Сестра
Шрифт:
— Да ладно вам, — отмахнулась Вика, — Я уже такие картинки почти две недели наблюдаю. Герцога Витора тут…у нас, скажем так, уважают, — в данном случае, она считала, что бояться и уважать, это, и правда, одно и то же, — Говорить гадости друг другу будут, а драться не рискнут, — тут Вика вспомнила о разговорах с Дебором и добавила, — Разве, только что, на дуэлях до первой крови, в смысле, до первой царапины.
Авелирец посмотрел на неё, но ничего не ответил — они уже подошли к ратуше.
Здание ратуши Вика присмотрела ещё в свои первые прогулки — оно ей понравилось.
— Я иду сюда первый раз, — призналась она.
— Ну, зато я тут, почти как жилец, — Форненг слегка подтолкнул её по направлению к ратуше, словно бы невзначай прикоснувшись своей ладонью к талии Вики и продержав ладонь, чуть дольше приличного.
Эх, и этот туда же, мысленно вздохнула Вика. А ведь, на самом деле, неплохой мужик.
Мэрия города Вьежа занимала верхний, третий, этаж. На первых двух этажах размещались магистрат, суд и городские службы — от стражи до коммунальщиков.
— Нам куда?
Могла бы и не спрашивать. Ещё в её родном мире, нужные ей конторы, кабинеты или даже жилые квартиры, как правило, располагались на последних этажах.
— Жалко, что ты уезжаешь, Форненг, — тучный мужчина, одного возраста с авилерским торговцем и ростовщиком, под сорок, подслеповато щурился, листая толстый гроссбух с деревянными — нет, в самом деле, деревянными — обложками и страницами из кожи, — Значит, говоришь, продал дом, продаёшь…Ага, вот оно, — он провёл пальцем по строке, — Восемнадцать тысяч сто девяносто шестой.
Во Вьеже (как обстоит дело в других городах, Нелла не знала и не интересовалась, а Вика поинтересовалась разок, но ответа от Саны Шантон не получила — та и сама не знала) некоторые, хоть и не все, улицы имели названия, но номера домов к названиям улиц никак не были привязаны. Все дома получали только сквозную нумерацию. Понятно, что герцогский дворец имел номер один.
Не просто неудобно, а чудовищно неудобно, так как номера домам присваивали по мере их регистрации, после строительства, и получалось, что, к примеру, две тысячи десятый номер был у дома, расположенного в одном конце города, а две тысячи одиннадцатый — в противоположном. Повезло несуществующим почтальонам, что тут почты не было. Иначе бы они с ума сошли.
— Сделаем сегодня запись, Тугорд? Девушка вексель с собой принесла, — Форненг положил перед Тугордом, как поняла Вика, одним из помощников мэра, золотую двадцатилировую монету, — Ждать мне некогда.
Про то, что для ускорения процесса, необходимо будет дать взятку, Вика до этого момента не знала, и с Форненгом они этот вопрос не обговаривали. Авилерец, сам, из своих средств, оплатив мзду, поднялся в глазах Вики ещё выше. Нет, всё же и в этом мире достаточно часто встречаются мужчины вполне достойные. Что не могло её не радовать. Впрочем, она тут же, здраво, себя поправила — почему-то Нелле таковых не попадалось от слова совсем. Видимо, чтобы встречать порядочных мужчин, надо выглядеть соответствующим
— Я знаю, что ты торопишься, — понимающе кивнул помощник мэра, — Поэтому, сам и взялся оформить. А то, ты же знаешь моих писарей — лентяев и выжиг, тянули бы дня три-четыре, — прибрать, первым делом, монету этот добродушный чиновник, тем не менее, не забыл, — Как тебя зовут, девушка? — обратился он к Вике.
— Нелла, — Вика была сама скромность. Даже лёгкий румянец щёчек смогла вызвать, без всякой магии, на одном лишь лицемерии.
— Просто Нелла? — подслеповато посмотрел он на неё, — Второе имя не брала?
При заключении брака, не все, но большинство, здесь брали второе имя — одно на двоих. И сейчас чиновник уяснял для себя статус стоявшей перед ним девушки — замужем она или нет. Кстати, сесть Тугорд никому не предлагал, что не помешало авилерцу усесться самому и кивнуть на стул Вике. Но она решила, что, в данных обстоятельствах, можно и постоять.
— Рано мне ещё, господин.
— А мне кажется, что в самый раз, — он подмигнул Форненгу, — Ну, ладно. Значит, впишу как Неллу, — чиновник позвонил в колокольчик и из приёмной вбежал молодой раб, — Позови стряпчего, — приказал он ему.
Когда, в присутствии стряпчего, Вика передала вексель, а Тугорд внёс её имя в гроссбух и выдал ей узкую полоску кожи — купчую, заверенную печатью мэрии, она вежливо поблагодарила всех троих мужчин.
— У вас, господин, я вижу, серьёзные проблемы с глазами? — Вика с сочувствием посмотрела на чиновника.
Тот только вздохнул.
— Тебе-то что за дело, девушка? Иди уж, заселяй своё новое жильё, — расстроенно буркнул он.
— Оледарис не помог? — вставая на выход спросил Форненг.
— Как видишь. Зато денег, сволочь, содрал столько, что…Хуже всего, что болезнь и дальше…
Авилерец похлопал его, по плечу, мол, держись, и кивнул Вике в сторону двери. Но та не стала спешить с уходом.
— У меня есть один рецепт, оставшийся от бабушки, — робко, чуть слышно, пролепетала она, — Как раз для таких случаев. Помогает на сто procentov, я говорю, обязательно поможет. Вы такой хороший и добрый, что я вам бесплатно дам снадобье. Только, его надо сразу же выпить, как только приготовлю. Вы приходите завтра днём, если хотите. Я вас вылечу.
Все трое уставились на неё, как на заговорившую лошадь. А что она такого сказала? Надо же когда-нибудь начинать свою псевдознахарскую практику? Так почему бы и не с чиновника столь высокого уровня? Без Форненга она вряд ли бы до такого добралась. А тут, удобный случай.
Молчание нарушило дребезжавшее хихиканье стряпчего.
— Девушка, вы сможете сделать то, что смог сам Оледарис? — давясь своим хихиканьем аж до всхрюкивания спросил он.
— Какая бабушка? — «хороший и добрый» Тугорд даже растерялся.