Северо-восток
Шрифт:
Здесь все выглядело совсем не так, как возле Кремля. Было больше уцелевших домов, а растительности, напротив, меньше. Причем некоторые деревья, если, конечно, можно назвать деревьями эту помесь тура и кактуса, мне встречались впервые.
Тут и там из земли торчали остовы древних орудий и бронемашин. Как там Лёнька говорил? Бои в этой части города велись за каждую улицу, за каждый дом.
Броня и орудийные башни внешне выглядели металлическими, но на деле… я даже замер от неожиданности, когда понял… Это не металл! Обманка…
«Когда-то
Возможно. Зато теперь танки и БТР превратились в… каменные памятники. То, что внешне выглядело как металл, на самом деле было камнем!
– Как такое возможно? – От удивления я заговорил вслух.
Лопоухий Федор, который шел передо мной, обернулся через плечо и коротко пояснил:
– Поля Смерти. Их проделки.
«Ну да. Они же могут изменять свойства предметов, например превращать металл в камень, – подхватил Лёнька. – Слыхал я, что, если правильно разместить в определенном Поле стальной клинок, он сможет рубить даже бетон».
Я вспомнил, что пришедший в Кремль вест говорил о том же. Его меч, закаленный в Поле Смерти, запросто разрубил камень. [12]
Внезапно Олег Петрович подал знак остановиться.
Ниитьмовцы затаились среди развалин. Я последовал их примеру, присел на корточки рядом с Федором и близнецами.
Олег Петрович с Иваном прошли чуть вперед, поднялись на небольшую возвышенность и принялись тщательно разглядывать местность. Причем смотрели через самый настоящий бинокль. Мы такие изучали в школе, но в руках держать не доводилось.
12
Подробнее о событиях в книге В. Выставного «Кремль 2222. Запад».
– Бинокли у вас тоже от маркитантов? – шепотом спросил я Лиса.
– Бинокль, – поправил меня тот. – Он всего один. Несколько лет назад купили у Лосей. Содрали они с нас непомерную цену. Чуть ли не телегу с товаром за один бинокль отдали.
«Он того стоит, – одобрил Лёнька. – Редкая и полезная штука».
– А куда они смотрят? Там что, уже крепость нео?
– Пока нет, – ответил мне Федор. – До них еще идти и идти. А здесь территория био.
– Обосновался тут один жестяной урод, – подхватил Лис. – Устроил себе что-то вроде охотничьих угодий.
«Хорошее место выбрал, – одобрил Лёнька. – Биороботу ведь что нужно для счастья? Неповрежденный серв, металл для починки и органика для топлива. Металла полно – в двух шагах железнодорожный отстойник, вокзал, рельсы, станция. И органика по округе шастает: Ниитьмовцы, нео да еще Лоси. Я уж не говорю про всякую живность вроде крысособак. Короче, жри – не хочу».
Олег Петрович с Иваном закончили осмотр местности и направились к нам.
– Я загадал, – глядя на них, быстро заговорил лопоухий Федор. – Если скажут, что
– Ты совсем дурак? – разозлился Слав. – С судьбой играешь. Разве можно на такое загадывать?
– Тут не пройти, – сообщил Олег Петрович. – У био там пикник, что ли. Короче, сидит себе на пригорке и тепловизором по округе шарит. Он может так и сутки просидеть. Придется двигаться через Провал.
– Через Провал… – Лис поскучнел. От его жизнерадостной улыбки не осталось и следа.
– Из-за тебя все, придурок, – Слав рассерженно пихнул Федора кулаком в бок. – С гаданием тут своим. Говорили ж тебе, не дразни судьбу…
– А что за Провал? – спросил я у Лиса.
– Поганое местечко, – поморщился он. – Сейчас сам увидишь.
Провалом ниитьмовцы называли низинку, которая образовалась то ли еще во времена Войны от ударов снарядов, то ли позже – из-за просевшего грунта. В любом случае, обвалился целый квартал. Похожее место есть недалеко от Кремля. Правда, там территория провала много меньше – обрушилась подземная галерея какой-то древней станции метро. Возможно, здесь тоже двести лет назад было метро.
«Нет, – опять встрял мой персональный энциклопедист. – Тут находился бункер штаба армии «Северо-Восток». Его сначала выцеливали управляемыми снарядами, а потом био завершили дело. Здесь перепахана взрывами каждая пядь земли. Воронка на воронке. Отсюда и Провал».
Впоследствии низинку занесло землей да еще затопило. В результате получилась огромная – размером с добрый квартал – ямища, заполненная жидкой грязью.
Олег Петрович сделал знак остановиться. Впрочем, ниитьмовцы затормозили и сами. Видно, каждый хорошо знал, что надо делать: принялись упаковывать автоматы и арбалеты в вещмешки, а затем обнажили мачете, словно собирались с кем-то рубиться.
– Богдан, делай как мы, – посоветовал Слав, сосредоточенно проверяя, стоит ли автомат на предохранителе, и заворачивая его в брезент.
– Может, пояснишь? – попросил я.
– Сейчас в грязи извозюкаемся так, что мама не горюй. Потом оружие чистить запаришься. Да и потерять его в этом болоте можно запросто.
– Мы что, полезем прямиком через яму? А в обход нельзя?
– Нет. С севера био не обойти – там совсем гиблые места. А южнее, на Сущевском, посты нео, незаметно не пройдешь. Разве что с боем прорываться.
– А мачете зачем на изготовку? – уточнил я.
– В Провале удильщики, – коротко ответил Слав.
– Кто? – не понял я.
Лёнька молчал. Видно, не знал.
– А хрен их разберет, что за твари, – пожал плечами Лис. – Или всего одна тварь. Ее толком никто не видел. Живет… или живут… в глубине под землей, а наружу забрасывают удочки. Оттого удильщиками и прозвали. Как пойдем через Провал, гляди под ноги, Богдан. Заметишь движение, тут же сигай в сторону и руби всё, что шевелится. Понял?