Шпеер
Шрифт:
— Мистер Поттер, не обращайте внимания, — Гермиона коснулась его локтя, пытаясь увлечь обратно в кабинет. Гарри протестующе дернул плечом: судя по всему, на его глазах вершились страшные вещи, на которые намекал мистер Муди, и игнорировать их не следовало.
Дверь кабинета с табличкой «Главный редактор» распахнулась, и оттуда выскочил потный, красный, как свекла, кудрявый блондин.
— Убийца! — вновь проревел он. — Губитель таланта!
Вслед за блондином вылетел ворох листков, будто кто-то
Секретарша проскользнула под локтем остолбеневшего директора и бросилась подбирать с пола бумаги. Из редакторского кабинета вынырнула какая-то светловолосая девица, присела на корточки и принялась помогать.
— Опять мозгошмыги? — деловито спросила Гермиона.
— Мелкокрады и плагичерви, — покачала головой девица.
Гарри понял, что с издательской терминологией у него слабовато.
Тяжело дышащий краснолицый блондин стоял, сердито сжимая кулаки.
— Изверг! Слепец! Пожиратель душ! — крикнул он в приоткрытую дверь редактора и на всякий случай отскочил.
Из кабинета не донеслось ни звука.
Девушки собрали наконец рассыпавшиеся листки. Гермиона протянула их мужчине.
— Не обращайте на НЕГО внимания, мистер Локхарт, — сказала она. — Могли бы и привыкнуть уже.
— Привыкнуть? — взвился блондин. — Истоптал нежные ростки... Испакостил, загасил лампаду искусства! Гад и хам!
Он выхватил свои бумаги из рук секретарши и, не глядя по сторонам, помчался к выходу.
— Что это было? — требовательно спросил Гарри, придя в себя.
— Добрый вечер, сэр, — поздоровалась белобрысая девица.
Директор уставился в ее глаза — светло-серые, большие и мечтательные, и непонимающе моргнул: на часах было одиннадцать утра.
— Это Луна Лавгуд, секретарь профессора Снейпа, — сообщила Гермиона и обернулась к девушке. — Наш новый директор, мистер Гарри э-э... Джеймс Поттер.
— ГДП, — сказала белобрысая, беззастенчиво разглядывая молодого человека.
«Идиотка», — рассердился директор.
Из приоткрытой двери тянуло гнусным сигаретным дымом.
— Вот кто нас травит! — Гарри бросил взгляд на дверную табличку «Главный редактор, профессор С. Т. Снейп» и решительно взялся за медную ручку.
— Мистер Поттер, не надо! — вдруг взволновалась Гермиона. — Профессор Дамблдор представит вас официально, и тогда...
— Займитесь своими делами, мисс, — сердито бросил ей Гарри. — Изучите литературу, как правильно кофе варить, — ехидно прибавил он и рывком распахнул дверь редактора.
— Глупый Думает Победить. ГДП, — прошелестело за спиной, а может, директору это послышалось.
Широким шагом он вошел в незнакомый кабинет.
Комната была копией его собственных директорских апартаментов: перегородка отделяла место секретарши от обители редактора.
В падающих из окна косых потоках солнечного света серыми змеями извивались дымовые зигзаги и танцевали золотистые пылинки.
Посреди комнаты, спиной к Гарри, стоял высокий мужчина с черными как смоль волосами, облаченный в белую рубашку и темный жилет. Между длинными пальцами редактор держал сигарету. Ее зловонные дымные нити расползались по кабинету, окутывая его хозяина нехорошим седым облаком.
Директор закашлялся. Мужчина молниеносно повернулся, и молодой человек застыл, парализованный, встретившись взглядом с совершенно черными, как адова ночь, глазами.
Никогда. Ни у кого. Гарри не видал таких глаз.
Казалось, время остановилось. Не в силах сказать и слова, он смотрел и смотрел в загадочные зрачки черных, умных и почему-то печальных глаз.
Что он хотел сказать, забыл мгновенно.
Хозяин кабинета преодолел разделяющие их ярды, двигаясь грациозно, как леопард. Взгляд странных глаз цвета черного агата медленно заскользил по его фигуре. Сверху вниз и снизу вверх.
Гарри почувствовал себя голым.
— Поэт? Прозаик? — глубоким низким голосом спросил обладатель страшных глаз.
Молодой человек вышел из оцепенения.
— Ни то и ни другое, — сказал он и вдруг чихнул, глупо и по-детски: сигаретный дым щекотал нос.
— Торговый агент? — криво улыбаясь, предположил черноволосый монстр, и не подумав сказать «Будьте здоровы».
Гарри, как заколдованный, проследил, как изящные длинные пальцы небрежно раздавили в пепельнице окурок, коснулись столешницы и скользящим движением отвели от скулы смоляную прядь.
Главный редактор был некрасив. На нездорово-бледном его лице доминировал большой выдающийся нос с горбинкой. Изогнутые губы кривились хищно и насмешливо, между нахмуренными бровями пролегала суровая морщина, а под глазами таились усталые тени. Возраст странного человека Гарри определить не сумел: ему можно было дать и тридцать, и пятьдесят.
— Поиграем в молчанку? — опасным нежным шепотом спросил редактор. — Присаживайтесь, мистер?..
— Поттер. Я ваш новый директор, — чужим хриплым голосом известил Гарри.
Сообщение подействовало на редактора, как удар хлыстом. Мужчина мгновенно изменился в лице.
— Ах вот оно что, — злым придушенным голосом процедил он. — Директор Поттер. Наша новая знаменитость.
Гарри мог поклясться, что минуту назад в глазах редактора была странного рода симпатия. Сейчас от оной не осталось и следа. Черные глаза полыхали презрением.