Шестерки Сатаны

Влодавец Леонид Игоревич

Калашникова — псевдо-Хрюшка держала за пистолетную рукоятку, продев локоть через ортопедический вырез приклада. Из дула, на которое был навинчен глушак, тянуло свежей тухлятинкой. Имелась и оптика. На башке был прочный, швейцарского производства, шлем с поднятым вверх массивным забралом из бронестекла, под который была капитально спрятана вся пышная соломенная грива — ни волосинки не торчало. Сама мордаха была так размалевана зелено-коричневой маскировочной краской, что мать родная, то есть Валентина Павловна Чебакова, ни в жисть не признала бы за дочку это чудище. На поясе камуфляжных

штанов у мамзель Шевалье висела кобура с каким-то солидным инструментом типа «стечкина», нож НРС, которым можно не только зарезать, но и застрелить — уж не тот ли, с которым я на Кирину дачу ездил? — а также две гранатные сумки. А за спиной у грозной мадемуазель просматривался хорошо знакомый предмет — «винторез» с толстым стволом-глушителем.

Носком ботиночка — только мне таким по ребрам не надо! — девушка только что перевернула того самого нехорошего дядю, который хотел кинуть мне в санузел гранатку. Для него уже все неприятности кончились. Гранатка с невинным видом лежала рядышком с трупом, очень чистенькая и совсем вроде бы безопасная. Однако внешность этой штучки мне — Дику Брауну, конечно! — была хорошо известна и памятна по вьетнамским делам. Эта маленькая дрянь начинялась белым фосфором и при подрыве давала огромную температуру, разбрасывая во все стороны жгучие капельки, которые могли даже сталь проплавить, не говоря уж о том, что запросто прожигали насквозь человека. Но даже если капли фосфорной начинки на человека не попадали, он мог сдохнуть от вдыхания продуктов горения, особенно в замкнутых объемах. Когда-то такие штуковины Дик Браун со товарищи кидали в подземные ходы, которые вьетконговцы километрами рыли у себя в джунглях, а иногда и просто в убежища, куда прятались от бомбежек женщины и дети…

Второй коммандос тоже не подавал признаков жизни и не мог их подать при всем желании. Потому что, когда пуля калибром 9 мм попадает в глаз, это почти никому не удается.

Его рассматривало еще одно зеленое чудовище, в котором я только подсознанием смог угадать Любу.

— Не ранен? — спросила Элен, видя, что я немного не в себе.

— Н-нет… — пробормотал я нетвердым голосом. — Просто перепугался…

— На, — сказала Элен, поднимая с полу «М-16А2» с подствольником. — Удержишь?

Оружие было малость замарано в кровянке, но я не побрезговал, обтер его какой-то тряпкой.

— Любаня, смотри за дверью! — распорядилась мамзель Шевалье. — А ты, Дима, давай веселей. Пора сматываться отсюда.

— Так я чего… Готов.

— Ни фига ты не готов, боец Коротков! — рявкнула Элен с интонациями незабвенного прапорщика Кузяева из моей личной армейской юности или сержант-майора Гривса по прозвищу Джек-Потрошитель, которого хранила память Дика Брауна. — Ты в этой маечке, блин, за сто верст светишься! Сымай куртень со жмура и всю навьючку — тоже. А штаны с вон того снимешь — этот дристанул напоследок. Ботинки не забудь.

Пока я в срочном порядке напяливал на себя пропотелые шмотки убитых коммандос, застегивал на липучки броник, собирал на один ремень ихние магазины и гранаты — ту, фосфорную, которой меня едва не сожгли, тоже пришлось взять, — воинственные бабы приглядывали за окном и дверью. Дабы злокозненный

супостат не подобрался незаметно, как они сами к потерявшим бдительность коммандос.

Когда я надевал на себя куртку, то обнаружил на рукаве знакомый шеврон с оскаленной тигриной мордой. «Тигры»! Стало быть, мы опять в контакте с этим элитным батальоном хайдийской армии… Что ж, зато я теперь хоть знаю, где нахожусь и с кем воюю.

— Телись быстрее! — подгоняла Элен. — Как баба копаешься…

Наконец я вроде бы снарядился. Но в этот самый момент, перекрывая звуки стрельбы, вновь послышался свистяще-шелестящий гул вертолетов. В окно хлынул поток воздуха от нескольких роторов, по комнате закружились пыль и мусор.

— Проваландались! — Элен добавила пару русских фраз без протокола. — Ну, теперь держись! Побегаем!

В этот момент хрюкнула рация, и нервный голос Сарториуса позвал:

— Таня! Таня! Ответь нулевке.

— Я — Таня, слышу.

— Чего молчала?! — рявкнул Сорокин из динамика. — Где объект?

— Штаны надевал, — огрызнулась Элен.

— Пять минут, чтоб была на первом этаже! Парадную лестницу еще держу. Поняла? Жми, если жить хочешь! Видишь «вертушки»? Сколько их?

— Три зависло. Пощекотать?

— Некогда! Уходи. Конец связи!

Элен пихнула рацию в карман и приказала:

— Любаня, глянь в обе стороны — и бегом к парадной! Ты, — это уже относилось ко мне, — за ней. Не прилипай, метрах в пяти держись. Я — сзади.

Любаша сорвалась с места и понеслась, как спринтер. Я — за ней. Труп Алехо валялся на прежнем месте, я случайно поддал ногой попавшийся на пути «глок», а потом подхватил эту полезную волынку и сунул за пояс.

Как выяснилось, итог схватки между «тиграми» и охранниками гостиницы был в этом коридоре неутешительным. Тех троих, что выскочили навстречу паре коммандос, мы нашли убитыми. Их желтые рубашки были слишком хорошей мишенью в полутемном коридоре.

Сверху уже топотали десятки ног. Вторая волна «тигров» была, видать, посолиднев.

Но до площадки перед парадной лестницей мы добежали спокойно, без неприятностей. Здесь обнаружился Валет, которого Сарториус, как видно, решил освободить и приспособить к делу. Юный «зомби» с пулеметом «ПК» пристроился за небольшой баррикадой из каких-то диванчиков и держал под прицелом другой коридор, перпендикулярный тому, по которому мы прибежали к лестнице. В этом коридоре метрах в двадцати пяти перед ним валялось три трупа «тигров», а подальше — еще двое. Элен, бежавшая сзади, крикнула:

— Пригнитесь, достанут!

Это было очень своевременное замечание. С того конца коридора, куда был нацелен пулемет Валета, затарахтели очереди. Правда, не шибко прицельные. Судя по всему, «тигры» просто выставляли стволы из-за укрытий и долбили наобум Лазаря, по принципу «пуля виноватого найдет». Должно быть, Валет уже дал им понять, что провернет любую башку, которая хоть в полглаза высунется поглядеть на пару секунд. Но тем не менее, когда мы прыжками перескакивали опасный участок, несколько пуль свистнули совсем близко. Валет ответил длинной очередью, заставив стрелков шарахнуться за углы, и мы проскочили за его спиной на лестницу.