Шань
Шрифт:
— Вот, — сказал он наконец. — Держи. Теперь ты довольна?
Даниэла бросила взгляд на конверт, брошенный Малютой на крышку стола, и ее сердце забилось быстрее. Она постаралась взять себя в руки, но не смогла.
— Ты и Михаил Карелин, — не разжимая губ, выдавил из себя Малюта. — Точно герои из американского порнографического фильма. — Он отвел глаза. — Там все: и снимки, и негативы.
Синяя жилка, вздувшаяся у него на виске, бешено пульсировала. Он выглядел необычно уставшим, словно, отдав фотографии, лишился разом всей своей
Даниэла нежно провела ладонью по его влажному лбу.
— Бедняжка, — прошептала она. — Тебе надо отдохнуть. Засыпай.
Малюта кивнул и закрыл глаза. Медленно, очень медленно Даниэла протянула руку и взяла конверт.
Джейк нанес Белоглазому Гао сильный удар по переносице. Из раны хлынула кровь. Крепко держа Гао за руки, Джейк не позволял ему остановить ее.
— Я знаю, что ты приходил сюда не трахаться с Маккеной, — сказал Джейк, таща Гао на другой конец комнаты, залитой ярким светом. — Во-первых, твоя задница слишком стара для него. Ну, а во-вторых, ты узкоглазый ублюдок. Ведь он именно так называл тебя, не так ли? Интересно, говорил ли он когда-нибудь тебе это в глаза? Нет, надо думать, у него была кишка тонка. Но для него ты всегда оставался просто прыщом на двух ногах.
Схватив Белоглазого Гао за шкирку, точно щенка, нагадившего на ковре, он ткнул его носом в обрюзгшую рожу уже начавшего смердеть Маккены.
— Да это же ведь Напруди Лужу! — с трудом выдавил из себя Белоглазый Гао. — Черт побери!
— Правильно, — заметил Джейк, — взывай к Будде. Впрочем, сегодня ночью он не проявит милосердия. По крайней мере, по отношению к тебе.
Он заставлял Гао стоять на коленях, зная, как важно держать его в неудобной позе.
— Пить, — пробормотал тот. Повернув голову, он посмотрел на Блисс. — Во имя Будды, дайте мне воды!
— Ага, — промолвил Джейк. — Ты хочешь, чтобы она позаботилась о тебе вместо меня? Ну что ж.Обещаю, что эту ошибку ты уже не совершишь вторично.
Белоглазый Гао непонимающе уставился на него своим единственным налитым кровью глазом. Джейк улыбнулся ему и в то же мгновение молниеносно выбросил Руку вперед, схватив его священный член и стиснув так сильно, что здоровый глаз Гао вылез из орбиты, а сам китаец задрожал и задергался от ужасной боли.
Его грудь трепетала, бурно вздымаясь и опускаясь, когда Джейк разжал пальцы. Гао глубоко застонал и беспомощно уронил голову.
— Джейк...
Блисс шагнула было к нему, но Джейк, махнув рукой, остановил ее. Он не обращал ни малейшего внимания на озабоченное выражение, появившееся у нее на лице.
— Ты видишь, сколь глупо поступил, обратившись к ней? — тихо сказал он на ухо Белоглазому Гао. Дождавшись, когда тот кивнет, он продолжил: — Ну а теперь я хочу знать, зачем ты явился сюда.
— Я п-пришел в гости.
Джейк повторил предыдущий прием. На сей раз Гао прогнулся, беспорядочно брыкая ногами.
— О Будда! — прошипел
— Будда теперь тебе не поможет, — заметил Джейк. — Никто тебе не поможет. Поэтому лучше расскажи нам, зачем ты здесь. — Он снова легонько сжал пальцы, и Гао, издав глубокий, пронзительный крик, весь съежился, точно стараясь уменьшиться в размерах.
— Я знаю тебя, — тихо промолвил ему на ухо Джейк. — Я знаю, что ты работаешь на сэра Джона Блустоуна. Мне известно и кто такой Блустоун. Кто же ты в таком случае?
— Коммунист, — ответил Белоглазый Гао, с ужасом глядя на своего мучителя.
— Очень хорошо. И какое же дело может быть у коммуниста к Напруди Луже?
— Он... — Гао запнулся, поперхнувшись собственной кровью. — Он был всего лишь рупором, через который Блустоун распространял известия о неприятностях в “Южноазиатской”.
— А ты был у Блустоуна на побегушках?
—Да.
— Ну и Маккена, разумеется, ничего не подозревал?
— Подозревал? Он полагал, что я из какой-нибудь триады.
— Значит, за хищением средств из “Южноазиатской” стоит Блустоун.
— Конечно.
— Кто еще участвовал в дело?
— Не знаю.
Резко развернув Гао, Джейк с силой дернул его за шиворот, заставив вытянуться в струнку.
— Слушай, ты, вонючий кусок коровьего дерьма, — угрожающе протянул он. — Мой отец погиб. Вот в эту леди стреляли. На меня самого устроили настоящую охоту по всем закоулкам отсюда до Китая.
— Джейк, я думаю, с него хватит, — рассудительно промолвила Блисс.
— Нет, не хватит, — отрезал Джейк с такой яростью, что она испугалась. Затем, повернувшись к Белоглазому Гао, он рявкнул: — Говори все, что тебе известно.
— Я уже сказал тебе... а-а-а! — Поднатужившись, он изверг из себя целый поток рвоты после удара Джейка, пришедшегося ему в печень.
— Джейк, — Блисс положила руку на плечо возлюбленному. — Может быть, он говорит правду.
— Послушай ее, — выдавил из себя Гао, стоявший на коленях, прижимаясь лбом к ковру. — Во имя Будды, чего тебе нужно от меня?
— Ты умеешь держать язык за зубами, — заметил Джейк, наклоняясь к нему. — Я хочу знать, кто тебя готовил.
— Блустоун.
Джейк перевел взгляд на Блисс.
— У него один и тот же ответ на все вопросы. — Заметив особое выражение на ее лице и то, как она покачала головой, он понял, что не ошибся. Гао говорил неправду.
— Черт возьми! Каковы вопросы — таковы и ответы! — произнес тот, не поднимаясь с пола.
— Чувствуется рука мастера, — необычайно серьезно промолвил Джейк, обращаясь к Блисс. — Говорю тебе, его готовил настоящий мастер, знаток своего дела.
Оставив скорчившегося на поду китайца под присмотром Блисс, он отправился на кухню. Порывшись там некоторое время в ящиках, он вернулся в комнату с маленьким ножом в руках. Наклонившись над Белоглазым Гао, он ухватил того за влажные от пота волосы и оттянул его голову назад.