Сигнус. Том 2

Dominik Wismurt

Император не пощадит.

Отец подготовился заранее, уже откуда-то выяснив ключевые моменты. Хотя… уверен, он уже провёл допрос двух представителей сената, которые выложили ему всё — что знали и даже больше.

От такой ментальной атаки не спрятаться и не уберечь разум.

Амардер перешёл к более глубоким уровням разума Генверта, раскапывая мотивы его предательства. Он пронзал разум ублюдка раз за разом, извлекая на свет затаенные страхи, жадность, чувство неудовлетворённости, которые и породили измену. Министр торговли чувствовал, как его сопротивление исчезает полностью, а тайны становятся достоянием императора.

—

Твои мысли — открытая книга для меня. Не пытайся лгать. Я вижу всё: твои переживания, сомнения, страхи. Скажи мне, ради чего ты предал Империю? — эти слова Император произнёс вслух, чтобы не только мы, но и Стигенс получил информацию напрямую.

— Я хотел лучшего для народа! Империя гниёт изнутри! Её законы жестоки, её правление — тирания!

— Лживые слова, прикрывающие жажду власти! Я вижу твои контакты с врагами, подготовку к восстанию, передачу секретных данных. Ты наслаждался интригами, когда плёл сети обмана. У тебя нет оправданий. Теперь расскажи мне всё, что ты знаешь о заговоре. Без лжи. Без утаивания. Я буду знать, если ты солжешь и тогда… тогда ты умрешь в муках, если сделаешь, как я сказал, получишь лёгкую смерть.

Как только отец подобрался к самому главному: именам тех, кто стоял на вершине заговора, тело Генверта начало корчиться в судорогах, в глазах полопались сосуды, рот открылся в немом крике, только мучительные выдохи и нечленораздельные звуки слетали с его языка. Таким образом сработала закладка, не позволяющая открыть нужную нам информацию, но Амардер лишь усмехнулся и одним движением, одним мысленным посылом уничтожил чужое вмешательство.

Министр торговли опустил голову, с уголка его рта скатилась слюна. На мгновение я подумал, что император перестарался, и ублюдок лишился разума, но нет… Генверт кашлянул, и поднял глаза на Амардера.

— Хорошо, я расскажу.

— Кто стоит за всем этим заговором?

Губы министра искривились в злорадной усмешке.

— Вы никогда бы не подумали и не догадались. Ха-ха, тьфу. Всё это затеял Тревис Вейт.

— Мы и так в курсе, что этот ублюдок причастен ко всем трагическим событиям.

— Да-а-а, вы в курсе, да только не о том, чьими руками он это делает.

— И чьими же? — Амардеру надоело, что Генверт тянет время, и император вновь надавил на болевые точки предателя ментальным щупом, который имел сразу с десяток отростков.

— Ему помогал ваш старший сын Виртан.

— Не может быть? Он же погиб.

— Вот здесь вы ошибаетесь, принц жив. Это он под руководством Тревиса руководил всеми карательными операциями.

— Карательными?

— Да. Ваш род давно пора было сместить. Слишком много власти вы захватили.

— Он врет! — воскликнула мысленно Синтия, — Виртан не мог! Я не верю в подобную чушь!

Судя по воспоминаниям, старший брат был образцом чести и порядочности, и никогда бы не пошёл добровольно на предательство, тем более — на уничтожение собственной семьи.

— Зачем это нужно Вейту? Что он хочет добиться?

— Власти, конечно. Он планирует захватить трон, а затем и всю вселенную. Империя только первый шаг к его величию.

— Да кто ему это позволит?

— Ваш сын. Когда всё будет сделано и правящей ветви Вирзангеров не останется, Виртан вернётся, заявив, что спасся чудом, а затем, обвинит дом Атоллусс в предательстве. Принц герой, спасший множество жизней и практически пожертвовавший

своей. Его коронуют, без вопросов.

— Понятно, — пробормотал Амардер, нахмурившись, — А реальным правителем станет этот ублюдок из Космоверта, я так понимаю?

— Да. Виртан сделает его министром, а потом через пару тройку лет заявит, что в силу обстоятельств снимает с себя все регалии и отдает власть Тревису Вейту.

Глава 23

— Ничего не понимаю, — обалдело посмотрел на Амардера, — Как такое может быть? Зачем Виртану это делать? Ради денег — так у него их дохрена, извини за выражение, отец. Ради власти — так он первый наследник, трон в любом случае достанется ему.

Амардер устало вздохнул, его лицо посерело, и мне кажется, за одно мгновение он постарел лет на десять, но что самое главное, новость его не особенно удивила. Создалось ощущение, что император ожидал чего-то подобного, но всеми силами пытался гнать от себя неприятные мысли.

— Я должен тебе кое-что рассказать, сын, — мрачно произнёс он.

— Мне выйти? — поинтересовался Стигенс.

— Нет, оставайся, тебе тоже не помешает это послушать.

Император прошел взад-вперёд по комнате, собираясь с мыслями. Я уже понял, что ничего хорошего из его рассказа ждать не следует.

— Это моя вина, — глухо произнес Амардер, — Мой недосмотр.

— Вот только этого не надо, отец. Ты не заставлял его вставать на кривую дорожку и становиться убийцей.

— Нет, но я предполагал, что так и будет. После того, как ты якобы погиб, я решил, что сделаю всё, чтобы защитить оставшихся детей, но как видишь, — император развёл руками, — не вышло. Виртан отправился в бой, был ранен, затем попал в плен, но не к дарминцам.

— А к кому? — сразу же спросил я.

— На тот момент я этого не знал, когда сын вернулся и сообщил, что сумел сбежать, я особо не расспрашивал, да и он говорил, что практически ничего не помнит. Только отмахивался, мол: всё размыто, словно в тумане. Никаких деталей. Я не стал давить, не думал, что это важно. Шла война, попасть в тот время в плен было, как два пальца… Ну, ты понял, — кашлянул император.

— Угу.

— Так вот, изменения в Виртане я начал замечать примерно через месяц. Странный он стал: необоснованные вспышки агрессии или наоборот уход глубоко в себя. Мог сидеть часами, не обращая ни на что внимания, словно статуя, совершенно без движения, а затем резко подскочить и с безумными глазами помчаться непонятно куда. Со временем поведение сына начало нивелироваться, и я подумал, что всё в порядке, пока он не напал на своих же телохранителей и не истребил всех. Вот тогда мне пришлось вмешаться, и знаешь, что я обнаружил? — с горечью произнёс Амардер.

— Нет, — помотал головой.

— Что мозговая деятельность моего сына нарушена. Было вмешательство извне. Не просто вмешательство, была проведена полноценная операция по замещению некоторых нейронных тканей. Честно говоря, я такого никогда не видел. У него было около трёх тысяч клеток, принадлежащих одному из разновидностей монстров. Я, вообще, удивляюсь, как он сохранил разум. Для того, чтобы всё вернуть как было, ученые бились несколько месяцев, но так ничего и не добились. В один из дней Виртан попытался сбежать из закрытой лечебницы, в которую я его поместил, но был убит при попытке к бегству.