Шаги по воде
Шрифт:
– Да по одной простой причине! – крикнула я. – У него не было времени стереть отпечатки! Ты мне веришь?
– Верю, верю! Конечно, верю. Но… я никого не видел и не слышал…
– Он подождал, пока ты войдешь в квартиру, и тихо ушел… Ему ничего не оставалось, как спрятаться… понимаешь? Он не мог убежать сразу, ты его спугнул! А может… – Меня обдало жаром. – Может, он еще здесь? – прошептала я. – Прячется за портьерой?
– Давай проверим, – Александр легко встал с пола. Протянул мне руку: – Пошли!
…И мы пошли, заглядывая
Привидеться? А дверь? А нож? А свет на кухне? Он был здесь! Он открыл дверь и вошел в квартиру. Он ждал меня. Зачем?
– Почему ты не заперла дверь, когда пришла? – вдруг вспомнил Урбан. – Ты же не знала… что в квартире кто-то есть.
– Дверь была не заперта, я боялась войти. Я же сказала… Я оставила дверь открытой настежь, чтобы убежать… в случае чего.
Он пристально смотрел на меня.
– Дверь была захлопнута, когда я пришел. Я позвонил, мне никто не ответил. Я потянул за ручку… и она открылась.
– Значит… Значит, он ушел до того, как пришел ты! Это он закрыл дверь. Не понимаю!
Мы молча смотрели друг на друга. Потом Александр спросил:
– А где ты была?
– Лариса, жена босса, пригласила меня на обед. Она хотела получить отчет о последних событиях.
Вы замечали, что у человека, который оправдывается, жалкий тон?
– Почему ты не позвонила? – Тон у него стал неприятным.
Почему я не позвонила? Ну, разве объяснишь, что назло? Чтобы причинить ему боль? Представляла с удовольствием, как он мечется, потеряв меня…
– Мы были у твоей горячей поклонницы Регины Чумаровой, – сказала я довольно ехидно, уходя от ответа. – Она предана тебе душой и телом!
Он ничего не сказал на это. Лицо его стало мрачным. Я почувствовала себя глупо…
– Извини, – сказала тихо. – Так получилось…
– Я, как идиот, бегал вокруг твоего дома… Думал, не дай бог… не дай бог что-то случилось! А ты…
Он стремительно повернулся на каблуках и выбежал из комнаты.
– Но ведь случилось же! – закричала я ему вслед. – Случилось! Не уходи! Саша! Он же был здесь! Он пришел убить меня! Я видела!
Он вернулся. Молча уселся на диван. Я стояла у двери. Мы не смотрели друг на друга. Я не знаю, сколько прошло времени. Он поднялся наконец. Посмотрел на меня, спросил без улыбки:
– Кофе?
Я кивнула. Он отправился на кухню. Это было примирение. Или перемирие. Я чувствовала обиду – меня чуть не убили, а он сердится, потому что я не позвонила. Амбициозный эгоист.
…Я лежала без сна, чутко прислушиваясь к звукам из гостиной. Александр постелил себе на диване. Я знала, что он не спит. Мы, смертельно обиженные
Утром на работе мне передали небольшой пакет в коричневой оберточной бумаге. Я вскрыла пакет у себя в кабинете, вытащила другой, поменьше, белый, перевязанный розовой ленточкой. Разрезала ленточку, развернула и увидела нож в прозрачной пластиковой упаковке. Это был нож из моего буфета или очень похожий на него, с лезвием, покрытым бурыми, подсохшими уже пятнами крови…
– И ничего больше? Ни письма, ни записки? – допытывался капитан Астахов, сидя напротив меня в кресле для посетителей. Он пытливо всматривался в мое лицо, стремясь прочитать на нем то, о чем я умалчивала.
– Ничего, – повторяла я тупо. – Только нож. И розовая ленточка.
– Ленточка… – повторил он. – Скажите… – он запнулся, выбирая слова. – Скажите, Ксения… вы не замечали кого-нибудь, кто… – он снова запнулся. – Кто шел за вами… или слонялся вокруг? Любой человек, который обратил на себя ваше внимание, любое новое лицо?
– Замечала, – ответила я.
– Где? – оживился капитан, буравя меня взглядом.
– В своей квартире. Вчера.
– Он был у вас в квартире? – Капитан даже привстал с кресла. – Почему же вы не сообщили мне?
– Не успела. Это случилось поздно вечером…
– А где находился… Урбан?
– Мы… потерялись, – соврала я. – Я пошла в гости, вернулась поздно, около одиннадцати… дверь была не заперта, на кухне горел свет.
Он обалдело смотрел на меня.
– Я оставила входную дверь открытой настежь… на всякий случай и… пошла на кухню. Взяла нож и…
– Зачем? – опомнился он.
Идиотский вопрос! Затем, что у меня нет пистолета!
– Я собиралась обыскать квартиру.
– А не проще ли было позвонить мне… или Александру и ждать на лестничной площадке?
Я пожала плечами. Проще, конечно.
– Вы же мне не верите, – пошла я в наступление. – Вы же острили, что я вижу убийства после шампанского… Вы – последний человек, кому я позвоню… в случае чего!
– Неправда! – он тоже повысил голос. – Возможно, я действительно не верю во всю эту… – он с трудом сдержался. – Но незапертая дверь и свет… А вы уверены, что…
– Уверена! – почти закричала я. – Утром было светло, я даже не включала свет!
– Вы должны были мне позвонить! Что случилось потом?
– Я вошла в спальню… заглянула под кровать… – Тут я посмотрела на капитана, ожидая увидеть ухмылку на его физиономии, но он оставался серьезным. – А потом увидела его!
– Где?
– Около двери. Он стоял и смотрел на меня.
– Вы рассмотрели его лицо?
– Нет!
– Почему? Он был в маске?
– Нет! Не знаю, почему… Я видела, что он стоит около двери… большой, черный… с белыми глазами.