Шепот
Шрифт:
— Всем нужно время на осмысление.
— Я видела тех, кому нужно было время. Это были потерянные люди, которые не представляли, куда им идти и что делать. Растерянность от того, что их бытие рассыпалась в прах, была видна. А есть ещё одна стадия — отрицание. Ты не растерян, ты не отрицаешь, ты ищешь выгоду. Это уже другое. Это склад характера, а мне такие характеры не нравятся. Такой человек продаст меня за банку еды. У такого индивидуума нет целей, ориентиров, у него во главе угла одно — нажива.
— Ты очень мудрая девушка. Ты в курсе?
— Не подлизывайся.
— Но у тебя так мало опыта, — будто не замечая моей язвительности, продолжал он, — я пожил немного побольше,
— С чего это ты решил? — хмуро поинтересовалась я.
— Вижу. Ты приняла это устройство мира тяжело, но в начале пути. Я же по нему пошел, почему я не свернул, когда начал понимать? Всё просто, человеку сложно отказываться от того в чём он рос, особенно если ему там всё равно сытно и тепло. Ты-то осознала это во время мытарств и лишений. Я воин, военный, если тебе угодно, это в моей крови. У меня даже других вариантов на тесте не было. Это редко у рождённых, знаешь? Обычно у нас есть выбор. Но мне не повезло. Я взрослый мужчина и мне сложно за один миг поменять мировоззрение.
Неожиданно для себя я поняла, что внимательно его слушаю, он умел привлекать внимание, заставлять себя слушать. Это мне не понравилось. У меня не было цели люто ненавидеть его, но и идти на поводу его рассуждений не хотелось.
— Тебе надо отдохнуть, — жестко оборвала я его словоизлияния и пошла быстрее, желая нагнать медповозку, рядом с которой шел Ли, при нём Маркус не будет пытаться со мной беседовать. Я была в этом уверена и он не обманул мои ожидания. Поначалу он ускорил шаг, но увидев, куда я иду, поотстал.
Глава 23 — 24
23
На третий день мы, наконец, добрались до той деревушки, о которой рассказывал Новак. Она была не очень большая, всего десяток домов, всем с трудом удастся разместиться, но она располагалась в лесу, деревья не только обступали её плотным кольцом, оно уже обживались среди домов. Видимо люди не жили тут уже несколько десятков лет. Большое количество стройматериалов не могло ни радовать. В первый же день, обойдя территорию, мы наметили границы забора, площадь которую задумал огородить Тэкео поражала своими размерами, похоже, он надеялся увеличить постройки до тридцати — сорока домов. Он продумал даже площадку для тренировок и тир. Похоже, предводитель повстанцев тоже устал скитаться. Эти полгода вымотали многих, не смотря на то, что многие, кто остался в живых, были с повстанцами давно, но всё же многие из нас впитали оседлый образ жизни, вместе с молоком матери.
Уже на второй день закипела работа. Редкий человек не участвовал в строительстве.
Например, не у дел осталась я, тяжести мне таскать не давали, в столярном деле я была не очень умна, оставалось перемывать существующие дома, да обустраивать кухню. По моим прикидкам, уже через пару недель по ночам начнутся заморозки. Возможно, я и ошибалась, но мы сейчас были ближе к моему дому, нежели к тем субтропикам, где долгое время обретались повстанцы.
Кара тоже была из этих мест, они с Айрис организовали бурную деятельность по сбору дров и камней, для печей, когда посёлок блестел от чистоты. Мужчины же с толком подошли к строительству забора: вырубая деревья вне периметра деревни. А те, кто не годился строительства, принялись рыть ров. Похоже, все решили здесь поселиться надолго. Даже я заразилась всеобщим позитивом и начала прикидывать, где к следующему году неплохо было бы сделать поле, а лучше несколько.
Бурная деятельность длилась неделю, пока
И снова начались патрули да вылазки. Но место мы выбрали хорошо, подальше от людей. А пройдя дальше мы натыкались на стену из армии Общества. Похоже, они решили взять нас измором. Какой смысл воевать, если зимой у нас кончится еда, лекарства и патроны. Но голь на выдумки хитра, я предложила посылать по одному гонцу во все стороны, там, где не пройдёт отряд, один человек может проскользнуть.
Еда то была не столь насущной проблемой, пока, а вот патроны и лекарства были нужны. Наши гонцы не только посещали помогавших нам, но и оповещали кого только можно, что к нам надо двигаться с едой и медикаментами, объясняя историю про засаду. Но была и ещё одна стратегическая хитрость, которую предложил Ли. Пара гонцов должны были остаться за окружением, набрать отряд и прорвать оцепление врага, проведя и людей и пронеся еду и медикаменты.
После того боя Маркус, как только пошел на поправку, рвался добровольцем, мотивируя это тем, что он только и умеет что воевать, собрать и натаскать группу он сможет, как-никак военный со стажем. Пел он красиво. Да и когда случилось ему пару раз побывать гонцом, приходил с хорошим прибытком. На мой вкус даже со слишком хорошим, ребята всегда несли что-то одно или лекарства, или оружие с патронами, честно скажу, не гнушались и воровством, или еду. Маркус же нёс всё. А ещё любой свободный момент он крутился около меня пуще Кондрата, то звал тренироваться, то пытался поговорить, то ещё чего, но всегда встречал упорную стену отчуждения.
Даже Кара и та предлагала взглянуть на него. По правде говоря, смотреть было на что, высокий, статный, мощный. Не красавец, но интересный. Тёмно-русые волосы, посеребрённые сединой, завивались, украшая шевелюру крупными волнами, умные серые глаза, казалось, заглядывали самые сокровенны уголки души, прямой широкий нос не портил, хотя и делал немного простоватым, высокие скулы и некрупный рот дополняли картину, складываясь в гармоничное, суровое мужское лицо. Возможно, если представить, что сердце моё не было занято и, если бы мне не казалось, будто внутри этой интересной оболочки всё напрочь сгнило, я, наверное, смотрела б на него большими влюблёнными глазами. Но этого не было, а оставшаяся, лёгкая хромота, как ни странно, заставляла прорисовывать и вовсе глубокую черту, разделяющую его и Германа. Подруга меня не понимала, Риши и тот проникся к нему симпатией, я не редко заставала их беседующими и только Ли, молчаливо, поддерживал меня.
— Он тебе тоже не нравится? — спросила я как-то друга.
— Что-то нём не так, — скупо подтвердил мои домыслы он.
А Маркус не сбавлял напора, поняв, что я тренируюсь только с Ли, стал набиваться третьим, но друг его жестко отшил, мотивируя это тем, что ему самому тренировка не нужна, а мою хрупкую тушку он никому не доверит. Я присутствовала при разговоре и услышав о своей хрупкости так и подавилась яблоком, после чего Ли долго хлопал меня по спине. На хрупкую я точно не тянула. Не смотря на скудное питание и постоянную физнагрузку, мой вес, по прикидкам, уже перевалил за семьдесят килограмм.