Север
Шрифт:
— Вся моя жизнь, служение вам, мой принц, — поклонившись, сказал инквизитор.
Через несколько часов.
Они разместились в командной палатке, размерами своими напоминающую небольшой дом. Здесь были и стол, с разложенными на нём картами севера, и ковры, устилавшие землю, и даже молельный огонь, около которого и стоял Гильдар. Корантарские ветра казались ему слишком уж холодными, а пламя приятно согревало руки.
Но Эрхену ветер был нипочём. Сменив красные одежды жреца на доспехи легионера, он взирал на
— Есть ли новости из столицы? Я отбыл из Соладара две недели назад, и на момент моего отъезда отец выглядел совсем неважно.
— Ничего нового, мой принц. Император впал в сон, из которого никто не может его вывести. Лекари бьются денно и ношно, но…
— Я буду молиться за его душу, — слишком уж холодно сказал Эрхен. Старик, восседающий на троне Катарской Империи, не вызывал у него ничего, кроме отвращения. Все силы, вся жизнь и разум давно покинули Элхарта, оставив лишь пустую, гниющую оболочку. Милосердием было бы подарить наивному глупцу смерть.
— Все мы будем молиться, — кивнул Гильдар.
— Разумеется.
Примерно через час восемь генералов собрались в палатке принца, чтобы обсудить план разворачивающейся кампании. Все они были из "новой гвардии" — людей, подобранных лично Эрхеном или немногими его помощниками. Каждый из них был обязан принцу своим местом и всеми сопутствующими титулу имперского генерала благами, так что не было ничего удивительного в том, что все они, как один, старались предугадать желания Эрхена и немедля воплотить их в жизнь.
— Зимний Предел — венец инженерного искусства, — начал светловолосый, пятидесятилетний генерал по имени Аларнт. При Корусе Ватаре этот человек служил лишь прератом, но достоинства и умение оказаться в нужное время в нужном месте позволили ему подняться до вершины военной карьеры. Аларнт служил в этом совете голосом разума. — Крепость заложена ещё Балором Первым, предвидевшим, что рано или поздно нам придётся столкнуться с северянами. Да-да, друзья мои, — Аларнт обвёл взглядом всех собравшихся, остановившись на Эрхене. — Северянами.
— Не хочешь ли ты сказать, что основная сила крепости направлена именно на север? — спросил принц.
— Именно, — кивнул генерал. — Башни Тулара, Сотворённой Звезды и Белой Воды, являющиеся основной угрозой для осадных орудий, расположены именно на северной стороне. Но не питайте ложных надежд. На нас смотрит Вдовий Бастион. Согласно старым планам, гарнизон там составляют две катапульты, при должном умении способные превратить любую попытку штурма в бесполезную беготню под стенами.
— Вдовий Бастион не будет представлять опасности, если подводить осадные башни здесь, — Ронтин, ещё один генерал,
— Если мы подведём две осадные башни здесь, и одну вот здесь, то они окажутся в "слепой зоне", куда катапульты северян добить при всём желании не смогут. А захватив эти части стены, мы сможем отрыть эти и эти ворота, что позволит нам…
Его речь продолжалась около получаса. Ронтин в красках описывал как и кто будет брать каждую часть Зимнего Предела, какую тактику они будут использовать, как будут окружать северян разделяя их отряды на небольшие, неопасные группы, легко подающиеся уничтожению.
Слушая его, Эрхен просчитывал в голове его слова. Картина складывалась на удивление реалистичная и правдоподобная. За одним маленьким исключением…
— Ты забываешь о потерях, — сказал Аларнт. — Сколько человек поляжет во время штурма этой части стены? А этой?
— Победы оплачиваются кровью, — пожал плечами Ронтин.
— Боюсь, ты жаждешь пролить слишком много крови наших солдат, — ответил Аларнт с особым упором на слово "наших". — Да и кто знает, что может ожидать нас внутри. Если внешне крепость ещё соответствует имеющимся у нас планам, то внутренняя часть остаётся для нас загадкой. Северяне могли перестроить там всё до неузнаваемости, наставить ловушек… Да даже дракона закопать под стенами! Кто знает, на что эти безбожники способны?
Они продолжили свой спор, но Эрхен уже не вслушивался в их слова. План, предложенный Ронтином, приглянулся ему, а последующие добавления к нему, данные другими генералами позволили отшлифовать немногие огрехи. Штурм Зимнего Предела обещал стать сокрушительным для северян началом войны.
Потеряв крепость, они поймут, что их жалкие, необутые варвары, коих величают воинами, не смогут противостоять закованным в сталь легионерам. Удар, нанесённый здесь, будет иметь не только военную пользу, но так же и подорвёт мораль врагов, лишая их воли к победе, к борьбе. Просто прекрасно.
Но, помимо военного штурма крепости, оставался ещё один вариант.
Глава 27 — Карнгар, Налли
Очередное утро, встреченное без этой всеми богами проклятой овсянки. Сам факт того, что Карнгару не приходилось больше жрать хренову кашу, вселял в сердце лорда такой оптимизм и волю к жизни, что он готовы был петь и плясать. Ровно до того момента, пока не вспоминал о тысячах людей, заполонивших его крепость.