Сеть созвездий
Шрифт:
– Понимаю, понимаю, - закачал головой хозяин особняка, - должность главы Торгового Совета отнимает много времени и сил, а это ваши...
Лорд перевел взгляд на Лассу, которая в толпе благородных дам просто не могла не привлекать к себе внимания в своем мужском наряде.
– Это мои телохранительницы лорд Фарад.
– Телохранительницы?
– Изумился благородный, на его прием все гости пожаловали, оставив охрану за дверью.
– Не сочтите за оскорбление лорд, я нисколько не сомневаюсь в надежности вашего дома и охраны, но мой супруг настаивает на том, что бы они не отходили от меня, ни на шаг.
Старый торгаш и в правду запретил мне и Лассе
Слуга у двери снова объявил на весь зал о чьем-то прибытие и Фарад, заверив госпожу, что еще к ней непременно вернется, поспешил встречать нового гостя. Хозяйка не стала дожидаться его возвращения и направилась к журчащему в глубине зала фонтанчику. Прогнув могучую спину и гордо вскинув свою орлиную голову, грифон в его центре, изливал воду из клюва, и вокруг фонтана собралась ярко разодетая компания эльфов. Леди Миласа быстро отыскала среди них кого-то знакомого и завела с ним неспешную беседу.
Повертев головой еще немного и не обнаружив ничего интересного, я от нечего делать, принялась рассматривать собеседника госпожи. Им оказался высокий сереброволосый сын лесов в неплохом, черно-зеленом камзоле. Как и все его племя, эльф оказался весьма неплох собой и вместе с хозяйкой они смотрелись идеальной парой, не то, что с ее старым и почти облысевшим мужем, отхватившем себе молодую супругу, годящеюся ему во внучки. Но, не смотря на всю красоту Сына лесов, мило беседующего с госпожой, что-то меня в нем сразу насторожило. Развитое у магов шестое чувство уловило исходящею от эльфа невнятную опасность и это сразу же заставило меня напрячься, но слабое волнение быстро испарилось, словно его и не было. Я, снова осмотрела гостя с ног до головы, и не обнаружив ничего подозрительного, списала все на усталость и волнение. Эльфы никогда не отличались агрессивностью, и ждать от него покушения на приеме было все равно, что дожидаться конца времен. Успокоившись, я оставила благородного остроухого в покое и он, не став терять времени даром, уволок госпожу на танец. Ласса при этом встревожилась на мгновение, но похоже, как и я, решив, что в доме лорда Фарада безопасно, она решилась отпустить госпожу от себя.
Танцы затянулись. Госпожа меняла кавалеров, одного за другим, и время потянулось для меня невыносимо медленно. От волнений и переживаний не находя себе места я с трудом дождалась середины приема и не в силах больше терпеть, выбрала момент, когда хозяйка снова отправиться кружиться в танце. Подхватив Лассу под локоть и отведя ее в сторону, подальше от чужих глаз и ушей, я начала, даже мне казавшийся полным безумием, не простой разговор.
– Мне нужно уйти, - тихо начала я.
– Что?
– Изумилась сестра, уставившись на меня расширившимися от удивления глазами.
– Мне нужно уйти, - настойчивее повторила я.
– Что значит уйти?! Ты с ума сошла?
– Тут же начала краснеть от нахлынувшей на нее злости сестра.
– Диор попал в беду! Я не могу его бросить, а хозяйке здесь ничего не угрожает...
– Это хозяйку ты не можешь бросить! А Диор, - Ласса скорчила брезгливую мину, показывая свое отношение к моему возлюбленному, и замолчала.
– Миласа даже не заметит моего отсутствия, я успею вернуться за долго до конца приема, еще до салюта.
– Попыталась уговорить ее я, хотя и сильно сомневалась в успехе этой затеи.
– Нет! Это же безумие, она не слепая!
– Продолжала стоять на своем Ласса, даже и не подумав поставить
– Если заметит, соврешь ей что-нибудь?
– Робко попросила я.
– Нет!
– Отрезала сестра и грозно скрестила руки на груди.
– Ты никуда не пойдешь!
– Ласса, прошу тебя, мне нужен всего час!
– Нет.
– Сурово повторила сестра.
– Ласса...
– И не проси, - не дала она мне закончить.
– Так рисковать из-за этого проходимца! У тебя в голове совсем ничего нет?!
Тон Лассы становился все злее и, поняв, что моей попытке сбежать грозит неудача, я решила прибегнуть к последнему, оставшемуся у меня вескому аргументу.
– Мы с ним помолвлены, - мои глаза стыдливо опустились к полу.
– Что?!
– Задыхаясь от возмущения, воскликнула Ласса.
– Когда это вы? Почему я ничего не знала?!
Сестра так сильно недолюбливала Диора, что я давно не решалась рассказать ей столь радостную новость и тянула с извещением до последнего.
– Уже давно, почти месяц.
– Почему ты молчала?!
– Боялась, - не поднимая глаз от пола, честно призналась я, - но сейчас ему, что-то угрожает, иначе он, ни за что не сбежал бы от меня и...
– И ты совсем лишилась мозгов?! Мы не можем оставить хозяйку, ты, не можешь уйти! Я тебе этого не позволю!
– Я уйду, Ласса, позволишь ты мне или нет, - Уверено заявила я, наконец, набравшись решимости и оторвав взгляд от пола, взглянула сестре в глаза.
– Если хочешь, можешь попытаться остановить меня или сразу же донести госпоже, но я все равно отсюда уйду!
– На одном дыхании выпалила я и, развернувшись, зашагала к выходу. Взгляд разгневанной сестры жег мне спину, но останавливать меня она не стала.
Регнор.
Когда огромные и свирепые твари обступили меня со всех сторон, словно дикие хищники, загнавшие свою вожделенную добычу в ловкую западню, леденящий душу страх сковал меня столь сильно, что лежа в ожидании скорой и неминуемой кровавой расправы, на покрытой серым пеплом земле, я боялся даже пошевелиться, словно рассчитывал, ради спасения, притвориться мертвым, но даже если бы страх милосердно решил меня отпустить, и вместо него в груди возникла несгибаемая стальная отвага и храбрость, я бы все равно не смог подняться на ноги. После мучительной вытяжки собственных жизненных сил и резкого падения со своего ушедшего во тьму скакуна, я не мог пошевелить даже пальцем, что бы не скривиться от нового приступа боли. Все мое тело ныло и стонало, словно после долгих побоев. Мне следовало как следует отлежаться, и прибывая в полном покое, хотя бы парочку дней не вставать из кровати, что бы восстановить хотя бы часть своих сил, но нависший надо мной демон не собирался давать мне такой передышки.
– Поднимайся, червь!
– Рявкнул он на меня так, что любой, даже самый бесстрашный, оказавшийся на моем месте, человек, не посмел бы ослушаться его тона, и с трудом попытавшись приподняться, я безвольно забарахтался в сером пепле, не в силах встать даже на четвереньки, и это мгновенно вызвало среди демонов приступ рокочущего, низкого смеха. Мои мучения, полная беспомощность и бессилие, забавляли их как нельзя лучше, словно весьма успешное представление талантливого комедианта, на которое каждый вечер собирались целые толпы, и глядя, как я барахтаюсь среди грязи и падаю в нее лицом в низ, они гоготали так сильно, что мне казалось будто от этого дикого смеха, земля подо мной начинает дрожать, словно присоединяясь к общему демоническому веселью.