Шейх
Шрифт:
— Он будет жить, — твердо ответила Зара. — Вели принести мне бальзам, корпию и бинты, я сама буду ухаживать за Джамалом до нашего прибытия в Могадор. Если возможно, то добавь парусов, капитан, и молись о крепком ветре.
Хотя Брахим даже не знал, кто эта юная женщина, он подчинился ей без возражений. Когда он ушел, Зара сняла со спины Джамала пропитавшуюся кровью тряпку и взглянула на глубокую рану, оставленную стрелой. К счастью, кровотечение почти прекратилось, должно быть, благодаря холодной соленой воде. Берберская принцесса слабо разбиралась
Вскоре капитан вернулся и протянул ей плоскую деревянную коробку:
— Вот то, что ты просила. Ты умеешь обрабатывать раны?
— Нет. — Казалось, Брахим даже испугался ее вопроса. — Джамал всегда сам лечил раненых членов команды, и у меня нет ни малейшего опыта. Это может подождать до Могадора?
— Ни в коем случае. Если рану не очистить, может начаться заражение.
Тяжело вздохнув, Зара сама принялась за работу. Она старалась вспомнить все то немногое, что он когда-либо доводилось слышать об искусстве врачевания. Когда корпия перестала впитывать кровь, она смазала края раны целебным бальзамом и наложила тугую повязку. Дважды, через час, она меняла ее, а потом обратилась к Брахиму:
— Теперь мне нужна тонкая иголка и шелковая нитка.
Капитан тут же их принес, и Зара приступила к самому трудному. Ее пальцы дрожали, пот заливал глаза, а губы были искусаны до крови. Наконец после нескольких неудачных попыток, ей удалось стянуть края раны ровным рядом аккуратных стежков.
— И сам Джамал не сделал бы лучше, — одобрительно кивнул Брахим. — Надеюсь, это поможет… Но я так до сих пор и не знаю, кто ты?
— Зара… — внезапно раздался голос шейха вернее, его слабое подобие, — и он открыл глаза.
— Джамал! — вне себя от радости воскликнула принцесса. — Ты очнулся!
— Где я?
— На борту «Грабителя». Мы плывем в Могадор. Скоро ты поправишься, и все будет хорошо.
— К сожалению, это неправда, дорогая. Я умираю. Где капитан?
— Я здесь, господин, — выступил вперед Брахим.
Джамал хотел крепко сжать руку Зары, но она почувствовала только слабое движение его пальцев в своей ладони.
— Мы хотим пожениться, капитан, — продолжал шейх. — Немедленно. Приведи свидетелей и начинай церемонию.
— Стоит ли так торопиться, господин, время…
— Вот именно, время, — прохрипел Джамал, пытаясь приподняться на ложе. — У меня его почти не осталось. Но прежде чем умереть, мне хотелось бы видеть Зару своей женой. Кроме того, еще до прибытия в Англию, она должна стать графиней Лендфорд. Это важно, особенно… особенно когда меня не станет. Пожени нас, капитан, и оформи все положенные бумаги, пока я еще в состоянии произнести собственное имя и подписаться.
— Послушай, Джамал, тебе нужен покой, чтобы поправиться, — взмолилась Зара. — Нет никакой необходимости устраивать свадьбу прямо сейчас, я могу и подождать…
— Зато я не могу, — отрезал он, снова напомнив прежнего властного шейха. — Ты слышал меня, капитан?
Брахим поспешно вышел.
— Тебе бы не мешало переодеться, дорогая. В углу каюты ты найдешь сундук, а в нем — новые джеллабы. Выбирай любую.
Его тихий голос звучал спокойно и был исполнен нежности, но Зара не обманывалась: он страдал от невыносимой боли. Лицо шейха цветом напоминало бумагу, на лбу выступили крупные капли пота, и даже немногочисленные слова давались ему с трудом.
Зара открыла сундук, взяла первую попавшуюся джеллабу и едва успела нырнуть в нее, как вернулся капитан в сопровождении двух членов команды.
— Ты уверен, господин, что хочешь этого? — смущенно спросил Брахим.
— Даже больше, чем остаться в живых, мой друг, — вздохнул Джамал. — Позволь представить тебе принцессу Зару, женщину, похитившую мое сердце. Пожени нас. Мне осталось совсем не долго…
Он почти физически чувствовал, как жизнь уходит из него. Перед глазами то и дело вставал странный образ: вход в бесконечный черный туннель. Но Джамал не мог позволить себе ступить в него, пока Зара не получит то, что он хотел ей дать — свое имя и богатство, сулящие любимой свободу и независимость.
Брахим сделал все, что требовали в данном случае законы ислама, и объявил Зару и Джамала мужем и женой. Собрав последние силы, шейх подписал бумаги, затем снова рухнул на подушки, глубоко вздохнул и закрыл глаза. Он был доволен. Теперь, что бы с ним ни случилось, Зара надежно защищена. Мать должна одобрить его выбор. Все будет хорошо…
— Я оставлю вас наедине, — торжественно заявил Брахим. — Когда мужчина на пороге смерти, он должен быть в объятиях любимой.
— Ты прав, — прошелестел голос Джамала. — Я доверяю тебе взять в Могадоре на борт моих друзей и доставить их в целости и сохранности в Англию. Когда я умру, корабль останется тебе.
— Господин, я…
— Оставь нас, — сказала Зара, и капитан с поклоном удалился.
В последних словах Джамала звучала полная отрешенность от земных дел. Больнее всего Заре было то, что он явно смирился с близким концом и не хотел больше бороться за жизнь. А ведь она еще не успела сказать ему о ребенке. Быть может, узнав о его существовании, Джамал вновь бы ощутил вкус к жизни?
Она упала на колени перед кроватью и погладила его по голове.
— Джамал?
Никакого ответа.
— Ты слышишь меня, Джамал?
Молчание.
— О, Джамал, любимый мой, не покидай меня! — разрыдалась Зара. — Тебе есть ради чего жить! Я скоро рожу тебе ребенка!
Джамал словно издалека слышал зовущий его голос, но слишком обессилел, чтобы отвечать. Черный зев бесконечного коридора призывно распахнулся перед ним, гипнотизируя, маня туда, где ждут лишь покой и забвение. Покой и забвение… Достаточно сделать шаг, один только шаг, и…
— Не уходи, Джамал! Ты нужен мне. Ты нужен нашему ребенку! — Ее охватила злость. Да как он смеет? — Ты не имеешь права бросить нас!