Шаман
Шрифт:
– Но мы хотим сами в этом убедиться!
– Кут-малчера – родовой тотем моего племени. Белые люди не должны касаться его.
– Но я уже держал его в руках! – возмущенно воскликнул Зунн.
– И я тоже, – сказал Осипов.
– Тогда было можно, теперь – нельзя. – Ной снова мотнул головой из стороны в сторону.
– Вам не кажется, что Ной старательно изображает из себя аборигена-дикаря, каким его представляют себе глупые белые люди? – поинтересовался у остальных Орсон.
– Точно, – кивнул Брейгель. –
– Но почему? – непонимающе развел руками Зунн.
– Потому что у него нет пакаля, – криво усмехнулся Камохин.
– Где же он тогда?
– У «серого», разумеется. Шаман только делал вид, что хочет поймать кутяара. На самом деле он с самого начала собирался отдать ему пакаль. Весь его расчет, как я понимаю, строился на том, что, заполучив пакаль, «серый» непременно им воспользуется и откроет себе и нам дорогу на этот островок, затерянный неизвестно где. Так что извини, Генрих, но Док-Вик был прав – колдовством здесь даже и не пахнет.
– Зачем тогда нужен был обряд с лягушками?
– Нужно было протянуть время до того, как погаснет свет.
– Ошибаешься. – Абориген по-прежнему стоял в стороне. Но теперь он повернулся лицом к тем, с кем разговаривал. – Может быть, я и не знаю, как открыть проход во Время Сновидений, но я знаю, что такое везение и невезение. Мне известна их природа, я понимаю, откуда они берутся. И мне известны способы, как привлечь удачу и отогнать неудачу. Нам всем нужно было объединить свои мысли и стремления. Чтобы желание одного стало общим желанием. А удача каждого стала удачей для всех. Люди моего племени нередко прибегают к совместной медитации, которую проводит мункумболе.
– Например, когда собираются убить кого-то из другого племени с помощью туми, – добавил Зунн.
– И в этом случае тоже, – не стал отрицать Ной. – Плохой человек, совершивший недобрый поступок, должен быть наказан. И лучше, если это сделает туми.
– Чем смерть от туми лучше смерти от нулла-нулла?
– Туми дарует чистую смерть. Человек понимает, почему он умирает, и его душа спокойно воссоединяется с душами предков.
– Так у нас есть пакаль или нет? – положил конец схоластической дискуссии Орсон.
– У меня – нет, – ответил Ной.
– А он нам нужен? – спросил Зунн.
– Пакаль – это дополнительные очки в Игре, – объяснил ему Брейгель.
– Мы сейчас участвуем в Игре? – крайне удивился Зунн.
– Игра никогда не заканчивается, – усмехнулся Брейгель. – Так что не расслабляйтесь, Генрих. В любой момент может объявиться Мастер Игры, который начислит вам штрафные очки, например, за утерянный пакаль. Это он любит.
– И что тогда?
– По ситуации.
– Я вижу стену! Высокую белую стену!
Все посмотрели наверх, откуда раздался крик.
Лиам уже успел добраться до самого верха скалы. Сейчас
– Он видит стену, – с улыбкой повторил Ной. – Это Страна Совершенства.
– Страна Совершенства во Времени Сновидений. – Орсон озадаченно покачал головой, так, будто ему никак не удавалось решить простую на первый взгляд логическую загадку. – С ума сойти!
– Лиам! – крикнул Камохин. – Далеко до стены?
– Она почти у горизонта! – ответил абориген.
Камохин посмотрел на солнце.
– Сейчас около пяти.
– Без четверти пять, – уточнил Ной.
– До заката не доберемся.
– Нет, – согласился Ной.
– Лиам! Скала, на которой мы находимся, со всех сторон окружена водой?
– Да! До ближайшего берега метров двести!
– И никаких плавсредств поблизости, как я понимаю, нет, – подвел неутешительный итог Орсон.
– Спускайся! – велел племяннику Ной.
– Вы намереваетесь добраться до суши и отправиться в Страну Совершенства? – спросил у Камохина Зунн.
– У вас какие-то другие планы? – поинтересовался в ответ квестер.
– Честно говоря, у меня вообще не было никаких определенных планов, – смущенно улыбнулся Зунн. – Я всего лишь хотел увидеть Время Сновидений.
– Вы его увидели. Довольны?
– О да! – радостно воскликнул Зунн. – Даже если и не магия привела нас сюда, все равно мы соприкоснулись с некими тайными знаниями, недоступными непосвященным. И мы увидели легендарное Время Сновидений, что подтверждает тот факт, что в основе мифов и легенд лежат реальные события. А для того чтобы понять, о чем идет речь, нужно лишь научиться правильно их интерпретировать.
– Я рад за вас, Генрих, – улыбнулся Камохин. – Честное слово, рад! Человек, нашедший то, что всю жизнь искал, должен был это заслужить.
– Ты говоришь, как мункумболе, – подойдя к ним, одобрительно кивнул Ной.
– В отличие от мункумболе я не пытаюсь пудрить людям мозги, – заметил Камохин.
Ной снисходительно улыбнулся и покачал головой:
– Ты еще слишком молод для того, чтобы понять, в чем заключается истинная мудрость.
– Да? И в чем же она заключается?
– В том, чтобы научиться заглядывать под стол.
Камохин озадаченно сдвинул брови, пытаясь понять: говорит ли старик серьезно или же насмехается над ним?
– Вот! Вот! – Ной радостно хлопнул себя ладонью по голому бедру. – Ты даже сейчас думаешь не о том! Потому что смотришь на стол! В то время как все самое интересное происходит под столом! Ваша проблема, проблема белых, в том, что когда-то вы решили, что следует есть за столом, а не сидя на земле. Из-за этого у вас сместилась точка мировосприятия. Вы смотрите вдоль в то время, когда следует смотреть вглубь.