Шнифер
Шрифт:
– Пошел вон!
Янис ощерился, наблюдая, как охранник, сидевший все это время на траве неподалеку, стремительно поднялся. Через несколько секунд он скрылся в своем домике. Начальник СБ неспешно встал и поплелся в дом...
Мелихов сидел у себя в кабинете, уронив голову на руки. Перед ним на столе стояла початая бутылка коньяка и пепельница, до верха заполненная недокуренными сигарами. Начальник службы СБ откашлялся и прошел внутрь помещения.
– Прости, Янис, я не сдержался, – произнес Мелихов, не поднимая головы.
– Да
– Так ты не нашел ее? – так же тихо произнес Мелихов.
Янис помялся, подбирая надлежащие случаю слова. Он явно недооценивал отношение Мелихова к этой куколке. Геннадий Геннадьевич был не просто увлечен девушкой. Ради нее, казалось, он был готов пожертвовать всем.
– Нет, босс, – отрывисто бросил подручный авторитета.
– Где она может быть? – Геннадий Геннадьевич поднял голову.
Янису показалось, что на глазах у него навернулись слезы.
– Ты же знаешь, мои парни сделают все, как надо. Найдут они ее. Не переживай.
– Найдут? Ладно... А этого урода надо четвертовать! – Мелихов вновь обессиленно уронил голову на стол.
– Естественно, Гена. Четвертуют. Не переживай, говорю. В лучшем виде четвертуют и доставят тебе, чтобы ты убедился, – рот Яниса скривился в едва заметной улыбке.
– Четвертуют? – слабым голосом повторил авторитет. – А что дальше, Янис? Дальше-то что? Мне ее запереть, что ли, дома?
– Конечно, запереть. Мы тебе такую охрану организуем, что она никогда больше отсюда не выйдет. Только вперед ногами. Будь спокоен, шеф...
– Кретин! – Мелихов вскочил со стула. – Кретин! Что ты несешь? Как ты ее здесь запрешь? А в спальне ты ее что, тоже насильно держать будешь? Она же себе вены перережет, чтобы только не быть ря...
Мелихов запнулся. С силой саданул кулаком по крышке стола и вновь опустился в свое кресло.
– А что? Все сделаем, как надо. Куда она денется, босс? – Янис старался придать своему голосу как можно больше непринужденности.
– Ладно, – оборвал его Мелихов. – Узнай, как там дела у твоих людей. Скажешь мне потом. И принеси сюда статуэтку.
Геннадий Геннадьевич бросил подручному связку ключей.
– Запри ее в сейф.
– Сделаем, шеф.
Янис ловко подхватил ключи и быстрым шагом вышел из кабинета. Глубоко вздохнув, Мелихов раскрыл портсигар и вынул из него очередную сигару. Мысли его невольно вернулись к событиям полугодичной давности. К тому дню, когда он только познакомился с НЕЙ...
Остановившись в центре кухни, Пит некоторое время бессмысленно водил глазами из стороны в сторону, пока его взгляд не сфокусировался на дверце холодильника. Ольга была в гостиной. Пит слышал ее тяжелые шаги и знал, что невеста все еще продолжает злиться на него. Странно, но она не устроила скандала, не стала кричать и предъявлять кучу претензий... Однако это совсем не значило, что негативные эмоции не раздирали
Пит раскрыл холодильник и достал из него початую бутылку водки. Налил себе полстакана и сел за стол. Никогда прежде у него не было привычки пить в одиночестве. Заколебался он и сейчас.
В гостиной хлопнула дверца шкафа. Пит залпом осушил полстакана и шумно выдохнул. Закусывать он не стал. Да и не было под рукой ничего подходящего. Рука сама собой потянулась к пачке сигарет. Закурив, Пит налил себе из бутылки еще полстакана.
– Ну, надо же! – резко прозвучало у него за спиной. – Я почему-то так и думала. Общение с друзьями для тебя никогда не проходит даром. Особенно с Разгуляем. На работе, я так понимаю, ты не был. Или был, но совсем немного. А теперь еще и пьянствуешь в одиночестве!..
– Оля, перестань, – не оборачиваясь, бросил Пит, и в его интонациях впервые за все время их отношений появилась некоторая жесткость. – Я могу хоть немного посидеть в тишине и спокойствии? Мне нужно подумать...
– Подумать о чем? – Ольга решительно прошла вперед и остановилась с противоположной стороны стола. Пальцы, сомкнутые в кулаки, грозно покоились на ее крутых бедрах. – О том, куда отправились твои дружки и почему ты не с ними?
Вопрос был, что называется, не в бровь, а в глаз. Именно об этом Пит и думал. Однако тот факт, что его мысли были озвучены вслух, да еще и таким тоном, заставил его неприязненно поморщиться. Ольга заметила это.
– Ты просто неисправим! – продолжила она, время от времени срываясь на визг. – Им достаточно поманить тебя пальчиком, и ты уже готов мчаться куда угодно сломя голову. Мое мнение никогда для тебя ничего не значило! Да, Петя? Я права? Ты считаешь, что я все равно никуда не денусь, как все те шлюхи, что были у тебя до меня? Ты считаешь меня шлюхой? Ответь мне!
– Я не хочу тебе отвечать, – сдержанно отозвался Пит. – Я остался дома и считаю, что это уже о многом говорит. И в первую очередь о моем отношении к тебе.
– Сам-то ты, может, и остался, – незамедлительно парировала Ольга. – Но мысли твои не здесь.
– С этим я уж ничего не могу поделать, милая. Извини.
Рука со стиснутым в ней стаканом пошла вверх, и Пит уже изготовился было сделать первый глоток, но Ольга вдруг резко подалась вперед и перехватила его за запястье. Стакан накренился, и часть водки выплеснулась Питу на ворот рубашки.
– Хватить бухать! Тем более когда я с тобой разговариваю! О серьезных вещах, Петя! Или для тебя все это несерьезно? Так почему бы тебе сразу не сказать об этом?