Школьная любовь
Шрифт:
– Ну пошли, – согласилась я.
Мусоропровода к нашей старой пятиэтажке не прилагалось, и мусор приходилось относить непосредственно в контейнер. И ладно бы еще он стоял где-нибудь у дома! Так ведь нет, надо было обойти соседнюю пятиэтажку и еще пройти по узкой полосе лесопосадок.
– А у нас новая училка по рисованию, – сообщил Лешка по дороге.
– Ну и как?
– Да вообще ужас, – уныло откликнулся он. – Раньше такая милая девушка была, мы при ней все что угодно делали: по классу бегали, водой брызгались,
– А она что? – невольно заинтересовалась я.
– Никогда не ругалась и замечаний не писала. А сегодня зашли мы в класс, предвкушая, как обычно, вволю повеселиться, – Лешка увлекся и заговорил в каком-то высокопарном стиле, как по писаному. – И увидели вместо нашей учительницы зловещую фигуру в затемненных очках, на здоровенной платформе и с красным резиновым слоником на шее. Она рылась по шкафам. Бондаренко и говорит:
– На уборщицу вроде не похожа… Спрячусь-ка я от этой ведьмы в шкаф.
Рассаживаемся мы за парты, тетка на нас внимания не обращает. Но тут она распахивает очередную дверцу, видит улыбающуюся физиономию Бондаренко и как заорет:
– А ты что здесь делаешь? Ну-ка вылезай!
Миша на свое место сел и говорит:
– Я над ней больше шутить не буду. С такой лучше не связываться!
А училка тем временем подошла к столу – там лежал мел и стояла какая-то странная машинка с ручкой, похожая на телефон, – и говорит:
– Здравствуйте, детки, меня зовут Наталья Вениаминовна.
Стоит, главное, не как палка, а как тонкая береза на ветру – согнувшись в области поясницы. А волосы у нее черные, перекрашенные в белые. Ну я Ваське и говорю:
– Витаминовна.
А он:
– Ага, Витаминка-Аскорбинка!
– Следующие три года ИЗО у вас буду вести я, и до девятого класса вы от меня не отвяжетесь. И чтобы у вас не было со мной проблем, знайте: меня надо любить, меня надо уважать, со мной надо дружить! Учительница ваша в другую школу перешла, а мне осталось четыре года до пенсии, так что ваш класс я доведу до конца! Прикинь, как мы приуныли? – перешел на нормальный язык Лешка.
– Угу, – кивнула я. – А дальше?
– А дальше стала она свои правила диктовать. Не мусорить, сказала, в ведро не плевать, огрызки яблок бросать в туалете, бранные слова на доске не писать. После каждого урока дежурные будут подметать пол. Люблю, говорит, чтобы в классе были чистота и порядок. И то и другое я вам устрою!
– Здорово, что у нас рисование кончилось, – эгоистично порадовалась я. – Кстати, а что за машинка-то у нее на столе стояла, узнали?
– Угу, кто-то из девчонок спросил. Оказалось, точилка. Наверное, еще довоенного выпуска. У всех, кому она на ней карандаши точила, потом грифель вывалился.
– Да-а, – протянула я, думая уже о своем. – Слушай, а историю у вас кто ведет?
– Наталья Николаевна, – довольно ответил Леха. – Нормальная
– Эх, Лешка, – вздохнула я. – Ничего-то ты еще не понимаешь. Надо же не просто учебник пересказывать, а самому выводы делать, анализировать…
– А Наталья и так пятерки ставит, – легкомысленно заметил он.
– Но ты же не всю жизнь будешь в школе учиться, – назидательно сказала я.
– А когда поступлю еще куда-нибудь, там и видно будет, – не поддался на нравоучения брат.
– Так лучше заранее… – я никак не могла унять вдруг проснувшийся педагогический зуд.
– Насть, – с досадой сказал Лешка. – Хоть ты-то мне моралей не читай! И так все достали! И сделай мне черчение!
– Да не буду я! – рассеянно отмахнулась я.
– Я тоже не буду. Значит, без домашней пойду, – подытожил он.
– Сам делай свое черчение! Я уже сочинение пообещала, мало тебе?
Дома Лешка бросил ведро прямо в прихожей и закрылся в комнате. Я уже набрала воздуха, чтобы заорать «А ведро кто на кухню понесет?», как из двери высунулась его сияющая физиономия:
– А знаешь, какой у нас историчка маразм сказала: «Кто не знает, ребята, тот все знает!»
– Ох, не напоминай мне об истории! – вздрогнула я.
Войдя в школу, я увидела Ирку, сосредоточенно изучающую что-то на доске объявлений.
– Привет!
Она вздрогнула и обернулась:
– Ну, напугала! Нельзя же так подкрадываться!
– Что пишут?
Она кивнула на красочное объявление: «Приглашаем всех желающих на прослушивание в театральную студию!»
– Давай пойдем! – загорелась я.
– Думаешь, стоит? – с сомнением протянула она.
– Ну хоть посмотрим, что это такое.
– Даже не знаю…
– Не понравится – уйдем.
– Может, Светку с Ольгой позвать? – робко предложила Ирка.
– Вот еще! – фыркнула я.
С того самого разговора мы так и не помирились. Иногда, конечно, обменивались репликами, но исключительно на тему уроков или дежурства.
– Ну давай я позову, – неожиданно проявила характер Ирка.
– Как хочешь, – пожала плечами я.
Я была права – они, конечно же, отказались.
– Вот еще, – фыркнула Светка.
– Да, несерьезно как-то, – согласилась Тезикова.
– Ну и ладно, – заявила Ирка. – Без вас сходим!
– Ну и идите!
– Ну и пойдем!
После уроков мы с Иркой подошли к кабинету… Как же эта тетенька называется? А, вот: «Завуч по внеклассной работе Нечаева Светлана Юрьевна» – прочитали мы на табличке. Близко сталкиваться с ней мне еще не доводилось, но я часто видела, как она носится по школе, организовывая всякие концерты и прочие дурацкие мероприятия. Впрочем, не дурацкие, если нам скоро предстоит в них участвовать!