда он
внимательнее присмотрелся к человеку, который расплачивался ей. Худой, не слишком
высокого роста, волосы и лицо скрывал темно-красный капюшон. Глупость, сказал он
сам себе. Та девчонка всего лишь рабыня факира, если он и бросил ей ту монету, то она