Шпеер
Шрифт:
— Liebling, — услышал он. — Что ты творишь?
— Северус!
Повернувшись в объятьях Большого Зверя, Гарри сдавил его с такой силой, что самому стало больно.
— Убей меня, — прошептал он, пряча нос в мокрый от дождя плащ. — Умоляю, убей!
* * *
— Тебя били? — глухим голосом спросил Северус, уставившись на багровый синяк, украшающий ребро Г. Дж.
— Нет. Сириус врезал, — сонно пробормотал Гарри. — Жаль, не насмерть.
— Прекрати чушь молоть! — рассердился Большой Зверь. — Лежи, я лед принесу.
Побитый невзгодами агент
Груди коснулось что-то обжигающе-холодное.
— Какого черта ты попросил Драко быть моим защитником? Для чего я дал тебе телефон, а?
— Я боялся... — Гарри поморщился, когда по ребрам проехалось ледяное полотенце. — Боялся за тебя.
— Блэк не туда врезал, — буркнул Северус. — Надо было в лоб.
— Да. Я п-предатель, — заплетающимся языком сообщил Г. Дж.
— Угу. Я понял.
Не впечатленный сообщением, Северус осторожно снял с него очки и поцеловал закрывающиеся от усталости веки.
— Ты н-не понял, — Гарри мотнул головой, о чем тут же пожалел: комната едва не перевернулась вверх ногами.
— Завтра поговорим, шеф.
— Обещай, что убьешь меня, Шатци-ша.
— Обязательно.
Свет погас. Кровать скрипнула — Большой Зверь лег рядом и обнял Гарри за поясницу, прижимая к своему большому теплому телу, окутывая умиротворяющим покоем.
— Бедный ты мой, — услышал Г. Дж. и растворился в сладком беспамятстве.
* * *
37. Моральный кодекс Шахора
Преодолевая легкое головокружение, Гарри Дж. Поттер, угрюмый, помятый и взъерошенный, сполз с постели и направил стопы в ванную комнату. Сидящая в клетке крыса проводила Г. Дж. укоризненным взглядом — Гарри был в этом уверен. Он шмыгнул в ванную, забрался под душ и плескался бы там до полного растворения, если бы не мысль про невыгулянного щенка. Чувствуя себя чистым телом и грязным духом, Гарри выполз из ванной и поплелся в кухню, откуда несся кофейный аромат с примесью злодейских сигарет.
Большой Зверь, голый до пояса, курил, высунувшись в окно. Дымок, танцуя гнусным серым облачком у него над головой, нахально возвращался обратно в кухню.
Гарри с минуту стоял, молча созерцая заднюю часть тела курильщика в тонких пижамных штанах и гибкую спину с рассыпавшимися по плечам волосами. Желание наброситься львиным прыжком, содрать пижаму и исцеловать возлюбленное тело на мгновение вытеснило все мрачные мысли из его многострадальной головы. Сменив тактику прыгучего льва на осторожный шаг крадущегося, Гарри бесшумно подошел к Зверю и тихо обнял, пристроив щеку на спину между лопаток. Северус медленно повернулся в его объятьях, неторопливо раздавил в пепельнице ядовитое табачное изделие и уставился задумчивым взглядом в виноватые глаза злосчастного агента.
— Голова не болит? — поинтересовался он вместо приветствия.
Может ли болеть совесть, Гарри не знал. Что-то определенно побаливало, где-то в районе груди.
— Нет... Вроде бы. Нам надо поговорить, — хриплым неузнаваемым голосом сказал Г. Дж.
— Нам надо выпить кофе и выгулять волкодава. Он воет под вашей дверью, шеф. И давайте поспешим. Минервы нет, Лавгуд нет... — редактор с материнской заботливостью заправил рубашку под пояс контрразведчика и опустил торчащий воротник.
— Северус, — Гарри взволнованно всмотрелся в его лицо, ожидая наткнуться на осуждение. В глубине темных глаз обнаружилась грусть. И это было еще хуже.
Агент Поттер покаянно опустил голову и осторожно провел кончиками пальцев по голой груди возлюбленного злодея, в который раз удивившись упругости мышц, не типичных для человека, занимающегося сидячей работой. Внезапно его глаза испуганно округлились.
— Что это?
На бледной руке с тонким узором вен багровел синяк — след от инъекции.
— М-м... Витамины кололи, — нехорошим голосом отозвался редактор. — Я бы и то аккуратней сработал.
— Какие еще ви...
Северус быстро прижал пальцы к его губам. Г. Дж. успел лизнуть их. Вышло не эротично — на манер виноватого пса.
— Кофе, волкодав, исповедь, убийство, — напомнил утреннюю программу злодей. Задрав футболку Гарри, он всмотрелся в фиолетовую полосу на его ребре и сердито скривил губы.
— Начни с последнего, — буркнул Г. Дж., размышляя о загадочных витаминах.
— Чтобы я САМ выгуливал вашего песика, mein Chef? Еще чего.
Северус наклонился и забавно поерошил носом волосы за его ухом.
«Ты ничего не знаешь», — с горечью подумал агент Поттер.
* * *
Облюбованный накануне дворик был по-прежнему безлюден и тих, лишь откуда-то издалека доносился гул машин и приглушенный перезвон часов далекой ратуши. Несмотря на теплую куртку и шарф, Гарри зябко трясся на скамейке, обняв себя руками за плечи. Холод был не в морозном утреннем воздухе просыпающегося города, не в нависших над головой облаках, опасно затихших и угрюмых. Холод затаился внутри сердца Г. Дж. и теперь неумолимо расползался, запуская ледяные руки-метастазы во все части его дрожащего тела.
Северус обнял его и прижал поближе к себе, накинув на спину половину собственного расстегнутого плаща, но и это не помогало, напротив, стало даже хуже.
— Рассказывай, — тихо сказал он.
Прижавшись к теплому боку, избегая глядеть в глаза, Гарри начал пересказ вчерашних злоключений, стуча зубами и нервно крутя пальцами бахрому на редакторском шарфе.
— С-сначала я хотел засмеяться страшным гордым смехом, знаешь, к-как в кино, и... и сказать: «Идите к чертям собачьим с вашим сотрудничеством!» А потом подумал... Это мой шанс их надурить. Приходить к Шанпайку и грузить разную муть. Я знаю, нам надо протянуть время до конца декабря, пока выйдет книга. Можно сбить следствие в ложном направлении... А тем временем передать материал в другое издательство, может, не в Англии даже...