Север
Шрифт:
Полчаса войско Рециния рассредоточивалось по всей долине. Казалось, нет конца людскому потоку, блестящему металлом, неумолимому и готовому смять любое препятствие. Даже Север на мгновение почувствовал, как от кажущейся несокрушимой мощи кровь стынет в жилах.
Армия Рециния встала на расстоянии выстрела. К подножию холма помчался всадник с белым флагом — глашатай. Глядя на него, Север запрыгнул на коня и скомандовал:
— Не стрелять!
Ему хотелось услышать, что предлагает узурпатор.
— Люди Севера! — заорал глашатай. — Его
Лука улыбнулся, услышав о «людях Севера» — так и есть, они теперь под его началом! Выброс адреналина подмывал действовать, и Лука сделал ответный ход.
Выступив вперед, он заговорил. Усиленный голос грохотал на всю долину так, что со склона холма осыпались камешки:
— Доблестные воины! Жители Столицы и благодатных южных земель! Дети Империи! Вас приветствует ваш законный император — Маджуро Четвертый!
Лука перечислил все свои императорские регалии, рассказал о предательстве Расмуса и вероломстве кузена, после чего выдвинул контрпредложение:
— Предлагаю вам сложить оружие и встать под знамя законного императора! Довольно лишений и грабежей! Я предлагаю мир во имя мира! — Север взял паузу, давая солдатам осмыслить услышанное, и продолжил: — Мне дорога жизнь каждого из вас, я не хочу, чтобы пролилась кровь. Но поддерживая Рециния, вы поддерживаете…
Прозвучал вражеский сигнал к наступлению, застучали боевые барабаны, возле уха Севера просвистела стрела. Он инстинктивно пригнулся, но продолжил:
— Поддерживаете преступника, вероломно захватившего власть и забирающего у народа последнее! Я объединил людей Севера и Пустошей, под моим командованием колоссальная армия. Если не остановитесь, будете уничтожены. Солдаты! Оставайтесь на местах, и я обещаю вам жизнь и прощение! Все остальные будут уничтоже…
Вражеская стрела впилась в шею коня, он заржал, встал на дыбы, пытаясь стряхнуть Севера, и завалился набок вместе с наездником. Выбравшись из-под трупа животного, он осмотрелся. Прямоугольники противника вытянулись, лучники, осыпающие стрелами обороняющихся, подняли щиты, выпуская пехотинцев, которые, оглашая окрестности боевым кличем, ринулись на штурм холма.
Едва враги достигли подножия, как сверху покатились валуны с вбитыми в них железными шипами, калеча солдат и сминая их строй. К шипастым добавились валуны, облитые горящим маслом и оставляющие черные дымные хвосты.
Лука скрипнул зубами, глядя, как глупо гибнут воины — да, враги, но они его подданные! Чьи-то сыновья и дочери, отцы и матери, сестры и братья! А где-то там, глубоко в тылу, расположился Рециний, бросающий на смерть людей. Добраться бы до него и собственноручно свернуть шею за кровавую кашу, которую он устроил!
— Давай второй сигнал, — обратился Север к парню с рогом, и рев прозвучал повторно — для мутантов.
Враги еще не поняли,
Сообразив, что их бросили на погибель, пехотинцы не спешили наступать, столпились у подножия, попытались отступить, но их теснила пехота южных баронств в стальных плоских шлемах и легкой броне.
— Пращники! — проревел Лука. — Косить дальние ряды! — И обратился к солдатам: — Сдавайтесь! Разве не понимаете, что Рециний погнал вас, как скот, на убой?! Ваши враги не здесь, а позади! Те, кто бьет в ваши спины!
На протяжении всего холма к краю выступили мутанты, раскручивающие пращи.
— На землю! — заорал Лука. — Тогда уцелеете!
Протяжный звук горна заглушил его слова.
— В атаку! — донеслась команда с задних рядов, и люди побежали на штурм.
Пращники обрушили град камней на дальние ряды пехоты, воздух наполнился стонами раненых, криками агонии, мало кто мог устоять на ногах, камни сминали броню, крошили кости, сносили по полчерепа. Бедолаги не понимали, что обречены, ведь основные силы мутантов еще даже не показались, не говоря уже о трех дланях суперов!
К этому моменты мутанты, засевшие на восточных холмах, ударили во фланг, оттягивая на себя конницу. Основную штурмовую группу было не видно, а когда с диким ревом из лесу мутанты хлынули неудержимым потоком, войско Рециния дрогнуло.
— Сдавайтесь! Это самый разумный выход! — увещевал Север, перекрывая лязг металла, свист стрел, хрипы и стоны раненых. — Южане тоже будут прощены! Мне не нужны ваши смерти!
На несколько минут войско уподобилось разбалансированному механизму, заколебалось туда-сюда и всей массой хлынуло к подножию. Пехотинцев, которые уже готовы были отступить, толкали в спины.
Стрелы осыпали Луку, рвали его одежду, но не причиняли вреда. Нужно было что-то делать, иначе тут лягут лучшие мужчины Империи!
Решение пришло быстро. Север выхватил плазмоган, навел на блестящий шлем напирающего пехотинца-южанина и нажал на спуск. Бластер отдался в руку вибрацией, из ствола вылетел светящийся сгусток — и не стало пехотинца, а те, что стояли рядом, шарахнулись в стороны.
Лука водил бластером, выцеливая командиров, и уничтожал их. Сверху он видел, как выскочившие из леса мутанты вгрызлись во фланг, начали теснить войско Рециния, обтекая его и отрезая пути отступления.
Три длани супермутантов врезались с тыла и пронеслись смертоносным смерчем, круша черепа и ломая кости. Дигоро с Мофаро окружила сотня южных наемников, среди которых выделялись бородатые и волосатые пираты Берегового братства, но минуты не прошло, как подвывая, они разбежались с диким ревом. Судя по всему, Даффн использовал свой третий глаз и наслал на них ужас.
— Кто готов сдаться — отходите к холму, вас не тронут! — пообещал Север, добавив, что те, кто сдается, должны бросить оружие, встать на колени и поднять руки.