Севера
Шрифт:
– Уже одиннадцать.
– Нет, все-таки двенадцать. Наш хороший знакомый убедил их взять его на испытательный срок.
– Жаль.
– Я тоже так думаю.
– Это было первое. А что еще?
– А еще бандиты, как безусловно паразитический элемент, принялись обшаривать окрестности в поисках людей, на которых можно паразитировать. И таки нашли. На том берегу примерно в радиусе десяти километров от их базы есть три хутора. На каждом из них живет фермерская семья. Их без долгих разговоров обложили данью, которую хуторские обязаны доставлять бандитам по четкому графику. По-хорошему, надо бы вернуться в поселок, взять еще людей и ликвидировать банду
– К сожалению, Станислав Наумович, мы не можем позволить себе тратить даже один день, катаясь за подмогой.
– Почему?
– Прогуляйтесь на холм, и вам все станет ясно.
– А вы?
– А я тут посижу. Я там уже все видел.
Бородулин присел на поваленное дерево, наблюдая, как его заместитель быстро поднимается вверх по склону. Вдруг небо озарилось зловещим багровым сполохом и тяжелый низкий звук, идущий, казалось, из-под земли, заполнил пространство. Все тело Андрея отозвалось на этот звук болезненной мучительной вибрацией. Он вскочил, охваченный внезапной паникой, готовый нестись, сломя голову, куда угодно, лишь бы оказаться подальше от источника этого жуткого звука, и тут наступила тишина. Полуоглохший, потерявшийся, Андрей медленно приходил в себя. Через пару минут он вспомнил о Михайленко и пошел, потом побежал вверх по склону.
Заместитель лежал ничком на земле, закрыв голову руками. Винтовка валялась метрах в двадцати.
– Что с вами? Андрей перевернул лежащего на спину. На побелевшем лице застыло выражение сильнейшего ужаса, глаза были крепко зажмурены. Андрей приложил пальцы к сонной артерии – живой! Воды с собой не было, и он принялся тормошить безопасника, хлопать по щекам... Через некоторое время лицо Михайленко порозовело, черты его разгладились, глаза моргнули раз, другой, третий. Наконец заместитель приподнялся и сел, потерянно оглядываясь вокруг. В конце концов, он сфокусировал взгляд на Бородулине.
– Что это было, Андрей Владимирович? Я в жизни не испытывал ничего подобного! Я… Я просто потерял голову. Не хотел бы попробовать это еще хотя бы раз.
– Мне тоже досталось, если честно, но не так сильно, все же я находился намного дальше от вершины.
– Очень интересно, - пробормотал Михайленко. – Это очень интересная задачка.
Андрей поразился: не успел человек очухаться от такого потрясения, как уже пытается разбираться в очередной задаче.
– Получается, я был рядом, и меня накрыло сильно, а вы были поодаль, и вам прилетело слабей. То есть сила воздействия возрастает по мере приближения к вершине холма.
– Но ведь я поднимался почти на самый верх! – возразил Бородулин.
– Это, конечно, странно… А что вы видели? Расскажите, я ведь так и не успел ничего разглядеть.
– Там, наверху, плита. Идеально ровный каменный диск диаметром в сто метров, выступающий на полметра над землей. Абсолютно гладкая, словно отполированная поверхность. А материал, как мне показалось, тот же, из которого был сделан сломанный терминал в разрушенной крепости.
В глазах заместителя мелькнуло понимание.
– Вы считаете…
– Именно. Я считаю, что это как раз тот самый терминал поставки.
– Но ведь когда я попытался
– Конечно, вот.
Андрей вынул из кармана шар.
– Попробуйте снова пройти наверх. А я – следом.
Они двинулись вверх. Впереди – Бородулин, за ним Михайленко. Они продвигались потихоньку, шаг за шагом. Михайленко подобрал свою винтовку, повесил на плечо.
– Вот примерно на этом месте все и началось, - сказал он.
– Думаю, можно идти чуть побыстрее.
Они прибавили шагу и через минуту остановились у кромки плиты. Шар в руках Бородулина тихонько жужжал и слабо светился.
– Ваш индикатор, видимо, действительно является ключом. Без него эта штуковина никого к себе не подпустит.
– Теперь вы понимаете, что нельзя ждать? Ведь теперь индикатор есть и у бандитов. Только представьте, что будет, если они получат доступ к терминалу! Это уже не полдюжины самоуверенных малолеток, это больше десятка отморозков. А если ваше предположение о связи терминала и крепости окажется правдой? Для того, чтобы выковырять бандитов такого укрепления понадобится армия, с авиацией и артиллерией.
– Да… Вы меня убедили, Андрей Владимирович. Пойдемте, надо обдумать план наших действий.
И Михайленко, повернувшись, зашагал вниз по склону холма.
– По нашим разведданным, вчера один хутор не принес положенного оброка, и часть бандитов отправились, чтобы вразумить нерадивого холопа и стрясти недоимку в двойном размере, - рассуждал вслух безопасник. – На базе сейчас четверо. Главный босс, пара его ближних гридней и еще один занемогший. Пережрал, болезный, животом мается. Я думаю, что именно сейчас, когда банда разделена, можно сперва захватить их базу, а потом там устроить засаду и положить остальных.
– Как вы оцениваете наши шансы?
– Как вполне неплохие. Вы хороший стрелок, мы завалим четверых прежде, чем бандиты поймут, что в них стреляют, а там придется немного побегать. Но эта публика с тактикой современного боя незнакома, так что, скорее всего, они либо попрут толпой, либо залягут и попытаются стрелять из укрытий. У нас преимущество в дальности прицельного выстрела, главное – не подпускать их вплотную.
– А что с теми, кто сейчас на базе?
– Этих я и сам грохну, вы только подстрахуете на всякий случай. Но нужно двигаться прямо сейчас, пока банда не вернулась.
– Давайте только пойдем на нашей моторке, а катер оставим здесь.
– Это еще почему?
– У нее есть весла, можно будет подойти бесшумно.
– Тогда – вперед.
К бандитской базе подошли тихонько, вдоль берега. Не доходя полукилометра, загнали лодку в прибрежные кусты, дальше двинулись пешком. На опушке леса остановились осмотреться.
Дом стоял почти на самом берегу. Он походил скорее не на добротное отработанное многовековым опытом эксплуатации жилище коренных сибиряков, а на профессорскую дачу. Изящный двухэтажный особнячок с открытой верандой, обращенной к реке. Небольшая лесенка вела на обширный дощатый помост, доходящий до самой воды. К нему был пришвартован дебаркадер – несколько пустых металлических бочек покрытых таким же дощатым настилом. К дебаркадеру была привязана лодка – небольшой стеклопластиковый ялик. Позади дома стоял уже знакомый типовой сруб склада «из коробки». Между складом и домом торчала скромная серая дощатая будочка с дверью в передней стенке и окошком в этой двери в виде сердечка.