Сильнодействующее лекарство
Шрифт:
ГОРОДСКОЙ ВРАЧ ПРИМЕНЯЕТ ЧУДО-ЛЕКАРСТВО.
ВОЛШЕБНОЕ ИСЦЕЛЕНИЕ БОЛЬНОЙ.
Окружная газета “Ньюарк стар-леджер”, материалы которой основывались на информации местных газет, напечатала аналогичное сообщение, что, в свою очередь, привлекло внимание журналистов, освещающих новости науки на страницах “Нью-Йорк тайме” и журнала “Тайм”. Вернувшись домой. Эндрю обнаружил записки с просьбой срочно связаться с обоими издательствами, что он и сделал. Поток публикаций стал еще шире после того, как “Тайм” упомянул о браке Эндрю и Селии.
Одновременно
— Должен признаться, я просто сгораю от зависти, — заметил доктор Ноа Таунсенд, когда Эндрю рассказал ему о “Медицинском журнале”. — Но я утешаю себя тем, что в лучах славы уже греется вся наша клиника, — добавил старший коллега Эндрю.
Немного спустя жена Таунсенда Хилда, женщина, не утратившая привлекательности, хотя ей и было уже за сорок, призналась Эндрю:
— Ноа этого не скажет, но он вами так гордится: вы для него стали словно сын родной, сын, которого у нас нет, но которого мы так хотели иметь.
Что касается Селии, то, несмотря на менее бурный поток восхвалений в ее адрес, она обнаружила изменение в своем положении в компании “Фелдинг-Рот”, причем изменение весьма существенное…
В самой компании ее имя теперь было хорошо известно высшему управленческому составу, включая президента “Фелдинг-Рот” Эли Кэмпердауна. Он пригласил к себе Селию на следующий день после ее возвращения на работу.
Эли Кэмпердаун, долговязый, бледнолицый ветеран фарм-бизнеса — ему было лет шестьдесят пять, — всегда безупречно элегантный, с неизменной красной розой в петлице, принял Селию в своем пышно обставленном служебном кабинете в штаб-квартире компании “Фелдинг-Рот” в Бунтоне на одиннадцатом этаже. Здесь находилось царство руководства. Встреча началась с изъявления любезностей.
— Поздравляю вас со вступлением в брак, миссис Джордан. Надеюсь, он будет счастливым. — Улыбнувшись, президент компании добавил:
— Я также позволю себе выразить надежду, что отныне и впредь ваш муж будет прописывать своим больным препараты только нашей компании.
Селия поблагодарила, но про себя решила, что замечание относительно Эндрю всерьез принимать не следует: зачем пускаться в объяснения и подчеркивать независимость ее мужа в том, что касается лекарств и медицины.
— Юная леди, вы стали прямо-таки живой легендой, — продолжал президент, — доказали, что выдающаяся женщина время от времени может ни в чем не уступать мужчине.
— Я надеюсь, сэр, — ангельским голосом парировала Селия, — что наступит день, когда вам не потребуется употреблять выражение “время от времени”…
Они продолжали беседовать. Кэмпердаун расспрашивал Селию о ее коммивояжерской деятельности. На него явно произвели впечатление ее ясные, хорошо обоснованные ответы. Затем, вынув из кармана жилета часы, президент взглянул на них и сказал:
— У меня сейчас состоится совещание, миссис Джордан. Речь пойдет о новом препарате, который мы планируем выбросить на рынок
Селия охотно согласилась, и он тут же пригласил в кабинет человек пять мужчин из числа руководства компании, ожидавших в приемной у секретаря. После обычных представлений все прошли в конференц-зал, примыкавший к кабинету, и уселись за стол. Председательское место занял Кэмпердаун.
Среди участников совещания был директор научно-исследовательского отдела доктор Винсент Лорд. Моложавого вида ученый работал в компании недавно. Здесь также присутствовал вице-президент компании по реализации продукции. Человек преклонного возраста, он заканчивал свою деятельность на этом посту. Среди оставшихся четырех был и Сэм Хауторн. Все остальные смотрели на нее с откровенным-удивлением.
— Новый препарат, о котором идет речь, — пояснил Кэмпердаун в основном для сведения Селии, — не является разработкой нашей компании. Лицензия на его производство закуплена у западногерманской фармацевтической компании “Хемие-Грюненталь”. Это снотворное — одно из наиболее безопасных среди лекарств такого рода, — продолжил президент. — Оно безопасно даже для маленьких детей. Лекарство уже поступило в продажу и завоевало популярность почти во всех крупных странах, кроме Соединенных Штатов. Можно считать, нам повезло быть первыми, кто получил право на выпуск его в США. Называется оно талидомид. Несмотря на безопасность, талидомид в Соединенных Штатах должен пройти соответствующие пробы на человеческом организме, прежде чем может быть получена виза ФДА — Управления по контролю за продуктами питания и лекарствами — на его продажу. Это требование — лишь проявление нашего глубокого бюрократизма, но с ним приходится мириться, — проворчал президент.
Затем началась дискуссия, где и как следует провести соответствующие испытания. Директор по науке доктор Лорд предложил нанять для этой цели примерно пятьдесят врачей с частной практикой. Они будут использовать этот препарат для лечения больных, а полученные результаты компания “Фелдинг-Рот” передаст в управление.
— Это должны быть терапевты, врачи-интерны [1] , психиатры и акушеры, — заявил Лорд.
— И сколько времени будет продолжаться вся эта волокита? — поинтересовался вице-президент по коммерции.
1
Начинающий врач или студент-медик, живущий при больнице.
— Вероятно, месяца три.
— А в два никак не уложиться? Нам нельзя тянуть с выходом на рынок.
— Думаю, уложимся.
Один из участников совещания выразил сомнение, не чересчур ли усложнена процедура апробации. Нельзя ля ее упростить и провернуть все поскорее? Провести тесты в одном месте, скажем, в какой-нибудь больнице?
Дискуссия продолжалась еще несколько минут, затем в нее вмешался Кэмпердаун.
— Может быть, наша юная леди хочет поделиться соображениями по данному вопросу? — улыбнулся президент.