Шпеер
Шрифт:
— Пора начинать, — негромко сказал Дамблдор. — Друзья, наполним-ка наши бокалы.
У расставленных вдоль стен столов прокатилась волна оживления. В руке у Гарри вновь очутился фужер нелюбимого им шампанского, теперь еще и напоминающий о крупных липких грудях.
Бывший директор поднял руку, и гудящий рой притих. Толпа вокруг старого и нового директора расступилась. Дамблдор поднялся на небольшое возвышение, где располагалась барная стойка, призванная заменить оратору трибуну, — кафе не было приспособлено для ведения речей.
— Мистер
Директор облился холодным потом. Ноги нехорошим образом ослабели. Гарри рассчитывал отделаться парой приветственных фраз, но, судя по всему, от него ждали чего-то большего. Молодой директор наклонился к секретарше, пытаясь отыскать ее ухо в дебрях пышных кудрей.
— Я не знаю, что говорить, — в отчаянии прошептал он. — Так много людей, я не думал, что...
— Возьмите, — Гермиона сунула в его ладонь сложенную вчетверо бумажку. — Прочтите, пока профессор Дамблдор болтает, — прошипела она.
Гарри благодарно кивнул и вспотевшими от волнения руками принялся незаметно разворачивать шпаргалку. К счастью, все взгляды устремились на Альбуса Дамблдора.
В зале стало тихо.
— Акела промахнулся, — без всякого вступления брякнул старик.
От удивления Гарри едва не выронил листок с речью. В зале загудели.
— Шерхана на живодерню! — крикнул кто-то.
— Шакала на мыло!
Молодой директор озадаченно моргнул и вновь склонился к Гермионе.
— О чем это они?
— Шутят, — пожала плечами девушка.
«Бредятина», — недовольно подумал Гарри.
Альбус Дамбдор усмехался, поглаживая бороду, но в глазах старика не было и тени улыбки. Опираясь локтем на барную стойку и салютуя бокалом, экс-директор вел себя перед аудиторией, словно видавший виды конферансье. Старик наэлектризовал зал одной фразой. Гарри ощутил легкий укол зависти, но предаваться негативу было некогда: следовало заглянуть в собственный текст.
— За Акелу! — кричали за спиной, мешая сосредоточиться. — За Альбуса Дамблдора! Многие лета!
Защелкали ослепительные вспышки камер.
Новоиспеченный директор скромно смочил губы пузырьками игристого. Бывший, нисколько не смущаясь, опустошил бокал до дна, сорвав аплодисменты сотрудников.
— Не буду долго болтать, сколько лет я был вожаком и какими тропами вел нашу стаю, — продолжил Дамблдор. Он вернул официанту пустой фужер и теперь стоял, спокойный и невозмутимый, как скала среди затихающего плеска волн: собравшиеся вновь смолкли. — Скажу одно. «Хог» многие годы был моим домом. Моей семьей. Делом всей моей жизни. Я не буду лгать: мне трудно расставаться с вами, — негромко прибавил старик.
Кто-то всхлипнул.
— И все же, всему свое время. Один сезон сменяется другим, и как бы ни было хорошо лето, заканчивается и оно, приходит осень, а за ней, глядишь, и холодное дыхание зимы...
— Ты не старый, Альбус! — крикнули из угла.
«Они его любили. До сих пор любят», — понял молодой человек и сцепил зубы: преодолевать придется еще и эту стену. Он вновь скосил глаза к шпаргалке, проклиная себя за самонадеянность и уповая лишь на то, что предаваться теплым воспоминаниям бывший директор будет еще долго.
Внезапно чуткий нос Гарри уловил запах сигарет и нотку терпкого парфюма. За плечом раздался гнусный хмык. По позвоночнику злосчастного директора поползла капелька пота. Еще не повернув головы, он уже знал, КТО стоит у него за спиной.
— Мисс Грейнджер, в следующий раз пишите директорские речи крупнее и разборчивее, — вкрадчиво произнес ГОЛОС.
Гарри обернулся и впился в главного редактора самым страшным взглядом из своего арсенала, мысленно прошивая злодея зеленым лазерным лучом.
— О-о... Абсент и яд, — непонятно к чему сказал мистер Снейп, нагло разглядывая сердитые глаза директора и, похоже, совершенно не пугаясь.
«Псих. Как и его секретарша», — мелькнуло у Гарри.
Посчитав ниже своего достоинства отвечать на идиотскую реплику, молодой человек смерил редактора убийственным взглядом «сверху вниз», что вышло не слишком эффектно по причине высокого роста врага, и отвернулся, скрипя зубами. Только что выученная фраза приветственной речи напрочь выветрилась из головы.
— Главное, не перепутать «Дом «Хог» и «Хот-дог», — улыбнулась секретарша.
— Много лет я старался сохранить добрую репутацию «Дома «Хог», — между тем говорил Дамблдор. — Поддерживать разумный баланс между финансовой выгодой и достоинством, не скатываясь до уровня лавчонок, тиражирующих конъюнктурные поделки.
Мистер Снейп вновь хмыкнул, с другой уже интонацией. Гарри понял, что гнусный насмешливый звук на сей раз относится к речи Дамблдора.
Молодой человек вновь развернул бумагу, которую судорожно смял в руке, услышав мерзкое «хм», и с досадой понял, что проклятый спич и впрямь написан нечитаемо мелким бисером. Не успел директор разобрать и пары слов, как Дамблдор вновь предложил тост, на сей раз за «Дом «Хог».
— Спасибо, — рокотнул за спиной Гарри голос редактора: видно, злодею передали бокал.
«Какого черта он встал у меня за спиной?» — сердито и нервно думал директор, не в силах сосредоточиться ни на чем, кроме голоса мистера Снейпа и непонятного запаха туалетной воды, никотина и... И!..
Гарри обернулся и задохнулся от возмущения: в длинных бледных пальцах врага был отнюдь не фужер, а широкая рюмка, источающая резкую вонь. Подлец нагло глушил коньяк!
«Хорош фуршет, — мысленно вознегодовал директор. — Ну ничего, это ваш ПОСЛЕДНИЙ подобный праздник! Прав был Муди, это не издательство, а гнездо порока!»