Швед
Шрифт:
Убрал руку от её лица и сжал в кулак.
Яна вздрогнула, увидев, как на моём лице отразились гнев и ярость.
– Его имя? – не своим голосом потребовал я.
Яну испугала такая перемена во мне, и она тут же ответила:
– Роман Геннадьевич Ржавый. Но все в детдоме зовут его Ромка Ржавый.
Взял телефон и набрал своего друга и помощника.
– Швед, привет, – ответил Данте. – Ты уже был у Кеныча?
Про себя выругался. Я уже и забыл про свои дела.
– Клуб закрыт, –
– Говори, – не задавая вопросов тут же произнёс друг.
– Роман Геннадьевич Ржавый или Ромка Ржавый. Детдомовец.
Взглянул на Яну и спросил:
– Адрес есть?
Мелкая закивала и, глядя на меня расширенными то ли от удивления, то ли от ужаса глазами, назвала адрес.
Передал адрес Данте и сказал:
– Приведи его ко мне. Живого. Желательно целого.
– Если окажет сопротивление? – хмыкнул Данте.
Посмотрел на перепуганную мелочь, и криво усмехнувшись, произнёс:
– Сильно пусть его не портят.
– Лады. Я перезвоню, – ответил Данте и отключился.
– Что… Что вы задумали? – выдохнула она едва слышно.
– А на что это было похоже? – ответил вопросом на вопрос.
Не раздумывая, она поинтересовалась:
– Вы собираетесь убить Ржавого?
– Убить? – хмыкнул я, внимательно глядя на малышку. – А ты бы этого хотела?
Она нервно сглотнула, коснулась горла, потом облизнула губы и выдавила из себя:
– Я бы хотела… Чтобы ему было больно. И чтобы он понял… что я не шлюха…
Кивнул и решил пока попридержать в узде свои эмоции насчёт этого чмушника Ржавого и того, что он собирался сделать с этой милой девочкой.
«Значит, девственница», – напомнил внутренний голос.
От этой мысли член пришёл в боевую готовность.
В этот момент пришёл официант, поставил бумажные пакеты с едой на стол и, кивнув мне, сказал:
– Мы записали на ваш счёт, Олег Викторович.
– Отлично, – кивнул в ответ и оставил на столе чаевые. – Идём, Яна, договорим в машине.
Я помог ей подняться, надел на неё тонкую куртку. Руки задержал на её плечах чуть дольше нужного, отметила про себя её худобу.
Откармливать и откармливать. И надо бы показать её доктору. Может, витамины, какие ей понадобятся.
Мы подходим к машине, и я открываю пассажирскую дверь для неё.
– Куда вы меня повезёте? – спрашивает она, и я слышу нотки страха.
– Сейчас договорим и решим этот вопрос. Садись, Яна.
ЯНА
Я смотрю на Шведа. Задаюсь вопросом, что со мной теперь будет? Что будет с Ржавым? Неужели Швед, правда, что-то сделает этой сволочи? Если всё так, то почему? Зачем ему возиться со мной и моими проблемами?
Может,
Я не верю, что он вот такой хороший. Этот мужчина опасен.
Наверное, я должна бежать от него, должна плакать от страха за своё будущее, потому что мне некуда бежать. Да и слёз больше нет. Я устала бояться, беспокоиться и думать, что может быть всё ещё хуже.
Но при этом, с этим мужчиной мне комфортно и спокойно.
Да, именно спокойно. С ним я чувствую себя в безопасности.
Мы сели в машину, и Швед сказал, включив обогрев:
– Я слушаю, Яна. Мы не договорили. Эта история с… Ржавым немного меня вывела из себя, и я прервал тебя. Продолжай, девочка.
– Продолжать? – переспросила, едва ворочая языком.
– Да. Ты хотела о чём-то меня попросить, – напомнил Швед.
От тепла и сытости меня начало клонить в сон. Но его слова меня встряхнули.
Сцепила руки и, глядя прямо перед собой, неуверенно произнесла:
– Да… Хотела… Я… Я не хочу больше жить на улице. Но мне некуда идти. Не хочу больше голодать… Но денег нет…
Медленно повернула голову в его сторону и увидела, что Швед не насмехается, а смотрит на меня внимательно и слушает.
Он кивнул и я, чуть осмелев, облизнула губы и продолжила:
– Мне хочется учиться. Хочется жить нормально. Я… Я хочу попросить вас, Олег Викторович, о помощи. Возьмите меня на работу. Пожалуйста. Я могу убираться у вас. Или где скажете. Я буду мыть полы, чистить унитазы. Я могу… стирать… Готовить, правда, не могу, не умею… Или что-то ещё… Я быстро учусь. Правда. Я хочу заработать на учёбу и свой дом…
Чувствую, как под его тяжёлым взглядом моё лицо розовеет.
– Я тебя услышал, – ответил он спустя бесконечность.
Больше ничего не сказал.
Завёл джип и выехал с парковки.
Я долго смотрю в окно на вновь пролетающий город и нервничаю.
Потом перевожу взгляд на Шведа, но он не отводит взгляда от дороги.
Интересно, он поможет мне? Или нет?
Мы едем молча. Я кусаю губы и не могу найти в себе смелость задать вопрос. Боюсь, что он скажет «нет».
Музыка в машине не играет. Слышен лишь звук двигателя.
Украдкой изучаю его и снова цепляюсь взглядом за его руки. И не могу на них не смотреть.
Его руки то напрягаются, то расслабляются – большие и сильные. Просто завораживающее зрелище.
Мы едем долго. Швед увозит меня в район, где я никогда не была.
Здесь живут одни богачи. Дома шикарные. Скверы ухоженные. Магазины здесь другие – солиднее, что ли.
Вскоре мы въезжаем на территорию одного из этих потрясающих домов.
Даже шлагбаум есть. Камеры. Охрана.
Это его дом?