Шелкопряд
Шрифт:
Кармен не отрывала глаз от экрана компьютера-переводчика.
— Не знаю. Кажется, в учебниках не было ничего похожего. Правда, я и не искала.
— Доктор Вильямс, помогите ей, — приказал Мередит. — А вы не спускайте глаз с этого солнца.
Они насчитали еще двенадцать коротких вспышек к тому времени, как Кармен с Лореттой нашли на корабельных датчиках программу спектрометрии. К сожалению, она оказалась бесполезной. Настроить ее не удалось.
— Может быть, на его поверхность сыплются астероиды? — предположил Перес. — И когда какой-то из них падает, возникает вспышка.
— Уж
— А я уверен, что поверхность есть, — возразил Перес. — Я ее вижу.
— Что-о?
— Ну конечно. Вижу край — за ним исчезают звезды.
Закрыв один глаз, Мередит прикрыл рукой другой — так чтобы солнце не ослепляло. Действительно, звезды исчезали за каким-то барьером — нисколько не тускнея, совершенно внезапно. Он отвел взгляд и увидел, что Хафнер смотрит на него.
— Наверное, вам в голову пришла та же мысль, что и мне? — осторожно поинтересовался геолог.
Во рту у Мередита стало сухо.
— Это невозможно, — сказал он. — Взять хотя бы размеры — нет, этого не может быть.
— Чего не может быть? — спросила Кармен. Хафнер махнул в сторону смотрового окна.
— Это не звезда, — тихим голосом сказал он. — Это гигантское искусственное сооружение. Сфера, внутри которой находится солнце прядильщиков… а возможно, и сама их родная планета.
ГЛАВА 33
— Это называется сферой Дайсона, — объяснил Хафнер. Он был уверен, что после знакомства с Космической Прялкой удивить его невозможно ничем, но такое… Разум отказывался верить в реальность подобной диковины. Только легкое покалывание в висках и ноющая боль в ноге свидетельствовали о том, что он в своем уме и еще способен что-то чувствовать. — Наверное, таким способом их цивилизация удерживала энергию своего солнца. Сфера целиком построена из кабельного вещества — эти пластины прикреплены к каркасу из того же кабеля.
— Будь я проклят, — пробормотал Мередит. — Значит, вот почему для производства кабеля им понадобилась целая планета.
— Возможно, — медленно проговорила Кармен. — Но чем объяснить тот факт, что они бросили Прялку в рабочем состоянии?
— Только тем, что, покидая Астру, они собирались вернуться, — высказался Хафнер. Неясная пока мысль зашевелилась в глубине его подсознания. Что-то в этом гигантском сооружении показалось ему очень странным. Но что именно — он не мог до конца понять. — Наверное, шлюпка летит к шлюзу в этом шаре. Полковник, прошлой ночью вы упомянули о телескопе, вы действительно взяли его с собой?
— Да, только он не очень сильный. — Мередит отвернулся от смотрового окна. — Перес, помогите мне, давайте установим его.
Пока они занимались телескопом, Кармен с Лореттой вернулись к изучению бортового учебника. Усевшись рядом с Кармен, Хафнер вытянул раненую ногу и предался размышлениям. Что же все-таки насторожило его в облике этой искусственной сферы?
К тому времени, как Перес с Мередитом внесли телескоп и установили его между передними сиденьями, он еще ни до чего не додумался. Спустя час Кармен обратила всеобщее внимание на весьма
— Скорее всего, строительство сферы осталось незаконченным, — высказал свою догадку Мередит, а в это время Хафнер, прихрамывая, зашагал от бокового иллюминатора к телескопу.
— Как глупо начинать такое грандиозное строительство и бросать его на полпути, — сказала Кармен.
— Должно быть, их Конгресс прекратил финансирование проекта, — сухо заметил Мередит, и Перес сдавленно хохотнул.
— А может, они поняли, что идея не срабатывает, — предположил Хафнер. — Такой замечательный проводник, как кабельное вещество, отлично впитывает и свет, и энергию частиц, но трудно представить, каким образом они собирались извлекать пользу из накопленного тепла.
— А что может быть не так с термоэлементами? — спросил Перес.
— Для того чтобы они работали, необходим температурный перепад, — сказал Мередит. — А впрочем, по-моему, любые аппараты, связанные с извлечением энергии, требуют энергетического дифференциала.
— А может, им был известен другой метод, который этого не требовал, — предположила Лоретта. — Ведь перед тем, как исчезнуть, половину сферы они все-таки построили.
— Помы рассказывали мне, что в спектре кабельного вещества кое-каких строк не хватает, — неуверенно произнесла Кармен. — Может, в цикле извлечения энергии была некая «холодная» часть?
Мередит пожал плечами:
— Можно предполагать все что угодно. Скорее всего, что-то прояснится, когда мы увидим внутреннюю поверхность сферы.
— Нет, дело не в этом, — пробормотал Хафнер. — Не в порядке что-то другое…
— Ладно, когда додумаетесь, поделитесь с нами, — сказал Мередит, глядя в телескоп. — Кармен, а на борту нет ничего похожего на кнопку аварийного сигнала, который следовало бы включить?
— Он уже включен, — ответила ему Лоретта, указывая на индикатор. — Он включился, как только мы попали сюда.
— И никакой реакции. Хорошенькое дело.
Хафнер незаметно для всех устроился у бокового иллюминатора и вернулся к своим размышлениям, и, когда он снова увидел ярко-красную сферу, беспокоившая его мысль начала медленно обретать форму. Возникшая гипотеза показалась ему такой фантастической, что еще два часа он провел, пытаясь опровергнуть ее. Но сколько он ни копался в памяти, все известные ему сведения о прядильщиках и об их кабеле только подкрепляли выстроенную им теорию. «Но ведь я знаю так мало, — уговаривал он себя. — Не стоит говорить им. Или скажу когда-нибудь потом».
Остаток дня он провел в мучениях, стараясь не выдать обуревавших его чувств. К счастью, все были увлечены разглядыванием сферы и бесконечными обсуждениями и никто не обратил внимания на его затянувшееся молчание. Когда во время обеда Кармен все-таки поинтересовалась его странным поведением, он сослался на плохое самочувствие из-за больной ноги. Кармен не стала продолжать расспросы, но, когда вечером все они вернулись в пассажирский салон, она ненароком придвинула к нему свое откидное кресло. Мередит погасил свет. Через несколько минут Хафнер почувствовал, что голова Кармен склонилась к его плечу.