Сильнее меня

Шторм Елена

— Куда?!

Мужик рядом почему-то совсем тушуется, да и Эрент странно мнётся. Разглядывает, меня, изучает, сдвигает седые брови.

Он что, правда с Элой встречается где-то?

— Мне надо поговорить с тобой насчёт Эларин, — выпаливаю я угрожающе.

— Это мне надо с вами поговорить на её счёт.

И с этими словами Эрент хватает мою руку.

Да каких демонов?!

У нового экипажа я начинаю понимать, что что-то не так. Внутри вдруг теряю остатки спокойствия. Эрент захлопывает дверь и начинает рассказывать мне — рассказывать то, отчего у меня волосы встают дыбом.

То, отчего

вновь посещает это чувство: меня везут куда-то в полубреду. Только теперь оно особенно близко к правде.

Эла… может быть древней крови?

Эла?

Предметы вокруг как-то теряют чёткость, экипаж отступает на задний план. Я пытаюсь дышать ровно, не сорваться при собственном враче. В голове медленно отпечатываются его слова, такие странные, невозможные!

Наши ауры действительно влияют друг на друга — только никто из нас не подозревал, как сильно. В ней бушует древняя кровь. Она — совершенно особая женщина для меня, подарок или благословение древних богов.

Поэтому она на меня так действовала.

Я так долго искал ответ, а теперь знаю наверняка: то, что я к ней чувствую — дело магии.

А ещё она в опасности.

— Насколько я понял со слов возницы, там уже дошло до спонтанных выбросов силы, — доносится до меня сквозь дымку голос Эрента. — Это плохо, Траяр, очень.

Потому что я её расстроил. Именно сегодня, когда она хотела уехать. Я явился с этим решением выкупить её, удержать любой ценой, больше не упускать. Поэтому она в опасности.

— Прошу прощения, что скрыл от вас факты, — морщится Эрент. — Злиться на меня или нет, решите позже, а сейчас мы должны помочь девушке.

Какая-то часть меня хочет его убить — за то, что он подговаривал Элу сбежать от меня и за то, что подставил её под удар, проведя эту процедуру невовремя.

— Я позвал вас потому что в боевой магии я слабоват, — продолжает Эрент, с тревожным видом стуча тростью по полу экипажа. — Один боюсь не справиться. Вы должны помочь.

И меня наконец отпускает злость, туман в голове рассеивается.

Я очень ясно ощущаю: Эла в беде. Только бы с ней всё было хорошо, демоны! Сжимаю кулаки и жду, впечатав затылок в спинку лавки. Пару раз кричу вознице, чтобы ехал быстрее. Ругаю его, демонову, повозку, лошадей — но отчаянно стараюсь не выпустить ни капли магии. Только моей силы тут не хватало, чтобы испугать животных.

Наконец, экипаж останавливается.

Я выпрыгиваю на какую-то улицу и озираюсь. Опять это спокойствие вокруг! Уютные дома, ограды в цветах, жуки и пчёлы над ними! Спрятавшиеся в листве столбы, солнечный свет — идиллия, которая не имеет ничего общего с моей реальностью!

Что-то в груди крутится, рычит, рвётся… я вдруг понимаю, что это не просто эмоции. Напряжение сгустилось в воздухе. В магии, в её фоне. Переглядываюсь с Эрентом — и в этот момент что-то сверкает над крышами за его спиной.

Вспышка.

Я бросаюсь туда. Бегу с единственной мыслью: успеть! Через полторы сотни шагов останавливаюсь перед каким-то недостроенным домом — пустые провалы окон и дверей таращатся на дорогу, но не зловещей тьмой.

Там внутри что-то полыхает. Раз, другой, пятый. Огненные переливы, голубой и зелёный свет дерутся за право выйти на сцену. Магия вокруг дрожит от напряжения, давит со всех сторон; где-то внутри стонет

ветер.

— Должен быть как минимум один разрыв! — кричит Эрент, догоняя меня и уже запыхавшись.

— Не важно. — Я понимаю, что и так стоял несколько лишних секунд, и бросаю врачу: — Стой здесь. Прикрой, если какой-нибудь дух вырвется.

— Подождите!

Не слушаю его, потому что уже бросаюсь к проёму. Понятия не имею, что ждёт внутри. Но Эрент сказал, что я могу помочь — и я влетаю в здание раньше, чем в голове щёлкает хоть одна разумная мысль.

Влетаю и вижу.

Смерч над земляным полом крутит какие-то щепки, обрывки тряпья, мелкие камни. Кажется, что в него попал и свет. Яркие сгустки, зелёное, фиолетовое и красное пламя вертятся по тем же спиралям в диком танце. За ними сложно что-то разглядеть! Но вот всполох окрашивает стены — а вместе с ними и фигуры в центре.

Одну — эфемерную. Наггла. В ловушке. Барьер вокруг него рвано мерцает, кажется истерзанным призрачными когтями. Вторая…

Элу я вижу только мельком, и она кажется бледнее этого бесплотного духа. Такой маленькой. Хрупкой! Ветер бросает волосы ей в лицо, но она даже не двигается — опустила голову, стоит как в трансе.

— Эла! — вырывается из меня.

Она не отвечает, даже не двигается в ответ!

Я с трудом понимаю, что она сделала.

Судя по потокам энергии вокруг, их закольцевали. Выпустили насколько можно, но не полностью, вогнали в бесконечный танец. Она провернула это — видимо, оказавшись наедине с нагглом. Которого умудрилась загнать в ловушку! Удерживать его там и одновременно бороться с собственной энергией она просто не могла, но у неё получилось найти устойчивое положение.

Вздохнуть восхищённо мешает страх за неё. Она теперь сама в ловушке. Вокруг — практически щит из магии, мощнейший. И не понятно, что с девчонкой!

Понятно одно: вытаскивать её надо срочно.

Из груди рвётся рык. Собственная магия готова откликнуться, хоть я редко использую её так агрессивно. Хочется рвануть вперёд и кричать: Эла моя! Только моя!

И когда я снова её не вижу…

Рывок делают за меня инстинкты.

Собственный щит вспыхивает яростно и плотно. Охватывает тело, защищает от камней, от потоков магии. Та всё равно находит лазейки, прошивает плечи и грудь, обжигает кожу. Защита искрит с громким треском. Но я не думаю замирать — так что выскакиваю с другой стороны урагана, немного ошарашенный, сжав зубы.

И натыкаюсь на наггла.

Он очень близко. Я почти задел ногой барьер. Дух дёргается ко мне, бьёт эфемерными руками по мерцающей глади. Та вспыхивает белым, ослепляя. Разъярённый наггл подаётся назад… И вдруг барьер мигает.

Даёт трещину и начинает гаснуть.

Потому что Эла подняла голову. Её волосы растрёпаны, губы пересохли, а горящие глаза смотрят на меня.

Я опять сбил ей концентрацию.

То, как она на меня глядит, как приокрывает рот, я оценить не успеваю. Знаю только, что в груди всё сжимается — в комок нежности, страха за неё, злости на треклятого духа! Наггл бросается в её сторону. Я, кажется, что-то выкрикиваю. Магия простреливает вскинутые руки и несётся вперёд копьём. Удар выходит точным. Бесплотного, похожего на женщину духа пробивает у “шеи”, и он визжит.