Серый
Шрифт:
Сегодня она дошла уже до целых тридцати семи страниц и не собиралась останавливаться на достигнутом результате.
Просыпаясь утром, Шая первым делом приказывала служанке открыть шторы и
впустить в комнату как можно больше света. И теперь она даже не огорчалась плохой
погоде. Должно быть, во всем принцесса была единственной, кто предпочитал спать ночью и бодрствовать днем. И поскольку все, даже король, были уверены,
совсем недолго, никто не смел указывать ей. Она не сильно уставала, так как больше
двадцати часов в сутки проводи на кровати, но в последнее время спала всего несколько
часов, так как ее постоянно мучила бессонница. По ночам, когда ее глаза болели и
слезились от долгого чтения, а уснуть она не могла, приходил Айрон, садился в кресло,
рядом с ее кроватью и читал вслух. Он приходил каждый день, за исключением случаев,
когда на несколько дней выезжал на охоту в соседний лес.
Несколько дней назад принц принес альбом для рисования и набор карандашей,
обеспечив Шае новое занятие. Правда, получалось у нее не очень хорошо, но она была
старательной и упрямой. Не только Айрон, но и каждая из трех ее служанок признали,
что ее собачка похожа на цветок, а не на размытую кляксу, как в самом начале. Иногда
она просила, чтобы Айрон нарисовал что-то или сыграл ей на скрипке, и он еще ни разу
не отказал ей, каким бы ни был уставшим.
А еще они много разговаривали. О королевстве, серых, мейстрах, государственной
политике, их отце, о том, что тревожило каждого из них. И Шая знала, что была
единственной, кому разрешалось говорить о принцессе Мортенрейн. И ей казалось, что
не только она, но и Айрон медленно идет на поправку. С другими он как обычно был
строг и холоден, но к своей младшей сестре неожиданно стал проявляться ласковые
чувства, неуверенно, неумело, но и это было большим шагом вперед. Шая старалась ни
словом, ни делом не спугнуть в нем этого робкого порыва закостенелой души, а сама
скрытно стала лелеять в душе мечту о том, что сможет прожить еще с десяток лет, потому что о большем она и просить не смела.
Сколько же книг она успеет прочитать за это время.
Сколько всего нового узнать.
Освоить навык рисования, если руки и дальше будут ее слушаться.
Быть может, даже научится вышивать крестиком, или обучиться у служанок другому
Жаль, конечно, что ее знания некому будет передать. Шая была уверена, что если в
следующей жизни ей разрешат самой выбрать, кем она родиться, она выберет себе роль
учительницы, ибо что может быть лучше, чем иметь возможность не только обретать все новые и новые знания, но и обучать других? Она знала, что это трудная и очень
ответственная работа, но еще никогда в жизни не хотела ничего так же сильно, как сейчас заполучить ее.
И с каждым новым солнечным днем ее надежда крепла, как крепла и улыбка на лице
Айрона.
Морт-ен-рейн
– Иногда мне кажется, будто серые делают это нарочно, - задумчиво проговорила Морт, стараясь, чтобы ее голос звучал безразлично.
Но Тони было не провести. Он среагировал тут же, повернув к ней свое вытянутое
узкое лицо. В плотно прилегающей одежде мейстров со своими длинными тощими
конечностями он напоминал огромное насекомое.
– Делают что?
– переспросил он, озираясь по сторонам.
Они с Морт шли по самым оживленным улицам Серого. Но если раньше здесь
действительно было не протолкнуться, и приходилось силой пробивать дорогу, то сейчас на центральной площади находилось не больше нескольких десятков серых. Измученные скукой продавцы лениво предлагали собственный товар друг другу, чтобы занять себя
хоть чем-то.
Девушка не ответила, и Тони повторил вопрос еще раз.
Морт снова посмотрела по сторонам, прежде чем сказать.
– Избавляются от истории. Жемчужный достаточно стар, чтобы хранить собственную историю, но при этом дома повсюду совершенно одинаковые, и даже взгляду не за что
зацепиться.
– Все старинные здания были снесены еще в первые пять лет после Разъединения, -
без особого энтузиазма проговорил Тони.
Морт взглянула на него, как на сумасшедшего.
– Разве здравомыслящий человек станет по собственной воли отказываться от
мудрости своих предков и истории своей страны?
– Полностью отказаться от прошлого ничуть не хуже, чем жить только им одним. Ты
ведь получила хорошее образование, верно? Расскажи мне, что черные говорят
о Разъединении.
– Не думаю, что это сильно отличается от того, что говорят серые, - Морт на