Сид Кампеадор
Шрифт:
Подготовка похода завершилась летом 1082 г. Пятого сентября того же года граф Гонсало Сальвадорес приехал в обитель Онья, чтобы попрощаться с этим монастырем, который он особо чтил, и оставить по обычаю того времени свое завещание in procinctu: 25 «Готовясь к смерти, я, граф Гонсало, получивший от своего государя повеление идти на войну с маврами, передаю Богу и монастырю Онья, где покоятся мои предки, дабы память обо мне сохранилась здесь на века, поселения Андино, Вильядевео, Паласуэлос… и то, чем владею в Эрмосилье и Бусто… Все это я передаю независимо от того, вернусь с войны живым или нет. Если умру среди мавров, да приимет мою душу Христос, а тело пусть привезут в Онью и похоронят с моими праотцами, пожертвовав на алтарь шестьсот метикалей, 26 трех из моих лучших коней и двух мулиц и мой гардероб с двумя бриалями 27
25
Перед сражением, букв, препоясавшись (к бою) (лат.).
26
Старинная испанская золотая или серебряная монета, весом около 4,5 г. — Примеч. ред.
27
Бриаль (brial) — камзол, длинная верхняя одежда; возможно, аналог французского блио. — Примеч. ред.
28
Сиглатон (сiglaton, сiclaton) — вид шелковой ткани, обычно шитой золотом. — Примеч. ред.
Кастильские воины спустились по долине Эбро и, прибыв в Руэду, договорились с Музаффаром отправить гонца к самому императору, чтобы просить его лично явиться сюда; тот согласился и прибыл в замок со своим войском, но пробыл здесь всего несколько дней.
Таким образом, восстание против Мутамина получило поддержку, когда бывший эмир Музаффар неожиданно скончался. Когда представитель царствующего дома, наличие которого оправдывало бы мятеж, умер, каид Абуль-фалак понял, что его дело обречено на неудачу, и несомненно уже думал лишь о том, как вернуть милость Мутамина. Ради этого он решил нанести коварный удар, который бы получил широкий резонанс. Заявив инфанту Рамиро, что, коль скоро Музаффар умер, он желает передать замок Руэда императору, Абульфалак сам отправился с визитом к монарху, чтобы просить его лично принять крепость во владение. Альфонс дал себя убедить и явился со своим войском под стены Руэды. Но он не направился в замок первым — впереди пошли несколько его рикос омбрес, и когда они переступили порог, на них изнутри напали мавры и обрушили целый град камней сверху. Это произошло 6 января 1083 г. Тогда погибли инфант Рамиро, граф Гонсало Сальвадорес и многие другие магнаты. Но главная цель, ради которой каид Абульфалак пошел на предательство, достигнута не была — император в ловушку не попал.
Сид рядом с Альфонсом
Исполненный скорби, Альфонс вернулся к себе в лагерь, не имея возможности отомстить.
Тем временем Родриго, находившийся в Туделе, услышав весть о столь прискорбном событии, поспешил со своими рыцарями к императору. Это был удобный случай вернуться из изгнания: если изгнанник приходит с войском на помощь королю и тот принимает его службу, король должен отменить ссылку и вернуть изгнаннику свое расположение. И Альфонс на самом деле, оправдав надежды Кампеадора, принял его с большим почетом и велел возвращаться вместе с ним в Кастилию.
Рядом со своим королем Сид начал долгожданный путь на родину, отказавшись от завидного положения, которое имел при дворе Мутамина. Но едва у императора прошел всплеск эмоций, вызванный катастрофой и приездом изгнанника, Альфонс вновь вернулся к прежним завистливым козням и уже подумывал, как бы снова отделаться от Кампеадора. Тот, ясно поняв, в каком сложном положении оказался, вынужден был отказаться от мысли вернуться в Кастилию и расстался с монархом.
И императорское войско, больше напоминавшее похоронную процессию, на его глазах удалилось. Ведь кастильцы выкупили у мавров тела предательски убитых рыцарей. Из завещания Гонсало Сальвадореса мы знаем, что возвращение останков сеньора на родину было священной обязанностью всякого вассала; поэтому «верные» каждого из магнатов, погибших в Руэде, положили тело своего сеньора в гроб, который прикрепили на вьючного осла, чтобы похоронить в монастыре, который сеньор предпочитал при жизни: граф Гонсало Сальвадорес был согласно его последней воле отвезен в Онью, и вместе с ним погребли других его родственников и друзей, павших в тот злополучный день. Инфант Рамиро был похоронен в церкви Санта-Мария-де-Нахера, которую выстроил его отец, король Гарсия Наваррский; он оставил малолетнего сына, который годы спустя женится на одной из дочерей Кампеадора.
4. Сид возвращается в Сарагосу
Нападение на Морелью
Сид вернулся в Сарагосу, и Мутамин поспешил снова принять его. Упомянем попутно, что Химена не сопровождала мужа, потому что 13 августа 1083 г. находилась в Овьедо и вместе с братом, графом Астурийским, проиграла дело, которое оба возбудили против епископа Овьед-ского и приговор по которому был вынесен в присутствии короля Альфонса.
Теперь надо рассказать, как Кампеадор действовал в Леванте. Сначала он выступил из Сарагосы вместе с Мутамином, и оба устроили налет на земли арагонского короля, где грабили, похищали добро и захватывали
Родриго провел немало грабительских рейдов и налетов на эмират аль-Хаджиба, особенно зверствуя в том районе, который он мог считать наиболее защищенным, — в горах Морельи, территории высокогорной и на редкость непроходимой, путь по которой был очень трудным из-за обилия скалистых мест и оврагов, густо заросших сосновыми лесами, падубом и кустами можжевельника. Здесь не осталось дома, который бы Сид не разрушил, стада и имущества, которых бы он не захватил.
Нападению подверглась сама крепость Морелья. Автор «Истории Родриго», не вдаваясь в подробности, отмечает, что Сид поднялся до ворот замка и нанес ему немалый урон, несомненно изображая это как смелую демонстрацию воинственности. Мало каким местам название «естественное укрепление» подходит больше, нежели Морелье: природа сотворила ее неприступной, словно выполняя жизненно важную задачу. Правда, жить на такой земле тяжело: крестьянам окрестностей Морельи приходится с трудом обрабатывать каждый участок, представляющий собой террасу, опорой для которой служат толстые стены, называемые «мархес» (marges). Живущие выше горожане вынуждены постоянно взбираться по длинным улицам, идущим ступенями, а посреди этого высокогорного поселения и по сей день возвышается доминирующий над городом и окрестностями чудовищный утес с изрезанными склонами, на котором воинственные римляне и арабы возвели три замка, то есть три замкнутых укрепления, одно в другом и над другим, подобно тройной короне стен, вздымающейся к небесам. Эту-то крепость отважно и атаковал Сид; вспомним, каких трудов стоило взять ее в первую карлистскую войну 29 даже с современной артиллерией.
29
Речь идет о длительном конфликте между двумя ветвями испанских Бурбонов, оспаривавших друг у друга корону Испании. Начало борьбе было положено после смерти в 1833 г. короля Фердинанда III, не оставившего наследника мужского рода. На трон претендовали дочь Фердинанда Изабелла и его брат Карлос (его сторонников называли карлистами). После долгой гражданской войны испанский престол остался за Изабеллой и ее потомками. В первую карлистскую войну (1833–1840) Морелья была одним из оплотов карлистов, и войска Изабеллы дважды, в 1838 и в 1840 гг., долго осаждали ее. — Примеч. ред.
Мутамин, стараясь активизировать войну с братом, с помощью гонцов и писем умолял Сида отстроить против Морельи замок Олокау, разрушенную крепость лигах в трех к западу от вражеского замка. Сид немедленно возвел его заново и снабдил людьми, оружием и провизией.
Придя в отчаяние от этой новой угрозы, аль-Хаджиб поехал к Санчо Рамиресу, чтобы сообщить об опасности со стороны Сида, и оба монарха возобновили прежнюю дружбу, еще раз заключив союз с целью защититься от Родриго, проучить и прогнать его, разбив в решительном сражении.
Оба монарха соединили свои войска и поставили палатки на берегах Эбро, недалеко от лагеря Кампеадора.
Надо полагать, они разбили лагерь ближе к Тортосе, тогда как захватчик Сид стоял на землях Морельи, километрах в пятидесяти-шестидесяти от них.
Поражение короля Арагона
Санчо Рамирес направил к Кампеадору гонцов, требуя незамедлительно покинуть земли аль-Хаджиба. Родриго наотрез отказался и с насмешливой учтивостью добавил: «Если мой государь король Арагона желает с миром пройти по той земле, на которой стою я, то я всей душой готов послужить ему, и, более того, если он пожелает, я дам ему сотню рыцарей, которые проводят его, когда он отправится своей дорогой».
Возмущенный таким ответом, Санчо Рамирес вместе с аль-Хаджибом крайне спешно снялся с места и придвинулся почти к самому лагерю Родриго. Тот поклялся, что появление противников не заставит его сворачивать палатки, то есть решил принять сражение; и долго ждать ему не пришлось — на следующий день, 14 августа 1084 г., оба монарха выстроили свои войска к бою и напали на него. Битва продлилась немало часов, но в конечном счете Санчо и аль-Хаджиб бросились в бегство, и Сид несколько миль преследовал их, взяв более двух тысяч пленных, среди которых оказались и знатнейшие сеньоры двора.
Кампеадор завладел шатрами и всеми богатствами врагов; тем не менее он освободил всех пленников, кроме шестнадцати самых знатных, с которыми он победоносно направился в Сарагосу, более не видя необходимости оставаться в Морелье.
Среди этих шестнадцати видных пленных, которых Сид вез с собой, были епископ Роды Раймундо Далмасио, приближенный Санчо Рамиреса, известный ловкими придворными интригами, в том числе против самого епископа Хаки — брата короля; Иньиго Санчес, сеньор Монклюса, один из самых знатных арагонцев; Бласко Гарсес, майордом монарха, и четыре рыцаря, так же изгнанные из королевства Альфонса VI, как и Сид: граф Нуньо Португальский, Анайя Суарес из Галисии, Нуньо Суарес из Леона и Гарсия Диас из Кастилии.