Сфера
Шрифт:
— В Пентагоне неохотно, но все же пришли к выводу, что мы нашли звездолет инопланетной цивилизации. Президент дал указание проникнуть внутрь звездолета. Начиная с 29-го июня мы собирали команду УЛФ.
1-го июля на дно, около звездолета, опустилась подводная станция ГД-7, где разместились девять военных водолазов, работающих в среде, насыщенной экзот-газом. Они проводят подготовительные работы.
— И, думаю, уложатся в график, — сказал Барнс. — Есть какие-нибудь
— Какова внутренняя структура звездолета? — спросил Тед.
— Звездолет построен таким образом, что волны обходят корпус. Это не позволяет получить ясное представление о строении корабля.
— А инертные методы?
— Мы пытались, — сказал Барнс. — Гравиметрические анализы, термография, карта удельного сопротивления, протонный магнитометр… все оказалось бесполезно.
— Акустические устройства?
— С первых же дней установлены гидрофоны… От корабля не исходит никаких звуков.
— А другие способы?
— Мы не решились применять проникающую радиацию.
— Я заметил, что на стабилизаторе нет никаких повреждений, а корпус похож на идеальный цилиндр… — сказал Гарри. — И вы считаете, что этот объект потерпел крушение?
— Да, — похоже, Барнс чувствовал себя неловко.
— Таким образом… столкнувшись на большой скорости с поверхностью воды, он не получил ни единой царапины?
— Да, он потрясающе прочный.
Гарри кивнул:
— Это было бы… — и он умолк.
— А чем заняты водолазы? — спросила Бет.
— Поисками входа, — улыбнулся Барнс. — Как заправские археологи, они ищут под кораллами подобие люка. Мы надеемся найти вход в течение двадцати четырех — сорока восьми часов. Как только они найдут вход, мы подключимся к работе. Будут другие вопросы?
— Да, — сказал Тед. — Как отреагировали русские?
— Мы не поставили их в известность, — сказал Барнс.
— Но это же беспрецедентное событие в мировой… не только американской, истории… Мы должны поделиться этим со всеми нациями!
— Так решил президент. Еще вопросы?
Они переглянулись, но никто ничего не сказал.
— У меня все, — сказал Барнс.
Зажегся свет, заскрипели кресла.
— Капитан Барнс, я возмущен, — сказал Гарри Адамс.
— В чем дело? — удивился тот. Все повернулись к Гарри — он сидел в кресле, на его лице застыло раздражение.
— Вы не открыли всю правду!
— Например?
— Про вход.
— Но я же сказал, что водолазы заняты его поисками. — Барнс натянуто засмеялся.
— А я говорю, вы начали поиски три дня назад и сейчас совершенно точно знаете, где он находится. Я прав?
О
— Да, — признался Барнс. — Нам известно расположение входа.
— Когда мы пойдем в звездолет? — обрадовался Тед.
— Завтра, — сказал Барнс, не спуская глаз с Гарри, а Гарри, в свою очередь, внимательно наблюдал за Барнсом. — Начиная с восьми утра, мы будем переправляться на мини-подлодке.
— Чудесно! — ликовал Тед. — Это просто фантастика!
— Поэтому вы должны выспаться… если сможете.
— Невинным сном младенца, что связывает нити в клубке невзгод. — Тед даже подпрыгнул в своем кресле.
— Сегодня с вас снимут мерки. Если что, вы знаете, где меня искать.
На этом брифинг закончился.
— Это смахивает на спектакль, — сказал Норман, когда остался наедине с Гарри.
— Почему же?
— Ты ловко разделал Барнса.
— Он еще много о чем умолчал, — сказал Гарри.
— Например?
— Барнс знает, почему президент сделал такое решение.
— В самом деле?
— Президент убедился, что это не чужой звездолет.
— Тогда что же?
— Я думаю, это совершенно ясно.
— Только не мне, — сказал Норман.
Впервые Гарри улыбнулся. Это была едва заметная улыбка, совершенно без тени юмора.
— Ты не поверишь, если я скажу, — и он ушел.
Глава 6
ТЕСТЫ
Морской биолог Левин был единственным членом команды УЛФ, с которым Норман еще не встречался. Это одно из тех непредвиденных обстоятельств, которые мы не предусмотрели, подумал он. Норман предполагал, что встреча с инопланетянами произойдет на суше. Он не предусмотрел самого очевидного скорее всего, их корабль сядет в воду, поскольку около семидесяти процентов поверхности планеты покрыто водой. Совершенно очевидно, что в команде должен находиться морской биолог.
Он встретился с Левиным около ограждения. Морской биолог вцепился в перила и выглядел крайне бледным. После короткой беседы выяснилось, что он страдает морской болезнью.
— В самом деле? — удивился Норман.
— Я работаю в лаборатории, — пояснил тот. — На суше, где нет этой постоянной качки… Чему вы улыбаетесь?
— Простите, — извинился Норман.
— Вам кажется весьма забавным, что морской биолог не переносит качки?
— Это нелепо, я полагаю.