Сильнее меня

Шторм Елена

Я пытаюсь осознать всю эту тираду.

— Что?

— Я подумал, что вас данная сторона вопроса может заинтересовать! Вы сейчас хорошо справляетесь как пара, и учитывая вашу тягу к науке, мне кажется, было бы здорово снять ваши показания, записать их.

Долго смотрю на Эрента. Эла занимается тем же самым.

— Раньше ты не говорил. О чувствах.

Вместо

этого он говорил моей женщине, что она может стать идеальной любовницей?!

— А разве это как-то помогло бы? В предыдущих ситуациях?

Желание прогнать его из своего дома достигает пика. Даже если он к демонам прав.

— На сегодня хватит. Точно, — цежу я.

— Хорошо, — Эрент поднимает руки, кивает нам. — Рад был вас видеть.

Он удаляется почти невозмутимо.

А я шумно вздыхаю.

Смотрю на Элу, с которой мы остались одни. Потом подхожу, снова подхватываю её из кресла и прижимаю к себе. Она даже пискнуть не успевает. Ещё некоторое время мы стоим на месте. Я сжимаю её, просто сжимаю. Глажу шею, волосы, кожу за ухом. Сердце никак не уймётся.

— Хочешь оставить всё как есть, значит? — спрашиваю хрипловато.

Она поднимает голову. Смотрит на меня своими необычными жёлтыми глазами — открыто, прекрасно, будоражаще. Так, как никто на меня не смотрел.

— Мне нравится, как всё есть. Мне… очень нравится, Траяр.

И ещё она сказала, что её чувства в гармонии с разумом…

Во рту как-то сухо, а надо бы что-то ответить. Что-нибудь осторожное, подходящее ситуации. То, что сгладит впечатление от этого ненужного визита, не испугает её.

— Выходи за меня.

Эла расширяет глаза. Отклоняется назад — и чуть покачивается на каблуках. Я быстро хватаю её крепче.

— Тебе не кажется, что это немного рано? — выдыхает она. — В смысле… это!..

— Ты только что сказала, что тебе всё нравится. И ты хотела быть смелой. — Не знаю, кто тянул меня за язык, но отступать нет смысла. И желания.

— Не лови меня на словах!

Запускаю руку ей в волосы, сжимаю красный шёлк у затылка.

— Ты же не думаешь, что я пригласил тебя жить в своём доме

без этой мысли? — говорю тише. — Что я целую тебя, обнимаю, раздеваю не всерьёз? Я хочу, чтобы ты знала: я всегда был серьёзен на твой счёт.

Эла сглатывает. Её глаза вдруг начинают блестеть, и она прячет лицо у меня на груди.

Сердце отчаянно бьётся рядом с моим.

— Ты хоть уверен, что не пожалеешь?

— Эла…

— Я…

Она запинается. Несколько секунд молчит, а потом набирает воздуха в грудь. Отстраняется немного, в этот раз спокойно, просто чтобы снова смотреть мне в глаза. Выдерживает ещё одну паузу, долгую, звенящую, и говорит тихо и серьёзно:

— На самом деле, это были удивительные два месяца. И я уверена во всём, что сказала. Правда, эта уверенность пугает меня с новой силой — потому что отделаться от прежних страхов не так просто. Но я должна тебе эти слова: каждый день сейчас приносит мне что-то потрясающее. Ночные разговоры. Открытия на работе. Мелочи вроде того, как ты задираешь голову когда смеёшься. При первой встрече я и подумать не могла, что именно с тобой почувствую себя… сильнее. И мне ещё сложно всё это пережить — потому что иногда кажется, что ты слишком красив, умён, просто хорош. Но я больше не думаю о том, серьёзен ты или нет. Я просто хочу быть здесь и дальше — и, видишь, даже способна сказать об этом.

Моих ладоней явно не хватает, чтобы обхватить её так, как я хочу.

Воздуха тоже не хватает. Мыслей в голове.

— Самая потрясающая женщина, это “да”? — спрашиваю я хрипло.

— Это… Наверное, мы можем сказать, что помолвлены, — бормочет Эла, смущаясь снова и отводя взгляд к моему плечу. — И посмотреть. Знаешь, если эта моя помолвка пройдёт удачнее первой, думаю, мы справимся.

Я поднимаю её лицо пальцами и целую — быстро, глубоко. Забыв о том, что сдерживаться вообще можно.

Верно. Может, я не потащу её под венец прямо завтра, но у нас ещё уйма времени. Вся жизнь впереди.

Конец.