Сёши 2

Bergensen Christian

– Юхи Куренай. Приказать ей обеспечить ваше вдохновение, Джирайя-сама?

– Олух!
– в меня швырнули скомканным листком.
– Где ты видел вдохновение по приказу? Не выдумывай глупости!..

Выброшенный черновик я поймал и бережно припрятал.

– Не терпится прочитать вашу новую книгу, сенсей.

Отшельник подобрел.

– Ладно, входи. О чём хотел поговорить?

На самом-то деле ни о чём. Просто поражался, какие штуки откалывает судьба.

Моё отношение к Белому Змею было запутанным до крайности. Умом я всё понимал. Его

так называемые исследования - изуверство. Сам Орочимару - нелюдь, больная тварь вроде беды или проклятия. Уничтожить его всё равно что мусор вымести. Просто работа, которую нужно сделать. Чтобы стало лучше. Безопаснее...

Однако был ещё мелкий. Мой сын, получивший жизнь благодаря одному из самых ужасных преступников.

– Почему Орочимару это делал?

– Что именно?
– уточнил Джирайя.

– Опыты на людях.

Отшельник тоскливо и без удивления вздохнул.

– Страх смерти, я думаю. Наша война оказалась слишком кровавой, Какаши. Орочимару всегда был восприимчивым и деятельным. Если что-то не получалось, он пробовал снова и снова. Но тут перед ним встала стена. Люди умирали, несмотря на все его старания. Он попытался сломать эту стену, а получилось так, что сломал собственную человечность.

Хм-м, такое чувство, что Джирайя не хочет брать своего друга в плен. Ну для меня это к лучшему. Оборвать все связи между Сёши и его создателем. Давно пора!

Жаба распахнула круглые чёрно-золотые глаза.

– Он прибыл!

Глава 18

Пути достижения власти, престижа и обладания отличаются в различных культурах. Их можно получить по праву наследования или благодаря наличию у человека определенных качеств, ценимых в его культурной группе, таких, как смелость, ловкость, талант и т.п. Они также могут приобретаться в результате необычных или успешных действий, совершаемых на основе данных качеств или благодаря благоприятным обстоятельствам. Однако если власть, престиж и состояние приходится приобретать собственными усилиями, то человек вынужден вступать в соревнование и борьбу с другими.

Карен Хорни

Сёши по уши в неприятностях

Открывать глаза или нет?

Вот в чём вопрос.

За веками царила темень и, если верить внутренним часам, проспал я совсем ничего. Дом безмолвствовал. Не скрипел пересохшими половицами. Не ронял капли из крана. Не шуршал бумагой сёдзи. От балкона едва заметно тянуло сквозняком. Самое время закутаться и дрыхнуть.

Вот только в комнате находился чужой! Одна штука.

Прямо сейчас он стоял рядом и пырил на меня. Холодный изучающий взгляд ползал по коже, словно сороконожка. Неощутимое, но гадостное прикосновение поднялось на плечо... скользнуло по шее и забралось на щёку...

Ф-фффф!

До чего же противно!

Чакра чужака казалась неуловимо знакомой, но вопрос: "Кто этот хрен?" занимал меня в последнюю очередь. Факта вторжения было вполне достаточно для определения врага. Ждать,

когда он начнёт действовать, я не собирался. Сонно вздохнул, свернулся в клубок, сложил последнюю печать Замены и махнулся местами с матрасом.

Вовремя!

Постель смягчила резкий удар. Спальные шурушки полетели в морду незваному гостю, а я выкатился сбоку. Теперь прыгнуть в окно! И заорать...

План был неплох - не хватило каких-то долей секунды.

В плечо коротко укололо и выдох вылетел из горла судорожным кашлем. Ноги подогнулись. Тело мотнулось и хлопнулось на пол бескостным глиняным комом.

Твою мать!! Этот ползучий холод?!.. Яд?!

Так и не сказавший ни слова чужак шагнул ближе. Последним усилием я попытался вывернуть шею, но взгляд что-то загораживало.

Рука?.. Моя?..

Если моя, то откуда взялись эти знаки? Светящиеся лиловые буквы.

Вода... Голос... Граница... Оборот... Место...

Очнулся от щекотки в носу и сморщился, чтобы не чихнуть.

Значит, не дома. У нас нет места, которое пахнет, как старое книгохранилище.

Здешний воздух заметно сушил горло, а неестественное безмолвие живо напоминало мои уроки с АНБУ. Опять подземелье. Перекрытое и с активным барьером.

Меня, похоже, опасались. Потому что пристегнули к жёсткому креслу с подлокотниками. Прикрутили капитально: за руки - за ноги и ещё один ремень поперёк живота.

Тишина не обманывала - враг терпеливо присутствовал совсем рядом. Я чувствовал его настороженное внимание и... всё. Чакра после укола ворочалась вяло, убивая чувствительность к чертям. Навскидку дело - дрянь, но меня интересовал калибр неприятностей. Большой, очень большой или совсем вилы? Голос с характерной хрипотцой любезно разрешил сомнения.

– Вижу, вы проснулись.

И всё-таки вилы. Жалко.

– М-мм...

Пришлось открывать глаза. Я поморгал, разгоняя муть и настраиваясь на отстранённое равнодушие. Теперь после уроков Какаши это давалось намного проще, чем прошлой зимой. К этой встрече я готовился. Не хотел, боялся, надеялся, что она не случится, но готовился весь этот год. Что пятилетний ребёнок может противопоставить человеку, от имени которого содрогаются целые страны? Я выбрал то, что было мне по силам.

Сохранение тайны. Любой ценой.

Вот и узнаю, насколько преуспел.

Старый знакомец изменился. Он по-прежнему напоминал мужскую реплику Садако (бледную и волосатую), но потерял в росте и как-то похудел. Полевая форма Листа сидела на нём привычно. Упырь легонько поклонился, не вставая со стула.

– Меня зовут Орочимару.

– Я знаю. То есть... приятно познакомиться.

Мой взгляд лениво проехался по собеседнику и обшарил комнату.

Эдакий гибрид лаборатории и библиотеки, давно заброшенный, но не разорённый. И хорошо защищённый - пространство за пределами стен не ощущалось. Учитывая то, что отца нет в Конохе, а Тсунаде не успела доделать следящую печать - помощи можно не ждать.