Шанс-2
Шрифт:
– Шановное товарищество! Ваш казак не верит что он пьяный. Предлагаю проверить его, и любого кто захочет. Каждый из нас двоих, ставит по монете, потом станем мы друг против друга, и будем бить по разу. Можно пригибаться, отклоняться, руки подставлять, только падать не можно, и с места сходить. Кто первый упадет, тот проиграл, кто с места сошел, тот проиграл, значит, забирает монеты и идет из корчмы спать.
– Так за что ж ему давать монеты, если он проиграл? – Сразу спросил кто-то любопытный.
– Так то ж ему такая кара будет, братья казаки, с монетами в кошеле из корчмы домой спать возвращаться. – Народ дружно загоготал, по достоинству оценив страшную
– Ну что, Яков, – обратился недовольно скривившийся Арсен, прочувствовал бедный снова, как легко меняется настроение электората, – готов ты на такое испытание?
– Готов, батьку, – озадаченно ответил Яков, – только монеты у меня нет.
Ишь, дальше его батькой, называет, въелось в сознание за годы, что Арсен тут командовал.
– Так, я тебе одолжу, Яков. Как на землю сядешь, так сразу и отдашь, – не выпуская ситуацию из нужного русла, сразу положил на край стола две серебряных монеты.
– А если ты, на задницу сядешь, тогда, как быть? – Якова продолжала волновать, больше всего, финансовая сторона будущего испытания.
– По такому случаю, раз я был не прав, и даром тебя пьяным назвал, прощу тебе долг. Казаки, помогите столы отодвинуть, чтоб нам было куда падать.
Совместный труд сближает, и раздвинув столы, казаки приготовились наблюдать бесплатное представление. Решившись подстраховаться, еще раз озвучил условия состязания.
– Прошу всех, кто есть в этой зале быть видаками, что мы с Яковом вышли не рожу друг другу чистить, а проверить, кто из нас пьяный. Будем мы друг друга по очереди бить. Бить можно только выше пояса. Кто первый упал, тот проиграл. Кто с места сошел, тот проиграл. Все согласны?
– Згода, згода! – Радостно донеслось со всех сторон, – давайте начинайте, хватит языками крутить.
Мы стали друг перед другом на расстояние вытянутой руки, и мне, оценивая соперника, приходилось решать непростую задачу. Проблем выиграть не было. С моей многолетней практикой в таких играх, с партнерами из разных весовых категорий, с которыми нас сводил тренер, по какому-то, ему одному известному алгоритму, проиграть можно, только если действительно напьешься в стельку. Проблема была выиграть так, чтоб не обидеть соперника, и его компанию. Мордобой, это очень сильное средство. После короткой схватки, люди могут стать друзьями на всю оставшуюся жизнь, а могут проникнуться друг к другу и крайне отрицательными чувствами.
– А кто первый бить станет? – Задал немаловажный вопрос один из соображающих зрителей.
– Надо жребий кидать, – сразу поступило предложение.
– Да чего там кидать, казаки, Якова проверяю, нехай первый и бьет, – великодушно предложил.
Яков как будто только этого и ждал, и сразу попытался влепить мне с разворота правой в ухо. Надо отметить, что довольно резко и неожиданно ударил, я едва успел чуть присесть, и пропустить удар над головой. Еле удержал рефлексы, чтоб сразу не всадить левой по открытой печени. Якова потянуло за правой рукой, если б я добавил, он точно сошел бы с места, и проиграл, но это противоречило моим планам. Зрители одобрительным гулом приветствовали как скорость, с которой пронесся над моей головой кулак, так и мою нестандартную для этого времени защиту.
Отметив, резкость удара, мелькнула мысль, что с Якова вышел бы неплохой тяж. Дальше, свободный поток сознания вынес на поверхность фразу великого француза, "О спорт, ты мир!", и меня полностью захватили идеи, как использовать эту фразу в прикладных целях в это неспортивное время. Было бы неплохо организовать какое-то соревнование по
Мои планы по использованию чужих идей, прервал совет какого-то нетерпеливого зрителя.
– Чего стоишь, бей давай!
– Да вот думаю, куда такого бугая бить, чтоб он почувствовал, – задумчиво произнес, продолжая разглядывать Якова. Вместе с радостным детским смехом, бу-га-га, сразу раздалось несколько голосов.
– В ухо бей!
Недаром у нас была страна Советов, любители посоветовать здесь жили во все времена. Не послушавшись, неожиданно, и резко ударил левой в печень. Удар в печень очень коварный. Если точно попал, и противник не успел блокировать удар локтем, или не смог смягчить удар мышцами пресса, в дальнейшем, любые попытки противника нанести удар, или просто, резко двинуть рукой и корпусом, приводят к очень болезненным ощущениям. Единственное положение, в котором боль не чувствуется, не двигаясь, постоять с чуть наклоненным вперед корпусом. Конечно, масса Якова сыграла свою положительную роль, но, тем не менее, удар он прочувствовал, и его следующий удар мне в грудь, уже не получился, в последний момент его корпус отказался поворачиваться вслед за правой рукой, и удар вышел несильным, и не резким. Воспользовавшись тем, что он вынужден держать корпус чуть наклоненным, и солнечное сплетение ничем не защищено, ударил справа точно в солнышко. Яков начал хватать воздух как рыба, все примолкли, результат который был уже понятен, всех удивил. Противник был значительно крупнее меня, и вопрос для многих был лишь в том, сколько ударов я выдержу.
– Не, не смогу я такого бугая с ног сбить, казаки. Признаю, не прав я был. Трезвый Яков, зря я на него наговаривал. Оставайтесь, казаки, здоровы, мы спать пойдем, хозяин, веди нас в комнату.
– Ты, казак, можешь идти, а сестричек своих оставь.
Это уже было прямое оскорбление, и сказал его казак сидящий рядом с Арсеном. Его злые глаза недружелюбно разглядывали меня, на предмет как меня проще всего прибить. Так мне показалось. Но с точки зрения политики, это был плохой ход. Большинство оценило по достоинству мое поведение, и явное науськивание Арсеном своего волкодава, так я понял роль этого казака в окружении Арсена, многим из присутствующих не сподобилось. Это несколько развязывало мне руки в дальнейших действиях.
– Не того я, казаки, проверял, вот кого проверить надо было, а то бедный так упился, что уже не понимает, о чем его дурной язык мелет. Иди проспись казак, завтра с тобой потолкуем, когда твоя голова болеть перестанет.
– Проверить меня хочешь, сейчас проверишь, – зло прошипел Волкодав, с неожиданной легкостью для его массивного тела, выскочил из-за лавки, и двинулся на позицию.
Яков, который еще недавно занимал ее, отдышавшись, благородно пытался всех убедить, что выиграл не он, но его уже никто не слушал.
– А куда ты так быстро, – остановил я стремительное движение Волкодава, – монету сперва положи, – при этом демонстративно забрал со стола одну монету, и запрятал в кошель. Тот растерянно оглянулся на Арсена. Бывший атаман, скривившись, бросил ему монету.
– Лучше бы ты, казак, своей головой жил, и своими монетами. Что, Арсен, чужими руками бучу затеваешь? Что ж ты сам в круг не выйдешь, раз не сподобился я тебе? Волка своего ручного на меня натравить решил. Стар ты стал, Арсен, правильно тебя казаки с атамана сняли. Жаль, голову твою дурную не сняли, так то и поправить можно.