Шпеер
Шрифт:
Устав метаться по комнате, Гарри повалился на диван, не снимая обуви, и уставился в потолок, продолжая размышлять о возложенной на него «миссии».
Конечно, Альбус Дамблдор, теперь уже бывший директор, стар и бородат, но не настолько одряхлел, чтобы стремиться насладиться сомнительными прелестями затхлой жизни пенсионера. Старик был слишком энергичен и деятелен, блеск его маленьких голубых глазок выдавал недюжинный ум и любопытство. Дамблдора Гарри знал больше со слов Сириуса, но и без того видел невооруженным глазом: на пенсию профессору
Гарри знал, что своему успеху в бизнесе отчасти обязан интуиции. И сейчас она, невидимая и добрая его помощница, подсказывала, что истинные причины своего ухода Дамблдор сообщать не станет. Что ждет его, молодого и неопытного, незнакомого с издательским делом, — неизвестно, и сможет ли он без финансового ущерба для «Хога» сменить курс литературного корабля в угоду чьим-то политическим симпатиям — неведомо.
Усилием воли оторвав тело от дивана, Гарри заставил себя встать, выпить стакан кефира, принять душ и вновь вернуться в постель.
«Завтра будет новый день. Все будет хорошо. У меня все получится», — несколько раз, как мантру, повторил он, устало вытягиваясь на диване.
Прошло немало времени, пока юноша погрузился в сон, тяжелый и тревожный. Ему снился грозный циклоп Муди, стреляющий из стеклянного глаза лазерным лучом, директор Дамблдор, с хлопком растворяющийся в воздухе перед носом полиции Скотланд Ярда, и он сам, Гарри Джеймс Поттер, барахтающийся в море, полном разбухших от воды книг.
* * *
2. «Дом «Хог» открывает двери
Разглядывая строгое пятиэтажное здание, покрытое темно-серой штукатуркой, таящее в себе мудреные загадки издательского дела, Гарри немного оробел. Бросив последний затравленный взгляд на безмятежных горожан, разгуливающих по залитой солнцем площади Сохо и не ведающих страшных мук начинающего руководителя, молодой человек набрал воздуха в грудь, расправил плечи и вздернул подбородок. Едва он храбро занес ногу над ступенькой парадного, черная лакированная дверь перед его носом распахнулась, и, как Мерлин в гроте, на пороге возник Альбус Дамблдор. Солнечный луч скользнул по стеклышкам его очков и мягко растаял в длинной белой бороде.
«Вовремя старик, как по волшебству», — обрадовался Гарри.
— Рад видеть вас, мой мальчик, — ласково сказал бывший директор и улыбнулся. В этот миг солнце вдруг зашло за тучу, и молодому человеку померещилось, что в глазах старика мелькнуло тонкое злорадство. Впрочем, игры света и теней кого угодно могли ввести в заблуждение.
— Добро пожаловать в «Хог», — сказал Дамблдор.
Черная тяжелая дверь тихо закрылась за ними. И так же бесшумно перевернулась новая страница в жизни Гарри Поттера.
* * *
— Есть вещи, в которых я совершенно некомпетентен, — откровенно признался Гарри, расхаживая по директорскому кабинету, который теперь перешел в его
«Мерзкая стариковская нора», — сердито думал он, разглядывая длинные стеллажи книг с невероятным количеством безделушек на полках: кубков, наград, статуэток и безвкусных пейзажей в витиеватых рамках. В углу комнаты красовалось чучело желтоглазой совы на деревянной подставке.
— Хорошо, что вы это признаете, — одобрительно хмыкнул Дамблдор. Бывший директор расположился в скрипучем кресле с протертой обивкой и неутомимо глушил чай. Другого слова Гарри на ум не приходило: старик расправился уже с четырьмя большими чашками и приступил к пятой.
— Как известно, не боги горшки обжигают, — утешил Дамблдор. — Что сделал один, то сможет и другой. Да и вообще, директорская должность по сути административная. Ваша задача — чтобы дело не стояло. У нас все налажено, каждый сотрудник — специалист и профессионал. Секретарь, мисс Грейнджер, — идеальная помощница. Положитесь на нее, особенно на первых порах. Никаких трудностей возникнуть не должно.
— Будем надеяться, — Гарри бросил хмурый взгляд на должностную инструкцию. — «Финансово-экономическая деятельность, организация редактирования и выпуска»... ага... угу... А это как понимать: «Контроль за литературным содержанием изданий»?
Пятая чашка чая замерла на полпути ко рту экс-директора и медленно вернулась на блюдце.
— Разве господин Муди не пояснил, что ОН понимает под контролем? — негромко спросил Дамблдор.
Щеки молодого человека сердито вспыхнули.
— Здесь директор — Я, а не Муди!
Альбус Дамблдор медленно поднялся с кресла. Его голубые глаза вдруг потускнели, в них мелькнуло и погасло снисходительное сожаление.
— Все в ваших руках, мой мальчик. Остается пожелать вам удачи, — тихо сказал он, старомодно поклонился и вышел. Будто растворился в воздухе.
Молодой директор подошел к чучелу совы, с минуту смотрел в круглые стеклянные глаза и вдруг со злостью двинул пернатое кулаком. Апперкот сбил птицу с деревянного насеста, сова свалилась на пол, взметнув облако пыли.
* * *
— Мистер Поттер?..
Гарри резко обернулся и вскочил, сгорая от стыда. Хорошенькое же зрелище должен являть собой он, новоявленный директор, ползающий на коленях в своем кабинете и запихивающий паклю в совиное чучело!
На лице стоящей в дверях девушки было написано веселое недоумение.
— Простите, сэр, я Гермиона Грейнджер, ваш секретарь, — она подошла ближе и протянула ему руку, улыбаясь. — Рада работать с вами, мистер Поттер.
Полыхая непрописанным в должностной инструкции румянцем, директор пожал тонкие пальцы девушки, о чем тут же пожалел: его ладонь была покрыта пылью и ворсинками совиной пакли.
— Извините, мисс Грейнджер, моя рука... э-э... Я случайно м-м... уронил сову.
Секретарша оказалась симпатичной. Ладони юного директора, и без того грязные, вспотели от волнения.