Шанс-2
Шрифт:
– Дурак, ты. Он через год, другой вслед за ней бы ушел, на кого детей бы оставил, на теток с дядьками? Пустили бы сирот по свету нищими. Не лезь, куда не просят, Владимир, и не думай, что ты самый умный.
– Ладно, давай спать тогда, в следующий раз договорим. И не лезь ко мне, а то сейчас вниз, к купцу, сбегу.
– Злой ты, Владимир, правильно тебя Ждана разглядела, у нее глаз верный, вот Богдан, тот добрый, зови сюда Богданчика, я с ним потолкую…
Кони быстро несли нас по льду замерзшей реки, и еще засветло мы прискакали к Мотриному дому. Сдав девок в ее надежные руки, помог разгрузить воза, и переложил чугун к себе в телегу. Будет с чем играться, когда лесопилку закончим. Попрощавшись со всеми, пообещав приехать при первой возможности,
На следующий день торжественно объявил своим курсантам, что с сегодняшнего дня, начинаем учиться атаковать противника. Все знали, что первые двадцать самострелов уже готовы, и лежат у меня дома. Но самострелы в руки им давать было пока рано. Второй большой и важной темой, которую предстояло освоить моим курсантам, была арифметика, и ее несомненная помощь в партизанском деле. Сперва, после обязательной программы, бег, силовые упражнения, статика, просто провел несколько занятий по арифметике, определяя знания и способности моего контингента. Как и в обычном классе, спектр был довольно широким. Затем мы приступили к практике.
Вручив им метательные копья, мы начали учиться очень важному разделу в успешной организации засад, выбору индивидуальных целей. Противниками у нас были двадцать метровых поленьев, сантиметров пятнадцать в диаметре. Разведя свои два десятка бойцов, по десять, слева и справа от предполагаемой колоны противника, присвоил каждому бойцу постоянный порядковый номер, причем, чем толковей был боец в арифметике, тем больший порядковый номер в десятке он получал. Затем долго втолковывал алгоритм, как высчитать в колоне противников, свою цель.
Суть алгоритма была несложной. Колона состоит из рядов. В ряду может быть либо парное, либо непарное количество противников. Если в ряду парное количество целей, то все просто, цели делятся пополам, левые, левому десятку правые правому. Если непарное, то тут сложней, в первом ряду на одну цель больше получает правый десяток, во втором ряду, левый и так дальше. Затем, каждый из бойцов, считая по порядку, цели только своего десятка, находит в колоне противника, бойца со своим порядковым номером, и берет его на мушку.
Трезво оценивая способности своих бойцов, отводил на доскональное обучение, не меньше месяца. Но видно здорово помогло, что рассортировал их по способностям. Что ни говори, а сосчитать до трех намного проще, чем до десяти. Уже через две недели, мне не удавалось запутать их, выстраивая всевозможные комбинации рядов, поскольку реальных вариантов было немного.
Как рассказывали мне опытные товарищи, стандартное построение татарского отряда простое и понятное. Впереди едет глава рода, а за ним его родственники, по старшинству. Едут практически всегда одвуконь, по два человека, и по четыре коня в ряду. Четыре коня, как раз занимают битую дорогу. Но я, на всякий случай, выставлял произвольные варианты из одного, двух и трех противников в одном ряду. После того как они натренировались и действовали практически без ошибок, увеличил им номера на два, с третьего по двенадцатый, и начал натаскивать на двадцать четыре полена, заставляя первых четыре оставлять нетронутыми.
Наш отряд, атаман планировал усилить ребятами Непыйводы, но, обсудив со мной и Андреем ситуацию, чтоб не было напрягов, раз там конников готовят, вот ребят к конникам и добавят. Нас решил укрепить десятью лучниками, которых я думал разместить на флангах, по двое спереди, и по трое сзади, каждого десятка. Первый залп они выполняют вместе с нами из самострелов, а затем начинают самостоятельный отстрел из луков всего, что еще шевелится. Поскольку отношение атамана к распределению целей полностью описывалось фразой, "Чего тут думать, трусить надо", о совместных учениях нашего отряда с казаками, не могло быть и речи. Оставалось лучникам, в будущем, поставить простую и ясную задачу на первый залп. Мне подумалось, что задачи типа, снять первых четверых, и шестерку замыкающих, будут вполне понятны, и эти цели они между собой поделят без труда.
Кроме занятий по будущей засаде, понимая, что мне одному невозможно объять необъятное, нагло воспользовался служебным положением, и
Трое получили задание, заказать себе ступки у плотника, чтоб не занимать родительские, а пока замочить, сноп льна, сноп конопли, и сноп камыша, на две недели, меняя воду каждый день. Затем они должны были нарезать стебли в ступку и неделю их в ступке толочь, каждый день, вечером, процеживая все через сито и доливая немного чистой воды. Еще один мой воин должен был изготовить мелкое, прямоугольное, густое сито. Второй должен был наловить рыбы в проруби и сварить из нее столярный клей. Из всего этого добра, планировал изготовить первые листы бумаги, и испробовать какой материал самый подходящий. Хотя наперед был готов поспорить с любым, что лучшая бумага получится из волокон льна. Раз из него полотно хорошее, то и бумага будет хорошая. Про коноплю слыхал, что из нее тоже получается неплохо, про камыш знал только, что папирус из какого-то южного камыша в Египте делали, может из нашего чего-то выйдет. В Европе, точно помнил, из тряпья делали, так, где ты того тряпья наберешь. Летом можно попробовать в Киеве новую профессию, старьевщик организовать, и тряпья наменять, но тоже проблемы будут. Дорогое полотно, тряпок мало, и те народ на хозяйстве использует, но, попытка не пытка.
Других отправил белую глину копать и речной песок. Нужно было маленькую, но удаленькую печечку слепить, с батей уже договорился, он нам уголок у себя в кузне выделил. Типа, действующую модель доменной печи с принудительным наддувом. Очень мне хотелось чугун расплавить и попробовать из него высокоуглеродистую сталь получить. Всего-то делов, в расплав чугуна трубку глиняную вставить, и воздух продуть. Но надо пробовать, много дуть плохо, и мало плохо, нужно откатать технологию на малых объемах.
Так и пролетали дни, за ними недели, летело время. Где-то через неделю после того как съездил в Черкассы за девками, атаман, забрав у меня бочонок ликеру, литров на пятьдесят, уехал на свою атаманскую тусовку, решать вопросы с внедрением акцизного сбора на торговлю алкогольными напитками. Мне оставалось только ждать его возвращения, и решения, которое примет высокое собрание.
Пользуясь отъездом бати, Мария организовала у себя очередные посиделки, и настоятельно приглашала меня придти. Бросив недоконченный макет будущей печки, пришлось собираться в гости. На душе было тревожно. Иллар уехал, за дочкой смотреть некому, Давиду по барабану, Тамара меня уже официальным женихом считает, тоже девку от меня отгонять не станет. А разговоры с ней вести, смерти подобно, вспомнит бывальщину какую-то, как они с Богданом телятам хвосты крутили, и как говорят одесситы, тушите свет. Я уже не рад был, что ввязался в эту историю, но поздно товарищ, поезд ушел по расписанию. Деваться некуда. Во-первых, Богданчик от нее млеет, а она от него, во-вторых, время такое, что без родственных уз ничего не делается. А без Иллара ничего не выйдет, политик из меня никакой, да и возраст не тот. А времени нет. Восемь с половиной лет пролетят, и если не успею набрать критической массы способной изменить результат сражения, все пойдет прахом. Даже если уцелеешь, и крепость будущая уцелеет, какой толк, если вся земля будет лежать в руинах. Людей не будет. Единственная возможность реально что-то изменить в будущем, начинается с этой битвы, удастся ее свести вничью, будем жить, нет, значит можно ложиться в гроб и накрываться крышкой, дальнейшее мое существование теряет всякий смысл.
Такая вот выходит арифметика нашей партизанской борьбы. Арифметика, наука простая, простая и беспощадная…
Глава 6
Собираясь к Марии на посиделки, меня вдруг остановила простая и очевидная мысль, а куда я собственно иду и зачем? Мало что ли проблем висит на моей голове, так еще идти своими ногами туда, где меня очень быстро, на счет раз, два, могут расколоть, и расколоть очень больно. Спросив себя, зачем мне это надо? Я не нашел удовлетворительного ответа. Ведь достаточно одной фразы, как в известной сказке "А король то голый!", в нашем случае достаточно перепуганной Марии крикнуть, "Это не Богдан!", и тут сразу всем станет ясно, что таки да, не Богдан, как не крути.