Шутки богача
Шрифт:
– Оборонишь позицию, капрал Джек, будут тебе сержантские нашивки, – приободрил его Каргин, пальнул по вертолету и, низко сгибаясь, заторопился на юго-восток. Там, среди корявых пней и щебня, виднелись гладкий валун, похожий на слона с растопыренными ушами, и стадо слонят поменьше. Тоже отличная позиция, скрытная, а главное – солнце в спину.
Спрятавшись за подходящим слоненком, он щелкнул по рации и ухмыльнулся.
– Вот так, майор… Ты мне куклу, и я тебе куклу. Мы, славяне, народ сентиментальный, чего уж спорить… Но
Горман развернулся и шел теперь к небритому капралу на всех парах. В боевой стойке: хвост приподнят, нос опущен, незримые лопасти винтов таранят воздух, мотор ревет, шасси под днищем – будто скрюченные когти. Черная молния, грозный гриф! Налетит, ударит – не поднимешься!
Затарахтела пушка, высунув острый багровый язычок, над краем плиты взлетела мелкая каменная пыль, ствол в зеленой лапе капрала переломился пополам.
– Вот сволочь, метко бьет! – пробормотал Каргин, прикидывая упреждение.
Метра полтора на такой скорости, и хватит… Винтовка глухо рявкнула, и он увидел, как в серебристом стекле кабины зажглась на мгновение звездочка и тут же погасла. Орудие смолкло, но вертолет не дрогнул, не отклонился от курса – летел себе и летел, над неподвижным капралом Джеком, над глыбами и щебнем, кустами и оврагами, прямиком к пирамидальной скале. К самой ее вершине, где терпеливо дремал камень-жертвенник.
"Что-то сейчас будет!” – мелькнула мысль у Каргина. Он заторопился, полез, царапая башмаками шершавый бок, на слоновью холку, откуда обзор был получше: отверстие грота – как на ладони, и каждый ступенчатый ярус просматривается во всю длину. Где-то там его поджидали; может, в пещере, а может, среди булыганов, где он определил вчерашним утром позиции Тому и Крису.
Ну, будет по ним панихида… С летающей свечкой и музыкой… Прямо сейчас…
"Гриф” ударился о камень, перевернулся, лег на него, заклекотал предсмертным воплем; винты в последнем усилии терзали неподатливую скалу, что-то темное взмывало вверх и падало в море, что-то шипело и взрывалось, что-то выстреливало длинными алыми копьями. Через секунду грохнуло по-настоящему: над жертвенником поднялся огненный столб, фонтаном полетели обломки, и вниз сошла лавина – не потрясающих масштабов, однако вполне приличная.
"Боезапас рванул, бензин добавил, – подумалось —Каргину. – Самое время засуетиться…” Он быстро сменил магазин – в прежнем оставалось три патрона – и залег за оттопыренным ухом каменного слона.
Из пещеры выскочили трое – смуглый горбоносый Пирелли и пара автоматчиков; четвертый, с “эмфилдом” в руках, поднялся из-за обломка скалы. Они уставились на пламя, бушующее над вершиной, являя картину полного ошеломления; лишь снайпер видел вертолет, а остальные, похоже, гадали, проснулся ли древний вулкан, или возник поблизости крейсер, приплывший от перуанских берегов, чтоб забросать Иннисфри снарядами.
Каргин не дал им время поразмыслить. При виде
Грохот раскатился, рассеялся в пространстве, огненный столб исчез, и теперь на вершине утеса плясало синее пламя догорал бензин. Каргин спустился со слоновьей спины, оттянул рукав над часами и довольно хмыкнул: виктория полная, и все уложилось в двенадцать минут. Теперь бы наградить капрала, и можно заняться спасением фокусников и девиц… Где они, кстати? Лежат в пещере, связанные? С охраной или без?
Он поднес рацию к губам, нажал клавишу вызова.
– Кренна? Послушай, майор, нет ли у тебя лишних сержантских нашивок?
– А крест Почетного Легиона тебе не нужен? – отозвался бельгиец. Потом осторожно промолвил:
– Ты еще жив? Удивительно! Я слышал, что-то взорвалось… Может, Горман пустил ракету, и ты имеешь претензии?
– Ровным счетом никаких. Что, за претензии к покойнику?
Каргин добрался до капрала и стащил с него берет, пробитый в двух местах. Ничего, мать заштопает… Поплачет, поругает, и зашьет… А этакую вещь бросать нельзя. Семейная реликвия! Опять же дырки… Чем больше дыр, тем драгоценней талисман.
Голос Кренны вдруг сделался хрипловатым.
– Ты что там болтаешь про Гормана и покойников?
– Горман отправился на небеса в компании Пирелли, а с ними – кое-кто еще.
Ты много народа послал?.. – не дождавшись ответа, Каргин вздохнул и произнес:
– Ну, как знаешь, майор. Как говорят полицейские в Штатах, ваше право хранить молчание… И у меня есть право – стрелять, пока патронов хватит. Хочешь совет?
– тишина, только хриплое дыхание в трубке. – Забирай своих басурман и беги с острова. На яхте. Подлодка, думаю, за вами не вернется.
– Это еще почему?
– А потому, что наши контракты ненадежны, и мой, и твой. Контракты ненадежны, клиенты – сущее дерьмо, заказчик – жулик. И лучше бы нам разойтись по-мирному.
– По-мирному не получится, капитан.
– Ищешь неприятностей, майор? Думаешь, я и есть самая большая неприятность? А зря! Смотри, не случилось бы похуже!
Он сунул рацию за пояс, поднял с земли камешек и обратился к Джеку:
– Прости, парень, нашивок не нашлось, так что останешься в капралах. Но бился ты храбро, и вот тебе медаль, – воткнул осколок базальта в колючую зеленую макушку и зашагал к пещере.