Штурм базы
Шрифт:
Капитан закончил свой доклад и, посмотрев на притихших разведчиков, добавил:
– Я сегодня же доложу о нашем разговоре полковнику Хофману, и пусть он принимает решение. В противном случае нас здесь всех передушат. Какие будут мнения, пожелания?
– А какие тут пожелания? – пожал плечами Шульц. – Все изложено четко и понятно.
– Ну как же, – возразил Госкойн. – Стоило бы заслушать Симмонса и Тайлера. Может, у них какие-то дополнения будут?
Все снова засмеялись, в том числе и Джим с Тони.
– Ладно тебе, – отмахнулся капитан. –
– Зато незаменим при наблюдении, – добавил Шульц.
– Хорошо, рад, что вы не падаете духом. Давайте с завтрашнего дня начнем перестановку и составим расписание дежурств. В том числе и для строевых подразделений.
– Сэр, а мы с Тайлером завтра куда отправимся? – спросил Джим. – Опять на километровую точку или сразу к озеру?
– Вы, ребята, отправитесь в город Антверден.
– В Антверден? – удивился Джим. – А чего так?
– Ни «чего так», а согласно приказу. В командировку направляетесь. Вот, кстати… – капитан достал сложенный вчетверо лист. – Это ваше командировочное удостоверение. Завтра в обед отчаливаете на вертолете – его за вами из Антвердена пришлют. Не забудьте переодеться в парадно-выходную форму.
– А что за командировка, сэр? – удивленно разглядывая бланк, спросил Джим.
– Я ничего не знаю. Вам на месте объяснят.
Капитан ушел, а сержант Рихман взял у Джима командировочное предписание и, заглянув в него, сказал:
– Странно, что подпись капитана Мура.
– А кто должен подписывать? – спросил Тайлер.
– Заместитель начальника базы, майор Блейн.
28
Весь следующий день разведчики были заняты работой. Две пары ушли на патрулирование, еще четверо проводили ревизию в арсенальной комнате, остальные, вместе с капитаном Саскелом, увлеченно составляли новое расписание боевого дежурства.
Джим и Тони, перед тем как заняться подготовкой к отъезду, решились навестить капитана Мура, чтобы из первых рук узнать, что за командировка им предстоит.
Капитана они нашли в его кабинете, однако он был немногословен.
– Информация закрытая, господа разведчики. Прибудете в Антверден, и там вам все разъяснят.
– Но сэр! Вы нас пугаете, – сказал Тайлер. – Может, нас там в тюрьму посадят.
– Нет-нет, – покачал головой Мур. – Уверяю вас, что это никак не отразится ни на вашем здоровье, ни на карьере.
– А это не связано с той девушкой? Ну, с которой я…
– Не мучайте себя, рядовой Симмонс. Дикарка ни при чем. Ладно, я скажу вам больше, чем нужно… С вами побеседуют на некоторые темы, и вы вернетесь обратно. Только и всего.
Разговор с капитаном Муром подействовал на обоих успокаивающе, и они вернулись в казарму, чтобы забрать парадное обмундирование. Однако тут их ждало разочарование – брюки еще годились для носки, а вот кители стали слишком узки. Это была почти катастрофа, ведь в Антвердене приятели надеялись встретиться
Девушки сообщили номера своих телефонов, однако сразу предупредили, что еще ни разу не встречались с приезжими солдатами повторно.
– Наверное, им редко предоставляют отпуска, – предположила одна девушка.
– Или их, бедняжек, убивают, – заявила другая, чем повергла Джима и Тони в шок, хотя они и не подали вида.
И вот, когда появилась возможность нарушить эту закономерность и появиться во всем блеске, кители превратились в кургузые пиджачки.
Сидевшие тут же разведчики поначалу не обращали на Джима и Тони внимания, занимаясь расписанием дежурств, однако потом растерянность на лицах молодых коллег заметил Шульц.
– Что, подросли птенчики? – спросил он.
– Что же делать, Эрнст, нам через час лететь? – спросил Джим, едва не плача.
– Ладно, не дрейфь. На склад вам, конечно, не успеть, но у Никса полно всяких тряпок. Ему их выбрасывать жалко, вот и коллекционирует.
– Ага, даже с мертвецов снимает, – добавил Верди.
– Ладно вам пугать, – заступился Саскел. – Давайте бегом к Никсу, у него должно быть что-нибудь подходящее.
Никс был вольнонаемным, он заведовал на базе душевой и прачечной. Во время дождей к нему почти никто не ходил, поскольку помыться не составляло труда, стоило лишь намылиться и ненадолго выбраться из-под бетонного козырька под струи теплого ливня.
Стирали также просто – привязывали вещи веревкой и оставляли на ночь полоскаться под дождем. К утру любая самая грязная куртка становилась чистой. Исчезали даже пятна мазута и технических масел.
Никс встретил ребят с распростертыми объятиями. Человек общительный, во время дождевого затишья он сильно скучал, и лишь недавно все в его банно-прачечной жизни стало налаживаться – солдаты снова пошли в душевую.
Узнав суть проблемы, Никс повел ребят в одну из своих бесчисленных каморок, где среди штабелей с упаковками моющих средств стояла длинная вешалка, бережно укрытая прозрачным пластиком. Под ней нашлось множество плечиков с кителями и брюками. Все было вычищено и отутюжено. Даже не верилось, что этим вещам по многу лет. – Вот это да! – обрадовался Джим. – Откуда это?
– Я ничего не выбрасываю, к тому же здесь есть кители ребят, которых я хорошо знал.
Никс вздохнул.
– Они погибли? – спросил Тони, помня о замечании Госкойна.
– Нет, необязательно, – покачал головой Никс. – Одни перевелись в другие места, другие уволились на гражданку.
Никс подобрал ребятам неплохие кители, и, примерив их, Джим с Тони пришли к выводу, что эти вещи сидят даже лучше, чем новые.
– Что же вы хотите, они ведь шиты на заказ. Это сейчас солдаты изменились, а раньше у нас тут такие франты были. Специально в Антверден в отпуск отпрашивались, чтобы только заказать китель у портного.